Боги, Герои, Мужчины. Архетипы мужественности - Бедненко Галина Борисовна - Страница 25

Каким бы ни был мужчина-Арес, в нем всегда есть потребность быть кому-то защитником. В этом он ощущает смысл своей жизни. Но лишь развитый мужчина-Арес способен осознанно следовать этому пути. Тогда он, к примеру, выбирает соответствующую «защищающую» профессию. Или, если в нем неожиданно просыпается Арес-защитник, он способен пожертвовать собой ради спасения слабых. Моя семья оказалась спасенной благодаря поступку такого человека. Когда мой дед, Сергей Илларионович Бедненко, работал в 1937 году в Батуми во внешнеторговой организации «Ирантуркторг», местные чекисты решили привлечь его по делу о шпионаже. Они вызвали на допрос его друга, Арчила Кавтарадзе — секретаря партийной организации, между прочим. Тот, однако, не дал показаний против своего друга. Во-первых, не было реальных причин, во-вторых, у моего деда уже была семья и дети, в том числе и мой отец. И Арчил Кавтарадзе, как он говорил тогда, пожалел детей. После этого его самого посадили по подобному же сфабрикованному обвинению, хотя он надеялся на свои связи… Он умер в лагерях, оставив жену и приемную дочь. Я рассказываю эту историю, отдавая дань памяти этому человеку. Для него мужская дружба и защита слабых оказались в тот момент важнее собственной безопасности.

Вернемся к общему описанию мужчины-Ареса. Неразвитому представителю этого типа может казаться, что все, что он делает, — это защита близких, но на деле это может быть диктат и насилие в семье. Такой мужчина может оправдывать собственную агрессию тем, что желает наказать по его мнению виноватых. Так насилуют в тюрьмах насильников, оправдывая себя идеей возмездия. Так на всех войнах солдаты насилуют женщин на захваченных или освобожденных территориях. Но «возмездие» тут, конечно, только предлог.

КОНТРОЛЬ ЗА ЭМОЦИЯМИ

Контроль за эмоциями — главная жизненная задача Ареса. Первоначально мальчик или мужчина учится контролировать свои агрессивные импульсы. Этому современный цивилизованный человек учится довольно рано. Когда-то это помогло воинам перейти от безумия битв к упорядоченному военному строю. Иногда именно эта задача оказывается самой важной в развитии мужчины. Для этого выбирают профессию военного — матушка или бабка отправляет ребенка в Суворовское училище, чтобы «приструнить» слишком, по ее мнению, активного мальчика, либо мужчина решает стать военным самостоятельно, не доверяя себе и самодисциплине до конца. Некоторые получают удовольствие именно от контроля за любыми агрессивными поползновениями в своей «команде», от слежки за агрессивными поползновения «чужаков», от легальной возможности проявлять агрессию так, как мирным людям даже и не снилось. Характерным является иносказание «быть застегнутым на все пуговицы», также часто связанное с мужчинами-Аресами в форме или без. Интересно, как мужчины-Аресы гордятся своим умением сдерживать агрессию. Мне посчастливилось как-то слышать фразу: «Но я же тебя не бью! Я вообще после второго развода не таскаю женщин за волосы…» Но время от времени у очень дисциплинированных военных происходят срывы. А их детям часто снятся кошмары с пожаром: так отец вдруг неожиданно может вспылить, как будто уничтожая своим гневом все живое вокруг. Срыв контроля у мужчин-Аресов обыкновенно напрямую зависит от алкогольных возлияний. Пьянки для них становятся отличным поводом немного расслабиться и дать своим чувствам выйти наружу. Хмельной и буйный, сексуально напористый мужчина-Арес так отдыхает от сверхконтроля за эмоциями в обычной жизни.

Контроль за эмоциями касается не только агрессии, хотя начинается обычно с нее. Такие мужчины могут быть чересчур сдержанны в проявлении любых чувств и эмоций, даже теплых и нежных. Они могут ощущать эмоцию в себе, но часто не умеют выразить. Это их порой раздражает, и они тут же находят виноватого.

