Запретная Магия - Уэллс Энгус - Страница 31

Варент задумался, и на какое-то мгновенье Каландриллу показалось, что он вот-вот откажет, но посол пожал плечами и, улыбнувшись, сказал:

— Договорились. Даешь слово?

— Даю.

— Отлично! — Варент опять стал приветлив. — Очень рад, что нам удалось преодолеть это… недопонимание.

— Я тоже, — Брахт встал. — Пойду-ка спать. И надеюсь, что ночью меня не побеспокоят.

— Сомневаюсь, чтобы Азумандиас опять попытался на вас напасть, — успокоил его Варент. — По крайней мере на несколько дней вы в безопасности. Для того чтобы произвести на свет существа, подобные тем, о которых вы мне рассказывали, нужно большое усилие. Думаю, что на какое-то время он ослаб. К тому же я изменю маршрут, чтобы сбить его с толку. А в Альдарине вам бояться нечего.

— Отлично.

Брахт направился к двери. Каландрилл встал, намереваясь отправиться за ним, но в последний момент посмотрел на Варента. Посол жестом отпустил его, и вслед за кернийцем он вышел в темный коридор.

У них были смежные комнаты, и, когда они уже поравнялись с дверями, Каландрилл, нахмурившись, спросил:

— Неужели ты мог бы отказаться?

Брахт стоял в тени, и Каландрилл не разглядел выражения его лица.

— Демонов я не ожидал, — пробормотал он. — Но, кстати говоря, я не ожидал и того, что моим подопечным кажется сын домма Секки.

— Какое это имеет значение? — поинтересовался Каландрилл.

— А ты не понимаешь? — Ему показалось, что Брахт ухмыляется. — Если бы я отказался, как ты думаешь, что предпринял бы Варент? Ему нужно только дать знать твоему отцу, что я помог тебе бежать, и в Секке я вне закона. А поскольку он посол Альдарина, то, скорее всего, меня поставили бы вне закона и там. Два города назначают выкуп за мою голову, не слишком ли это много, а? Могущественные враги. А так по крайней мере в Альдарине у меня есть союзник. — Каландрилл уже не сомневался в том, что он ухмыляется. — К тому же мне обещано пять тысяч варров.

— Неужели деньги имеют для тебя такое значение? — Каландрилл пытался разглядеть в темноте лицо Брахта. — Неужели само по себе приключение не интересует тебя?

— Деньги делают меня сговорчивее, — заметил Брахт. И добавил: — Варент мне что-то не очень нравится.

Каландрилл вздохнул. Ему и в голову не приходило, что два его друга, о которых говорила ему Реба, не будут связаны между собой дружескими узами. В тоне кернийца он услышал металлические нотки. Брахт, видимо, уже успел оценить Варента. Хорошо уж и то, что наемник принял его. К своему удивлению, Каландрилл был ему за это благодарен. У них было мало общего, но он вдруг сообразил, что дорожит дружбой кернийца. Он зевнул, больше не в состоянии скрывать усталость.

— Иди спать, — посоветовал ему Брахт неожиданно дружеским тоном.

Каландрилл сонно кивнул и толкнул дверь своей комнаты, отчасти ожидая увидеть там какое-нибудь чудище. Но за дверью он обнаружил самую обыкновенную комнату и страшно привлекательную, освещенную лунным светом кровать. Он вошел, чувствуя, что Брахт стоит сзади с рукой на эфесе меча, и благодарно улыбнулся.

Брахт кивнул и сказал:

— Завтра надо будет раздобыть тебе клинок.

— Да.

Наемник отправился к себе и закрыл дверь.

В комнате, скромно обставленной, Каландрилл слегка расслабился. Это было место для отдыха, а не для борьбы с колдовством; к тому же Варент говорит, что Азумандиас не скоро оправится от последней атаки. А Каландрилл доверял Варенту; раз Варент сказал, значит, нового нападения не будет. Он прошел по скрипящим половицам, тяжело сел на кровать, развязал и скинул ботинки. В небольшом гардеробе было достаточно места для его одежды; здесь же он нашел и укромное местечко для карты. Затем забрался меж прохладных простыней. Полная луна загадочно улыбалась ему с усыпанного звездами вельветово-черного неба. Эта же луна освещала и амбар, когда на них напали демоны Азумандиаса…

Неожиданно в голову ему пришла мысль, от которой сон его как рукой сняло: материализовываясь у него на балконе, Варент сказал, что для этого необходимо знать место, где будешь материализовываться. Значит, Азумандиас знает этот постоялый двор?

