У каждого своя цена - Вайсбергер Лорен - Страница 5

5

— Название клуба? — спросил Уилл, хотя вряд ли знал такого рода заведения, если там не было сумрачного зала, обшитого деревом и наполненного ароматным сигарным дымом.

— Пенелопа говорила, но я не помню. Начинается вроде на букву «б». Вот. — Я достала из сумки рваный клочок бумаги. — Двадцать седьмая улица, между Десятой и Одиннадцатой. Называется…

— «Бунгало-восемь»! — воскликнули они одновременно.

— Откуда вы знаете?

— Деточка, этот клуб не сходит с «Шестой страницы»26. Можно подумать, его владелец — Ричард Джонсон27.

— Я где-то читала, что клуб переделан из настоящих бунгало отеля «Беверли-Хиллз» и что обслуживание там хорошее. Всего лишь ночной клуб, однако, в статье упоминался консьерж, выполняющий любые причуды клиентов, от заказа эксклюзивного суши до вызова вертолета. Есть заведения, которые держатся на пике моды несколько месяцев, а затем исчезают, но все соглашаются, что «Бунгало-восемь» — это надолго.

— Полагаю, времяпрепровождение в «Черной двери» в качестве вечерней вылазки не очень оживит мою светскую жизнь. — Я отодвинула тарелку. — Вы будете очень возражать, если сегодня я отчалю пораньше? Пенелопа хотела видеть меня до того, как в клубе соберется орда друзей Эвери и ее семейка.

— Беги, Бетт, беги28.

Не забудь подкрасить губы и беги. И нас не обидит неприятное обстоятельство, если ты найдешь себе шикарного молодого джентльмена, — заявил Саймон, словно кругом гуляли стада роскошных, приятных во всех отношениях молодых людей, с нетерпением ожидающих, чтобы я вошла в их жизнь.

— Или лучше того, шикарного молодого ублюдка на одну ночку, — подмигнул Уилл, и едва ли он шутил.

— Вы — самые лучшие. — Я поцеловала каждого в щеку и подхватила пальто и сумку. — Не испытываете угрызений совести, торгуя единственной племянницей?

— Абсолютно никаких, — заявил Уилл, а Саймон торжественно кивнул:

— Ступай, будь умницей и, Бога ради, оттянись, как следует!

У входа в «Бунгало» оказалась толпа в три квартала шириной и в квартал длиной, и если бы не вечеринка Пенелопы, я, ей-богу, попросила бы таксиста проехать мимо. Однако пришлось широко улыбнуться и с независимым видом пройтись вдоль очереди в сорок человек к входу, где с клипбордом в руке стоял огромный детина в костюме и с миниатюрным радиотелефоном секретной службы в ухе.

— Здравствуйте, я — Бетт, иду на вечеринку Пенелопы, — бросила я, рассматривая очередь и никого не узнавая.

Охранник посмотрел на меня абсолютно равнодушно.

— Рад познакомиться, Пенелопа. Если займете очередь, как другие, попадете в клуб, как только, так сразу.

— Нет, вы не поняли, здесь вечеринка Пенелопы, а я — ее подруга. Она просила меня прийти пораньше, поэтому будет намного лучше, если вы пропустите меня сейчас.

— Угу, потрясающе. Слушайте, отойдите и… — Он плотнее прижал наушник и некоторое время внимательно слушал, кивая и рассматривая очередь, хвост которой уже загибался за угол.

— Отлично, господа, — объявил он, и при звуке его голоса в толпе минимально одетых потенциальных гостей мгновенно установилась тишина. — Наш клуб заполнен до предела, установленного службой пожарной охраны Нью-Йорка. Мы станем пропускать вас по мере того, как гости будут выходить, так что или устраивайтесь поудобнее, или приходите позже.

Раздались стоны. Так, первый вариант не сработал. Охранник явно не просекал ситуацию.

— Простите, сэр!

Охранник взглянул на меня уже с явным раздражением, но я не унималась:

— Тут, конечно, много народу, но это вечеринка по случаю помолвки моей подруги, и она меня очень ждет. Знай Вы ее мамочку, поняли бы, что мне действительно необходимо попасть в клуб.

— Очень интересно. Слушайте, может, вам невдомек, о чем я только что говорил, но сейчас я никого не могу пропустить. Мы нарушим нормы противопожарной безопасности, а нам это совершенно не нужно, тем более, сегодня. Станьте в очередь. Я впущу вас, как только смогу, договорились?

