Операция «Немезида» - Утолин Константин Владимирович - Страница 37

И все же… Как ни настраивали их инструкторы, курсанты оставались веселыми, молодыми парнями, склонными подшучивать надо всем вокруг. Выход за выходом, то оцепление, то караул, то загон где-нибудь в тайге… Иван, как и еще несколько его одногруппников, имел к нелюдям личные счеты и мечтал о встрече, чтобы опробовать новоприобретенные знания, но все обходилось. Наконец он перестал ждать, потому что понял: их берегут. Берегут, как золотой запас.

Но в этот раз что-то пошло не так. Не всех нелюдей можно застать в одиночестве, как правило, это оборотни, реже — вампиры или черные ленты (ЧЛ). С вампирами приходится быть осторожными, прежде чем брать такую тварь, следует хорошенько последить за ним. убедиться, что имеешь дело с изгоем, порвавшим с «семьей». ЧЛ-ы, немногочисленные и довольно слабые, в избытке слонялись по лесам, а со своими связь поддерживали нерегулярно. Но отыскать такого нелюдя довольно сложно: похожие в пассивном виде на поросшего мхом ленивца, а в активном — на летающие черные ленты, эти твари могли обходиться без пиши годами, да и охотились чаще не на людей, а на животных. Уж неизвестно почему — может, звериная энергия легче усваивалась организмами этих нелюдей. Поэтому чаше всего Братство получало в свое распоряжение очередного оборотня, и старшекурсники, по двое-трое появляющиеся на облавах для захвата, наловчились справляться с ними в два счета. И вдруг в наушниках прозвучало: «Код одиннадцать! Код одиннадцать!»

Развалившиеся на хвое Иван и Кирилл подскочили. Они-то, услышав «код три» (визуальное наблюдение), «код восемь» (боевое столкновение) и «код десять» (захват), надеялись успеть перекусить по-быстрому — до появления разводящего, который заберет их, оказавшихся вдалеке от схватки.

— Так он ушел или нет? Я не понял. — Аршавин передернул затвор «Тавора», этот израильский автомат состоял на вооружении Братства.

Иван только пожал плечами. Он вспомнил, что, когда курсанты спросили инструктора по стрелковой подготовке о том, почему в качестве штатного оружия обычных боевых групп используются не «калаши», а израильское оружие, тот ответил: «Ребята, я, хотя и никарагуанец по рождению, патриот России. Но эта „машинка“ израильтян на сегодня лучшее, что есть в мире. А ведь мы воюем за благо всех людей на планете! Так что тут не до разборок, кто круче». А Кирилл продолжал недоумевать:

— Иван! Ну что ты думаешь-то? Ушел?

— Если бы нелюдь ушел, дали бы «код девять» или «код шесть».

— Как же может быть «код шесть» после «кода восемь»? — заспорил Аршавин. — Чушь какая-то. «Код одиннадцать» — это значит тревога на участке — нелюдь. Я ничего не путаю?

— Попробовал бы спутать, — усмехнулся Иван, вспомнив, как их учил кодам Богородько. В перчатках и шлемах, а все равно не поздоровится, если ошибешься с расшифровкой… — Давай-ка, Кирюха, соберись. Потом все узнаем, а пока глазей на сектор как положено.

Они залегли по обе стороны толстой сосны. Ивану До сих пор было непривычно занимать позицию слева от ствола. Впрочем, в бою с нелюдью вообще непонятно — зачем ты прижимаешься к этому дереву? В противостоянии с этими тварями не стоит даже надеяться спрятаться, если, конечно, рядом нет прикрывающего мага. Но и торчать на виду не стоит, чтобы не мешать напарнику вести огонь. И укрытие, за которое можно откатиться, увидев врага и послав в его сторону короткую очередь, тоже нужно иметь рядом. Хорошо хоть, на каждый боевой выход всех в обязательном порядке снабжали обоймами со спецпатронами, наполненными составом, способным, по словам химиков и биологов научного центра Братства, если и не убить, то как минимум сильно ослабить практически любого нелюдя. Кроме разве что аспидов… Ни одного экземпляра Демонов Сумеречных Теней пока так и не удалось захватить для исследований и экспериментов. Остальных же это средство поражало с той или иной скоростью — к сожалению, далеко не мгновенно. Но шансы выжить увеличивались.

— Слышь, Вань… — прошептал Кирилл. — А чего они молчат-то?

И словно в ответ в наушниках раздалось:

— Десять-двадцать четыре?

— Порядок, — как старший пары ответил Иван.

— Ваша зона зеленая.