ИЕРАРХИЯ ОТНОШЕНИЙ

Отношения военных между собой строятся на субординации и определенной внутренней иерархии. Младшие отдают честь и слушаются, старшие командуют. У каждого есть свое место и свои функции в рамках сообщества. Так было и в военных дружинах древности, так происходит и сейчас. Это среда, внутри которой всегда забьют слабого и подчинятся сильному. Аналог таким отношениям можно найти у волков (не случайно со стаей этих хищников ассоциировались и древние мужские союзы, и современные бандитские группировки). Там тоже всегда есть своя элита и свои «отверженные». Взгляда, позы или рычания хватает волку для того, чтобы поставить своего собрата на место. Подобный порядок и привычка к подчинению была бы, по мнению мужчины-Ареса, идеальной. Некоторые из них строят такие взаимоотношения и в жизни. Другое дело, что не все люди — волки и не все мужчины — Аресы. Потому с людьми других типов, и особенно с женщинами, которые видят смысл жизни не только в том, чтобы стать альфа-самкой, этот подход не срабатывает.

Примечательно, что иногда — в трудных и критических условиях — волчья стая целиком подчиняется авторитету вожака, а иногда в ней царит «народовластие». Именно за счет такой гибкости стае обычно удается выжить. Хорошо если и мужчинам-Аресам удается соблюдать равновесную привязанность как к автократии, так и к демократии. Это дает сообществу некую гибкую устойчивость, а конкретным людям — способность подчиняться или выходить из подчинения в зависимости от ситуации.

ЖИЗНЬ ПО УСТАВУ

Мужчина-Арес может быть военным или состоять в других службах, регламентирующих так или иначе порядок работы, внешний вид, отношения с начальством и подчиненными и даже семейное положение. Ему импонирует иерархия с простыми внутренними правилами, ясной и понятной возможностью продвинуться еще на одну ступеньку вверх по прямой. Окружающие люди также ясным образом делятся на коллег, врагов и тех, кого необходимо защищать. Жизнь по уставу может привлекать мужчин и не состоящих на подобной службе. Тогда они придумают для себя устав сами. Мужчина-Арес обычно уверен, что любую проблему можно решить, «создав на узком участке многократное превосходство в живой силе и технике, прорвать фронт, выйти на оперативный простор и принудить врага к капитуляции». А любой душевный разлад происходит просто от недостатка дисциплины.

Такие мужчины устанавливают правила и для окружающих. Так, существовали правила ведения войны и даже правила уличных драк. Хотя старинное правило «лежачего не бьют» у детей сейчас почему-то превратилось в «лежачего добивают»… Похоже, в последнее время в нашей стране Арес в культуре несколько регрессировал, забыв об удовлетворении от контроля и установлении правил и вернувшись к упоению собственной агрессией и победами. Впрочем, это обычное правило для пост-тоталитарных режимов. Длительный диктат Кроноса не приводит ни к чему, кроме бунта и насилия, которое переходит и в бытовые сферы. Лишь со временем мужчина-Арес откажется от безумия агрессии, обнаружит, что необходимы какие-то правила и контроль за происходящим, а затем найдет, кого и зачем ему защищать.

КОНТРОЛЬ НАД ПОВЕДЕНИЕМ ОКРУЖАЮЩИХ

Привыкшие контролировать себя мужчины-Аресы стараются во всем контролировать и окружающих. Особенно интересно рассказывают об этом жены таких людей. Муж-Арес — этот тот, «за которым как за каменной стеной». Очень быстро такая стена превращается в тюрьму, хотя женщина не сразу это замечает. Мужчина такого типа, в отличие от Гермеса, не боится связать себя узами брака. Для него супружество — это доказательство его зрелости. Ему есть кем командовать, кого контролировать и кого защищать. Это его жена, а впоследствии и дети. Часто в брак с таким мужчиной вступают достаточно неопытные молодые девушки, прямо из родительского дома. Более опытные женщины обычно избегают ярко выраженных и сверхконтролирующих мужчин-Аресов. Семейный уклад может быть примерно таков: «Когда его нет, ты драишь квартиру, готовишь жрать, выходишь на улицу только в пристойном, с его точки зрения, виде. Только в магазин, в детский сад за ребенком, гулять с собакой и только с мобильным телефоном. Чтоб он мог позвонить в любой момент и поинтересоваться, чем ты занимаешься. В минуты отдыха, ты, так уж и быть, можешь повышивать. Гости — только к тебе, а не ты к ним, только женского пола и только в отсутствие его самого. Когда он дома — этим все сказано».