Он нахмурился, забыв о сне, в котором так нуждалось его изнуренное тело. Для того чтобы материализоваться в амбаре, Азумандиас должен был побывать здесь раньше… Следовательно, он мог побывать уже во всех тех местах, через которые они должны будут проезжать… Значит, колдун может наслать на них демонов в любой момент. На мгновенье ему стало страшно. Но он тут же улыбнулся, вспомнив, что Варент уже подумал об этом и решил изменить маршрут. Он отвернулся от освещенного лунным светом окна и натянул на голову простыню. Беспокойство отступило, и сон начал овладевать Каландриллом. Но тут вдруг новое сомнение пробудило его: откуда Азумандиас мог знать, что они в амбаре?

И зачем ему понадобилось насылать на него демонов?

Почему он не набросился на Варента?

Без посла вся затея была обречена на провал. Они с Брахтом — лишь исполнители, а вот Варент — тот сама движущая сила. Так зачем же Азумандиасу нападать на мелкую сошку?

Эти мысли не давали ему покоя, и он ворочался с боку на бок, не в состоянии забыться. Волшебство Варента охраняло его, решил он наконец. Вот тебе и весь сказ. По крайней мере это хоть что-то объясняет. Каландрилл все думал и думал о том, как колдун смог узнать, где они находятся, однако усталость взяла наконец верх, и он погрузился в сладкий сон.

На следующий день юноша проснулся от яркого блеска солнца; судя по шуму, доносившемуся со двора, и по тому как низко стояло солнце в голубом, слегка усеянном легкими облаками небе, было еще рано. Сбросив простыню, он выбрался из кровати, быстро умылся и оделся. Карта лежала там, где он ее и оставил накануне. На какое-то мгновенье он задержал на ней взгляд и спрятал за пазуху, чувствуя свиток кожей, — более надежного места не найти. Довольный, он заторопился вниз в общую комнату, желая получить ответы на вопросы, которые с самого утра опять начали донимать его.

Просторная комната была почти пуста; за одним из столов у стены сидел Варент; он улыбнулся Каландриллу и поманил его к себе. Хорошо, что нет никого — ни Брахта, ни слуг посла. Ему надо было поговорить о своих сомнениях наедине с послом.

— Вчерашние неприятности, похоже, не оставили на тебе никаких следов, — приветствовал его Варент. — Позавтракай со мной. Фрукты великолепны.

Он пододвинул к Каландриллу чашу с фруктами и позвал хозяина, заказав ему еще одну кружку. Каландрилл отпробовал фруктов и свежевыпеченного хлеба, и Варент налил ему чашку горячего дымящегося чая.

— А где Брахт? — спросил Каландрилл.

— Возится с конем, — бодро ответил Варент. — Видимо, правильно говорят, что для кернийца комфорт его коня важнее своего собственного.

Тонким ножом он срезал полоску яблока и добавил к нему кусочек сыра. Он был в прекрасном настроении, словно накануне ничего не произошло. Каландрилл сказал:

— Я вот все думаю о демонах.

— Что и неудивительно, — мягко пробормотал Варент. — Но, как я тебе говорил, мне кажется, что на ближайшее время мы можем об этом больше не беспокоиться.

— Дело не в этом, — Каландрилл покачал головой. — Я думал о том, как они там появились.

— Да? — Варент поднес салфетку к губам. — Насколько я понимаю, они там появились благодаря Азумандиасу.

Каландрилл нахмурился. Варент олицетворял собой беспечную воспитанность. По всему видно, что он находи этот предмет несколько утомительным.

— Откуда он мог знать, где я нахожусь? — настаивал Каландрилл.

— Он умелый колдун, — сказал Варент, отламывая себе хлеба.

Но Каландрилл не сдавался.

— Видимо, он знает, где мы находимся.

— У тебя беспокойный ум, Каландрилл; мне это нравится! — кивнул Варент с улыбкой. — Ты думаешь о том, как он мог догадаться, что мы остановимся именно здесь? Ну, это же совсем просто. Обыкновенная логика, и все. Это первый постоялый двор на пути из Секки в Альдарин; а Азумандиас достаточно попутешествовал в поисках карты Орвена. Он, без сомнения, догадался, где мы сделаем первую остановку.