Сияющий ангел - Веденеева Татьяна - Страница 9

— Да я еще и не начинала.

Анна взяла в руки блокнот. Пробежала глазами по своим записям. Какие-то не те вопросы.

— Скажите…

“Черт, как же спросить?”

Все люди, которых она встретила на заводе, были очень просто, даже бедно одеты.

“ А во что должны одеваться люди, работающие на заводе? В смокинги, что ли? Думай, Аня, думай”.

Она лихорадочно соображала.

“Они были как-то неразговорчивы, замкнуты, пугливы… Нет, не то…”

И тут она сообразила…

“ Они были… Они выглядели как инвалиды. Вот! Точно! А он нет. Ну, и что спросить?”

— Спрашивайте, не стесняйтесь, — обратился к ней Андрей

— Знаете, у меня сложилось такое впечатление, что вы ведете достаточно активный образ жизни. Ваша внешность… Я чего-то не понимаю.

Андрей от удовольствия даже подался вперед.

— Рад, что произвел на вас хорошее впечатление.

— Я хотела сказать: у вас все в порядке с внешним видом, и меня это сбивает с толку.

Ну вот, наконец-то. А то он уже стал переживать, что не заметит.

— Видите ли, я подрабатываю массажистом, поэтому выглядеть должен хорошо.

— Кем вы подрабатываете? — Анна была поражена.

— Массажистом, — Андрею было приятно её удивление.

— Как, каким образом?

— Простым образом. Все больше ручками, — съехидничал.

— Но вы же не видите!

Анна так громко воскликнула, что проходящие мимо люди стали оборачиваться.

— При чем тут это?

— Как?!

— Все элементарно. Вот вспомните: когда вы занимаетесь сексом, у вас глаза закрыты или открыты?

— Что? — Анна даже поперхнулась.

“Однако, разговорчивый попался”.

— Я имею в виду, что человеческое тело можно ощущать, не видя его, — и совсем другим тоном добавил: — А вы думали, работая здесь, можно обеспечить себя? — он кивнул в сторону завода.

— Не знаю.

Это почему не знает? Разве ее не поразили сегодня днем суммы заработной платы работников завода?

— И кому же вы делаете массаж?

— Рядом с парикмахерской есть сауна, ее держит один богатый человек. Он искал массажиста, я предложил свои услуги, он согласился. Если клиенты заказывают массаж, то он звонит заранее и я прихожу. Обычно это бывает ночью. Не поверите, но клиентам, особенно молоденьким девушкам, которые приезжают туда, нравится, что я слепой.

“Ха-ха!” — усмехнулась она про себя.

— И где же вы научились? — удивлению Анны не было предела.

— Это долгая и печальная история, можно, я не буду рассказывать? — попросил Андрей.

— Ладно. Скажите, а кроме завода такие люди, как вы, еще где-то работают? — ну, наконец-то вспомнила, что нужно писать статью.

— Да. Их, правда, немного. Есть педагоги, причем даже в обычных школах, много музыкантов, юристов.

— Да ну? Вот бы пообщаться.

— Пообщаться? Это можно. У меня есть такие друзья, только вряд ли это получиться сегодня.

— Жаль, — печально сказала Анна.

В сумочке зазвонил мобильный телефон. Девушка ответила на звонок.

— Да, скоро. Еще полчасика. Я перезвоню. И я целую.

— Муж беспокоится?

— Друг, — а потом напоследок не удержалась и спросила. — Андрей, а почему вы не женаты? А у вас вообще есть… кто-нибудь?

И тут же покраснела от собственной бестактности. Боже мой, большей нелепости и выдумать невозможно?

“Я — чудо-журналистка! Мне бы за кинозвездами шпионить и выискивать «клубничку»”.

— Да, есть и всегда были… — сухо ответил Андрей. — Угадывая следующий ваш вопрос, отвечаю, что девушки зрячие. Что вы там еще спросили? Почему не женат? Не хочу.

— Почему?

Андрей не ответил на вопрос. Анна тоже замолчала. Так и просидели молча минут пять.

— Вы уже скоро уходите и, наверное, ничего толком для себя не узнали? — печально заметил Андрей.

— Пожалуй, что так. А может, мы встретимся еще раз? Как насчет завтра?

— Попробуйте мне позвонить.

— А друзей, о которых вы говорили, нельзя увидеть? — с надеждой спросила Анна.

— Может быть. Я не готов сейчас ответить, — Андрей задумался. — Анна, можно вас попросить об одной услуге?

