Сияющий ангел - Веденеева Татьяна - Страница 4

В воскресенье Анна не поехала к Виталику, сказав, что у нее завтра ответственный день и ей хотелось бы выспаться. Виталик слегка скривился, потом стал напрашиваться к ней, но она категорически отказала.

К своей квартире Анна еще не привыкла, все было какое-то новое и чужое. Не отцовские, конечно, хоромы, но если по-честному, то и три комнаты для нее было чересчур. Через три дня она уже стала подумывать, не сменить ли жилье на меньшее. А то она, кроме кухни и спальни, никуда не заходила. Кабинет, оборудованный для ее работы отцом, был пугающе огромным, да и неуютным. Хотя квартира была, конечно, хорошая.

Выпив кефира с галетами, она завалилась на огромных размеров диван и углубилась в изучение подшивки «У всех на слуху» за последний год. Пробегая какую-нибудь статью, она отмечала про себя, что смогла бы написать лучше, раскрыть тему глубже. Нет, что ни говори, Анна чувствовала, что это её дело. Интересно, что ей предложит Зоя Васильевна? А, какая разница! Профессионал ничего не должен бояться. Скорей бы наступило завтра.

Зоя Васильевна задерживалась, и Анна начала нервничать. Просто сидеть за столом и ждать — это невыносимо. Катя, видя такое, решила отвлечь молодого специалиста от мрачных мыслей:

— Анна, мне давно хочется у тебя спросить, все было неловко, но пока мы одни, можно?

Девушка, погруженная в свои мысли, не сразу сообразила, что обратились к ней.

— Конечно, Катерина Степановна, спрашивайте.

— Вот скажи мне, можно без тонкостей. Ты из такой состоятельной семьи, а не замужем? Это так сейчас модно, я имею в виду западный стиль поведения молодежи, или мужика подходящего нет?

— Странный вопрос. Я как-то не думала об этом. Модно? — Анна пожала плечами. — В принципе, не скрою, хотелось бы определиться в жизни. А касательно подходящего мужика… Ну, есть у меня молодой человек, мы встречаемся, может, и поженимся, я не знаю.

— Как-то ты об этом рассуждаешь без энтузиазма, — Катя покачала головой. — Ничего вы, молодые, в любви не смыслите.

— А что в ней смыслить? — не поняла Анна. — Встретились, понравились друг другу, захотели — поженились, не понравилось — разошлись.

— Ой, какой ужас ты сейчас сказала! — Катя от возмущения взмахнула руками.

— Катерина Степановна, зря вы так… близко к сердцу принимаете.

— А ты хоть любишь своего молодого человека?

— Он неплохой. Мне с ним комфортно. Мы вместе проводим время, нам весело. Да, пожалуй, я его люблю, — подытожила Анна.

Катя ничего не сказала в ответ, только пожалела про себя «бедную девочку». Возникшую паузу нарушила пришедшая наконец Зоя Васильевна.

— Всем привет! Почему такие грустные? Что тут у нас стряслось? Катя, материал готов? — Зоя Васильевна забросала всех вопросами.

— Ничего не случилось. Материал на столе под папкой. И не грустные мы вовсе, просто Анна заскучала, пока вас ожидала, — отрапортовала Катя.

— Ну и ладненько. Сейчас, моя девочка, — Зоя Васильевна обратилась к Ане, — я быстро разберусь здесь, и займемся тобой. Хорошо?

Анна кивнула головой. Ей нравилась хозяйка. Всегда такая живая, подвижная — совершенно ясно, что она была душой газеты. Она умела молниеносно принимать решения, и самое главное — всегда угадывала суть.

Час спустя Зоя Васильевна и Анна уже задушевно болтали, обсуждая направление работы девушки.

— Ну вот скажи, — допытывалась хозяйка, — ты уже видела всю нашу кухню, сама то что-нибудь выбрала для себя?

— В общем-то да. — Анна не собиралась лукавить.

— Так-так, интересно. И что же?

— Когда я просматривала статьи предыдущих номеров, мне показалось, что многое я смогла бы сделать лучше.

— А чьи статьи? Какого направления? — Зоя Васильевна с любопытством смотрела на девушку.

— Некоторые были Лилии Филипповны, но в основном Витькины или Юркины. — Анна задумалась, как бы определить направление. — Знаете, такие сентиментальные истории. Мне кажется, в них не хватает душевности, что ли.