Думаю, он пытался смягчить ситуацию, но меня так и подмывало заставить его, что называется, потерять лицо (признаюсь, красивое). Охранник казался смутно знакомым. Не знаю, где я могла его видеть. Линялая зеленая футболка была достаточно тесной, подчеркивая, что он способен удержать людей на улице, если пожелает, но широкие потертые джинсы, мешком висящие на заднице… он явно не принимает свою должность всерьез. Невольно засмотревшись, я пришла к выводу, что у него лучшие волосы, какие мне доводилось видеть у мужчин, — темные, густые и раздражающе блестящие. Охранник натянул серый вельветовый пиджак и стал еще симпатичнее.

Удержавшись от супернаглого замечания, какой удачей должна быть подобная должность для того, кто наверняка и школу не закончил, я покорно поплелась в конец очереди. Все попытки дозвониться Пенелопе и Эвери заканчивались выслушиванием автоответчика, держиморда у дверей пропускал в клуб по два человека с интервалом в десять минут, в результате я проторчала в очереди почти час. Я обдумывала способы унизить или как-то иначе навредить мерзкому вышибале, когда из клуба вышел Майкл с подружкой. Отойдя от входа на несколько шагов, они закурили.

— Майкл! — заорала я, сознавая, какой жалкой выгляжу, но, не придавая этому значения. — Майкл, Мегу, я здесь!

Те оглядели очередь и заметили меня, что не было слишком трудно — я кричала и подпрыгивала, забыв о чувстве собственного достоинства. Они помахали мне руками, и я побежала к ним.

— Мне необходимо войти. Я стою у дверей чертовой забегаловки уже целую вечность, а этот шкаф с пустыми антресолями меня не пропускает. Пенелопа будет в ярости!

— Привет, Бетт, мы тоже очень рады тебя видеть. — Майкл нагнулся, чтобы поцеловать меня в щеку.

— Прости. — Я обняла сначала его, затем Мегу, учившуюся в мединституте миловидную японку, с которой Майкл теперь жил в одной квартире. — Как поживаете, ребята? Как вам удалось выкроить время для вечеринки?

— Такое бывает раз в полгода, — улыбнулась Мегу и схватила за руку Майкла. — Совпадение графиков: двадцать четыре часа я не на вызовах, а он не на работе.

— И вы пришли сюда? Да вы что, чокнутые? Мегу, ты просто чудо! Майкл, ты хоть понимаешь, какое сокровище тебе досталось?

— Конечно, понимаю, — отозвался тот, с обожанием глядя на Мегу. — Пенелопа меня убьет, если мы не покажемся ей на глаза, но, боюсь, нам пора. Мне надо быть на работе через… посмотрим… о, уже через четыре часа, а Мегу надеялась в кои-то веки проспать шесть часов без перерыва, так что пора отчаливать. О, кажется, люди заходят…

Обернувшись, я увидела массовый обмен роскошно одетых гостей: из клуба валила толпа, явно направляясь на «настоящую» вечеринку в рок-клубе «Трай-бека», а люди с улицы просачивалась внутрь, мимо поднятой охранником бархатной веревки.

— Вы сказали, я следующая в списке, — решительно заявила я вышибале.

— Пожалуйста, — отозвался он, делая широкий приглашающий жест, а другой рукой регулируя наушник, чтобы услышать, по-видимому, страшно важную информацию.

— Ну, вот ты и в «Бунгало». — Майкл потянул Мегу за собой. — Позвони на неделе. Куда-нибудь сходим, что-нибудь выпьем. Прихвати Пенелопу — сегодня мне не удалось перекинуться с ней словечком. Целую вечность не собирались. Скажи ей, что я попрощался. — И счастливые влюбленные удалились, явно радуясь, что унесли ноги.

Обернувшись, я увидела, что на тротуаре остались лишь несколько человек, занятых разговорами по сотовым и, очевидно, им было безразлично, войдут они в клуб или нет. Как по волшебству толпа исчезла, и мне, наконец, дозволили войти.

— Господи, вот спасибо-то! Как вы мне помогли, — съязвила я, проходя мимо охранника, и, распахнув гигантскую стеклянную дверь, вошла в полутемный зал. Первым, кого я увидела, оказался Эвери, оживленно болтавший с очаровательной девушкой с о-очень пышной грудью.

вернуться

26

Так называется раздел светской хроники, моды, новостей кино и т.п. в «Нью-Йорк пост»

вернуться

27

Ричард Джонсон — журналист, автор колонки в «Санди тайме» и «Гардиан

вернуться

28

Намек на название знаменитого романа Д. Апдайка «Беги, кролик, беги!»