— Да, конечно.

— Позвоните сейчас ко мне домой, заодно номер в память занесете.

— Зачем?

— Чтобы мама пришла за мной.

— Давайте я вас отведу или подвезу. За мной приедут, — предложила она.

— Не хватало, — зло ответил он.

— Хорошо, говорите ваш номер.

Виталик был необыкновенно любезен и мил. Всю дорогу рассказывал что-то забавное, но Анна его не слушала — думала о том, что же ей писать. Хорошо, что ей дали неделю. А если бы это было срочно? А у нее ни единой зацепки, ни единой мысли в голове. То, что наговорили работники завода, не отличалось особой оригинальностью. Любого рабочего волнуют сейчас примерно те же проблемы. А где изюминка?

— Анечка, ты где? — Виталик щелкнул пальцами перед ее глазами. — Я к тебе уже третий раз обращаюсь.

— Извини, Виталя, задумалась. Что ты спросил?

— Повторяю четвертый раз. Что с твоей машиной?

— Папа сказал, что нужно ставить новые замки и сигнализацию. Он уже послал кого-то из своих в Германию. Недели через две все привезут.

— А на чем ты сейчас передвигаешься по городу?

— На тебе, — Анна засмеялась. — Разве непонятно.

— Но я же не могу быть все время с тобой.

— Да не переживай. Отец завтра что-нибудь даст. А пока я и на такси неплохо езжу. Кстати, ты же так и не знаешь, что я имела удовольствие объехать город на трамвае. Там у меня и вытянули кошелек с ключами.

— Не напоминай о том дне. Мне за него очень стыдно. Ты не представляешь, как я испугался, что ты не захочешь со мной больше общаться.

— С этого места, пожалуйста, поподробнее, — попросила Анна.

— Ну, глупо все получилось тогда. Я не сдержался, — начал объяснять молодой человек.

— Я же не об этом, — возмутилась Анна.

— А о чем?

— Почему ты испугался?

Виталик растерялся. Было совершенно ясно, что от него ждали признания или трогательного объяснения. Он был не готов к этому. Да и не любил много болтать на такую тему. Что ей еще нужно? Разве после вчерашнего выступления не понятно, как он к ней относится? И разве это не он полночи рассказывал ей, что любит до беспамятства и все такое. Ох уж эти бабы!

— Ну, что замолчал?

— Вроде я все уже рассказал… Или ты хочешь по второму разу?

— И по второму, и по пятому, и по десятому, и при этом шесть раз в день, — Анна наклонилась к нему и вкрадчиво произнесла: — Тебе что, тяжело доставить мне удовольствие?

— Ладно, — прозвучало как «черт с тобой», — доставляю. Я тебя люблю.

— Неубедительно.

— Зайчик мой, но я не умею по-другому, — еще не хватало опять поссориться.

— Я не люблю, когда девушек называют «зайчик», «мышка», «кошечка», «рыбка» и прочим зверинцем.

— Всем девчонкам нравится, а тебе нет, — Виталик притормозил у бордюра. — Я очень прошу тебя, не издевайся надо мной. Мне не по себе, когда на меня наезжают, тем более ты. Если хочешь, напиши мне, какие слова ты бы хотела от меня слышать. Я их выучу и буду повторять сто раз в день. Пойми: не все же умеют быть краснобаями.

— Разве? — Анна прищурилась. — А кто только что целую тираду произнес? И слова нужные нашлись, и все было так естественно и живо.

— Ну, это из последних сил. И потом, ты меня вынудила. Это во-первых. А во-вторых, это не про любовь.

— Книжек больше читай, если словарный запас на исходе.

“Ну вот, опять взялась за воспитание”.

Виталик молчал. Он сосредоточенно считал про себя. Только бы не сорваться… Интересно, почему до сих пор от него ничего не требовали. А тут прямо за два дня он должен восполнить четырехмесячное молчание. Надо срочно переключиться на что-нибудь другое.

— Аня, ты бы лучше рассказала мне, как провела день. Как успехи на журналистском поприще?

— Хитрец! Ладно, расскажу, как на поприще. Но имей в виду — к этому мы еще вернемся.

— Можно не сегодня.

— Хорошо. Итак, что там у меня было? — Анна закрыла глаза. — Знаешь, было много чего, но все неинтересное. Я бы даже сказала, что день не очень удачный. Нужный материал почти не собрала. Что писать — не знаю, и уже не уверенна, выйдет ли у меня.