— Да, — усмехнулась Зоя Васильевна. — Если я правильно тебя поняла, мечтаешь вышибить из читателя слезу? Неплохо. У нас с этим действительно как-то слабовато.

— Вы правда так считаете или хотите меня успокоить?

— Нет, ты все же молодец. Хвалю за откровенность.

— Спасибо, — Анна засмеялась. — А то я очень переживала, вдруг вы будете против. Только я не знаю, о чем написать. Вы мне тему подскажите?

“Вот наказание на мою голову! Что это за журналист, которому еще и темы подбрасывать нужно! Больше делать нечего!” — пронеслось в голове у Зои Васильевны. Но это в голове, а вслух произнесла:

— Подскажу, подскажу. Только дай мне подумать немного.

— Недолго?

— Ух ты, какая быстрая. Минут пятнадцать тебя устроит?

— Я тогда чаю выпью с «девчонками».

— Мне не забудьте налить, — вдогонку ей сказала хозяйка.

Анна еще не успела допить чай, когда Зоя Васильевна позвала её к себе.

— Значит, так, — объявила она. — Тем на самом деле много, но их можно объединить в три основные группы.

— Можно, я запишу? — Анна достала блокнот.

— Пиши, — Зоя Васильевна откашлялась. — Итак, первая «плаксивая» тема — это дети. Казалось бы, беспроигрышный вариант. Дети-сироты, дети-«отказники», дети-попрошайки, бомжи, преступники, тяжело больные дети. Кстати, лучше, если болезнь неизлечима, дети-инвалиды и много еще чего. Но предупреждаю: все это уже — пройденный этап. Народ «наелся». Ты для интереса в трамвайчике проедься, и все сама поймешь. Люди ныне черствые и бессердечные.

— Да, мрачно вы все описали.

— Это правда, милая. Так-то вот. Но переходим к другой тематике. Это пенсионеры и ветераны всевозможных боевых действий. Направлений здесь море, но тоже есть свои нюансы. Власти не всегда довольны публикациями. И чем статья искренней, тем больше она бесит. С другой стороны, молодежь пенсионеров не жалует. Жизнь какая вокруг, посмотри. Молодым негде работать, а тут еще эти старики недовольные своим существованием на нервы действуют. В общем, как у Тургенева: отцы и дети — вечные антагонисты. Хотя, конечно, тебя это не касается.

Анна промолчала. Распространяться о том, какие у нее противоречивые взгляды и как они порой раздражают отца, она не собиралась.

— Ну и наконец, пожалуй, самое сложное, объединяющее в себе все вышеперечисленное, плюс своя специфика. Это люди, которые родились инвалидами: глухие, немые, слепые, «дауны» всякие, калеки без конечностей или с церебральным параличом, лилипуты, да разве всех упомнишь. Вот об этом пишут очень редко, да и в дебри стараются не углубляться. Понимаешь, это совершенно параллельный мир, но в нем живут люди. Маленькие, взрослые, старые… Помимо проблем, что есть у всех, у этих людей существует еще и своя собственная трагедия. В ней не виновен никто, кроме Бога. Возможно, он и хотел бы помочь, но видно, никак не может достучаться до тех, кто здесь, на земле, особенно у нас, вершит судьбы. Вот такая печальная история. Так на чем остановишься? Или уже передумала?

— Я возьму последнюю тему, — голосом, лишенным эмоций, сказала Анна.

— Уверена? — Зоя Васильевна внимательно посмотрела на нее. — Может, что-нибудь попроще, например, будешь вести рубрику «На приеме у мэра»?

— Нет, я уже решила.

— Как знаешь. Хотя, думаю, у тебя получится. Хватка есть. Осталось найти какую-нибудь конкретную ситуацию — и вперед.

— Вы поможете мне найти эту ситуацию?

— Я тебе скажу, что делать.

— Что?

— Оставь свою красивую машинку, сядь в трамвай и покатайся часа три-четыре, желательно по всем маршрутам.

— И я найду тему?

— Ну, в том я не уверена, а вот идей появится много. Ну, и как тебе перспектива? Ты в трамвае хоть ездила когда?

— Да, за границей, — смутившись, ответила Анна.

— Тебе понравится. Удачи. Приедешь, поделишься впечатлениями. Договорились?

— Хорошо. Можно ехать?