— Вот так номер! До сих пор была красная, и вот, не переходя в коричневую, стала зеленой! Да что у них там творится? — недовольно запыхтел Кирилл.

— Что, не только коды, но и цвета забыл?

— Ничего я не забыл… — Аршавин сдвинул предохранитель.

— Зачем это ты? Зеленая — не фиолетовая.

— Волнуюсь. Экий ты ушастый, Ванька.

— Раз волнуешься, тем более верни предохранитель на место. Когда ты патрон раньше времени дослал, я ж молчал…Тьфу!

Все-таки подействовала на них суматоха! Иван совсем забыл, что находиться в зеленой зоне без досланного патрона и сам не имел права. Не успел щелкнуть затвором, как опять ожили наушники.

— Десять-двадцать четыре!! Фиолетово!

— Принято…

— Какой на хрен «принято»! Бегом на север, бегом!! Он прет прямо на вас!

— Центр?.. — не сразу понял Иван.

— Бегом на север! Это приказ, приказ! Десять-двадцать четыре, покинуть фиолетовую зону.

Ивана будто чья-то рука вздернула вверх, он побежал, на ходу оглядываясь на замешкавшегося Кирилла. Тот следовал шагах в десяти сзади.

— Стоп! Десять-двадцать четыре, остановитесь! Он меняет направление, стойте на месте!

— Курсант Воронин, вы что-нибудь понимаете? — прошептал Кирилл, плюхаясь рядом и припадая щекой к прикладу. — Не могли бы уточнить для меня кое-что?

— Центр! Запрос двенадцать!

— На хрен твои «запросы»! К вам приближается нелюдь, расстояние меньше километра! А он прет со скоростью километров сорок, если не больше, скотина! На хрен все коды, лежите смирно, как мышки! Он идет зигзагами, возможно, почувствовал вас. Даст Бог — испугается контакта.

— Да кто это?! — не выдержал Кирилл. — Не оборотень, да? Не оборотень?

— Оборотень у нас… — как-то задумчиво ответили из Центра. — Мы идем на выручку, вы только держитесь. Данные поступают с опозданием… Но не могу же я такое же «мясо», как и вы, с соседних секретов под него кинуть! Не могу! Держитесь.

Метрах в двухстах, там, где между стволами пробивались узкие солнечные лучи, где начиналась полянка, качнулась ветка у куста. .

— Кто? — одними губами спросил Иван у Центра, но его услышали.

— МП! Предполагаю, что МП!. Стреляйте сразу, Длинными, вдруг повезет?!

МП, маг — поглотитель энергии. Человек, подвергнувшийся его атаке, теряет силы практически мгновенно. Никакая выучка не поможет, если руку поднимаешь, словно двухпудовую гирю, да и то один раз — второго МП не даст. Он не так быстр, силен и чуток, как большинство других нелюдей. И все же очень чуток, очень быстр и очень силен по сравнению с людьми! Качнулась еще одна ветка, метров на пятьдесят правее, и там же словно полупрозрачная тень мелькнула.

— Врасти в землю, Кирюха! А потом беги к кривой сосне! И вали эту суку! — вскочил Иван. — Я его на тебя выведу!

Воронин побежал, не отрывая глаз от овражка метрах в ста. Суметь добежать, скатиться вниз — тогда МП не успеет ударить «прямой наводкой». Оттуда наверх… Если добраться хотя бы до середины откоса, то МП окажется перед Аршавиным как на ладони. Но это — если добраться. И если у Кирилла хватит выдержки, чтобы раньше времени не выдать себя и не броситься на выручку друга.

«Пусть только попробует, рыжий идиот! Потом сам его пришибу!» — успел подумать Иван, разгоняясь до предельной скорости.

И ноги вдруг будто отнялись. Воронин захрипел, стараясь толкать ими, слабыми, свое многотонное тело, уронил тяжелую голову на грудь, выронил автомат… Инерция гнала его вперед, но все медленнее. Обернуться и встретить гада лицом?! Бесполезно, а среди деревьев и Кирилл не сможет всадить в нелюдя достаточно пуль.

Еще шаг, другой… Уже падая на землю, Иван увидел, как перед ним будто распахнулся овраг, и полетел вниз, чувствуя, как становится все легче, как возвращаются силы в мышцы. Иллюзия была такой сильной, что он почти и не собрался — рухнул как бежал. И тут же. рыча от бешенства, полез вверх. Почему, почему у него не хватило сил?! Овраг совсем узкий, перемахнуть бы одним прыжком… Но сзади МП, он уже рядом. Нелюдь в бешенстве: он увидел людей-охотников. «Младших», возомнивших себя равными ему, даже заставивших бежать!