Любовники - Валенти Джастин - Страница 82

– Пол? – недоверчиво осведомилась она.

– Николь. – Он крепко прижал ее к себе.

– Пол, Пол… – бессвязно повторяла Николь, все еще не веря себе.

– Давай поскорее выпьем немного бренди, – сообразил он и, крепко схватив за руку, потащил ее в ближайший бар.

Николь молча потягивала горячительный напиток и все еще с недоверием поглядывала на Пола, как будто желая лишний раз убедиться, что это не сон. А он безотрывно смотрел на нее и с трудом сдерживал наворачивающиеся на глаза слезы. Она была мертвенно-бледной, с почти прозрачной кожей и синими кругами под глазами.

– Как ты себя чувствуешь?

– Сейчас мне тепло, – выдавила она и слабо улыбнулась. – Похоже, у меня был жуткий грипп, и теперь одолевает слабость.

– Хочешь, я отвезу тебя домой?

– Нет! – невольно выкрикнула она, вспомнив про те ужасные скульптуры, которые пылились на рабочем столе.

А для Пола это был дурной знак. Почему она так противится? Неужели всему виной любовник? Он подозвал официанта и заказал еще немного бренди.

После второго стакана Николь заметно оживилась и даже почувствовала интерес к жизни.

– Я… я слышала, ты пишешь музыку для какого-то балета. Очень рада за тебя.

– Спасибо. Мне действительно повезло с этим балетом.

Пол стал рассказывать ей о своей жизни в последнее время, надеясь в душе, что этим успокоит ее и вызовет на откровенность. Она ведет себя так, словно не общалась с людьми в течение длительного времени. А Николь в этот момент молча наблюдала за ним и сделала неожиданное для себя открытие. Перед ней был не тот юный Пол Лурье, красотой которого она восхищалась одиннадцать месяцев назад, а вполне зрелый мужчина с грустными глазами, исхудавшим лицом и морщинами на лбу. А густая борода лишь усиливала это впечатление, придавая его внешности этакую романтичность.

Николь опустила голову, чтобы он ненароком не заметил слез у нее в глазах. Если он сейчас выглядит гораздо старше, то как, интересно, смотрится она? Совершенно древней старухой. Он был сильным, красивым и уверенным в себе мужчиной, а она? Кто она такая? Что собой представляет? Как она хотела видеть его все эти месяцы, а сейчас ее преследовало только одно желание – поскорее уйти прочь.

А Пол в это время пристально смотрел на любимую и ощущал гнетущую боль.

– Николь, пожалуйста, не молчи, поговори со мной! Я же по-прежнему твой… друг.

Она украдкой взглянула на него и смущенно улыбнулась. Что она может ему сказать? Что ее жизнь пошла кувырком? Конечно, когда-то Пол восхищался ее талантом, но что он в этом понимает? Скорее всего– он был просто очарован ее известностью, не более того. А сейчас между ними выросла стена отчуждения. Он стремительно поднимается вверх, добивается славы, а она столь же стремительно катится вниз без какой бы то ни было надежды восстать из пепла. Хорошо, что их уже больше ничего не связывает, а то ему пришлось бы тащить ее на плечах своего успеха! Только сейчас она со всей отчетливостью поняла всю абсурдность их романтической связи.

– Прошло так много времени, – грустно заметил Пол. – Целая вечность. Так много хочется сказать, что даже не знаешь, с чего начать.

Она снова улыбнулась, но на этот раз улыбка, казалось, разорвала ее на части. Сейчас он стал еще более привлекательным, чем прежде, более зрелым и более совершенным в своей красоте.

– Насколько я знаю, ты переехала на новую квартиру.

– Да.

– Я рад, что Джулия наконец-то поправилась и собирается стать врачом.

– Да.

Пол решительно не хотел признавать свое поражение и предпринимал отчаянные попытки наладить с ней контакт.

– Почему ты никогда не отвечала на мои письма? – поинтересовался он, наклоняясь к ней. – И на мои звонки?

– Ты… ты писал мне письма? – удивленно переспросила Николь и даже поежилась от неожиданности.

– Конечно. Много месяцев назад, когда впервые услышал о критическом состоянии Джулии.

– Странно, я никогда не получала от тебя никаких писем и даже записок. – Николь нервно сглотнула и насупилась. – Вероятно, это проделки Эдварда.

– Боже мой, значит, все это время ты думала, что я забыл тебя и всячески избегаю контактов? Николь, я очень сожалею о случившемся и готов взять вину на себя. Я ошибался насчет Джулии и ужасно раскаиваюсь. Это было по-детски наивно и в высшей степени эгоистично. Если можешь, прости меня.

– Конечно, – невнятно пробормотала она, не находя в себе сил взглянуть ему в глаза. Она боялась, что если поднимет голову, то не выдержит и кинется ему на шею.

– Я слышал, что ты бросила работу и полностью посвятила себя дочери. Ты наверняка с трудом решилась на такое, и я горько сожалею, что перестал искать встречи с тобой. Но пойми и ты меня: я очень боялся быть отвергнутым. Мне казалось, что ты не хочешь иметь со мной никаких дел, да еще мать все время талдычила, что ты вернулась к Эдварду и вполне счастлива с ним.

– Правда? Она действительно так сказала? – Губы Николь скривились в грустной улыбке. – Узнаю свою старую подругу. Не случайно Эл когда-то назвал ее киллером.

– Это ложь? Но ведь ты действительно какое-то время жила в его доме.

– Да, в гостиной, и к тому же по настоятельной рекомендации лечащего врача Джулии. Впрочем, какая сейчас разница?! Как бы то ни было, Джулия теперь в полном порядке, Эдвард тоже, а у меня так просто все великолепно. Мне пора домой.

У Пола было такое ощущение, будто ему влепили звонкую пощечину. Возможно, ее враждебность вызвана болезнью и прошлыми страданиями, но он все воспринимал на свой счет и не мог смириться с подобным исходом. Николь же тем временем всеми силами старалась скрыть свои чувства и потому решила уйти как можно скорее.

– Я отвезу тебя домой на такси, – не терпящим возражений тоном предложил Пол. – Идет снег, и я просто не могу отпустить больного человека в такую погоду.

Почувствовав, что у нее из глаз вот-вот польются предательские слезы, Николь схватила сумочку и бросилась к выходу. Пол метнулся за ней и уже на улице поймал за руку.

– Николь, неужели мы не можем быть просто друзьями?

– Не сейчас. Может быть, когда ты женишься, а я стану совсем древней старухой.