Рон - Венгерова Елена - Страница 55

– Пошли!

По нижнему этажу они подошли к одной из запертых дверей. Мэкс достал из кармана ключи и начал возиться с замком. Рон прикрыл глаза и приготовился. За этой дверью его могло ждать все, что угодно – от пыток и химических воздействий до магического поединка. Хотя какой он сейчас маг!

Однако, когда они переступили порог и Леван зажег свет, в комнате обнаружилась лишь дыра, начало (или конец) длинного, черного тоннеля. Тоннель заканчивался углублением и площадкой, у которой, как у пристани, примостился вагончик. Один. Он был, максимум, – пять ярдов в длину, два в ширину и меньше двух в высоту. Весь округлый, с чистыми застеклеными окошками в пол-стены, он выглядел совсем новым, словно им пользовались не чаще раза в год.

Спутник Мэкса отодвинул выдвижную дверь и втолкнул Рона внутрь. Внутри находился маленький пульт и два длинных мягких дивана. Ноги Рона были по-прежнему в кандалах, но руки стражник теперь сковал ему спереди, чтобы наручники не мешали сидеть.

Мэкс попрощавшись с Леваном, присоединился к ним и закрыл дверь вагона на засов. Леван подошел к стене и открыл в ней квадратную дверцу, находившуюся на уровне его плеч. Что он там делал, Рон не разглядел, но в какой-то момент вагон мягко тронулся и ринулся в тоннель.

Вагон, как и комнату, из которой он отправился, освещал мягкий желтый свет. Он лился из щелей между стенками и потолком, и трудно было разглядеть его источник. (Подниматься на ноги Рон не пробовал.) Но результат был налицо.

Рон глядел на проносящиеся мимо стенки тоннеля и испытывал невольное восхищение. В Мэгиене, конечно, был подземный транспорт. Но «горки», как их называли в просторечии, основывались на точно рассчитанных подъемах и спусках, с минимумом затрат энергии на движение по горизонтали. В узлах же подъем осуществлялся за счет энергии воды, ветра и солнца, в одних местах преобразованной в электромагнитную, в других – в тепловую или сразу в механическую. Но подобные сооружения строились только в больших городах, а никак не в пустыне, и самый долгий путь по ним занимал не больше часа.

Рон и его спутники ехали уже целый час, а вагон двигался горизонтально. Судя по его покачиванию, он не шел по рельсам, а был подвешен. Кое-где встречались стрелки. Один раз Рон заметил вагон, ожидающий, когда они пройдут, а несколько раз они сами пережидали другие вагоны. Мэкс ни разу не приближался к пульту управления. Значит, этой огромной системой управляют?

Рон с каждой минутой все больше удивлялся. Как это совместить: отсутствие надежной связи и сенв, техническое воздействие на мозг и незнание любой другой магии, свет в вагонах и свечи в домах? И зачем нужна такая длинная дорога? То есть, конечно, можно заставить зомби ее вырыть, но зачем, если ей так мало пользуются? Похоже было, что в науке Каватлона сознательно отсеивалась большая часть направлений, но то, что реализовывалось, реализовывалось с настоящим размахом.

Шел уже пятый час. Скорость вагона кое-где достигала шестидесяти миль в час, но в среднем составляла около сорока. Стражник, усевшись на пол и поджав под себя ноги, чинил ремень. Мэкс что-то читал. Наконец, он встал и подошел к пульту. Нажал несколько кнопок и опять уселся.

Через пять минут скорость резко снизилась, и они «причалили» к большой станции, где уже стояло пять вагонов. Станция была хорошо освещена и отделана мрамором. Не задав ни единого вопроса, только взглянув на карточку, которую предъявил Мэкс, их провели в комнату, где путешественники смогли привести себя в порядок и перекусить. Затем, к удивлению Рона, они вновь сели в вагон и помчались дальше.

Следующая остановка произошла через два часа. На этот раз, поднявшись по лестнице они вышли прямо на улицу. Точнее, в гигантский двор, если можно так назвать окруженный зданиями квадрат размером 300 на 300 ярдов. Здания были четырехэтажными, из серых плит, со множеством застекленных окон. Стало заметно холоднее. Ветер пригибал к земле желтую прошлогоднюю траву и гнал по серому небу грязные облака. До входа в здание они не встретили ни одного человека…

Здесь они тоже недолго гостили. Перед уходом Рону сделали еще одну иньекцию.

Последний перегон составлял три часа. Рону порядком надоела эта однообразная поездка – ведь, в отличии от своих спутников, юноша ничем не занимался. Неважно, что дальше, лишь бы она поскорей кончилась!

Станция была огромна – не меньше сорока машин. Наверх вела широкая лестница. Поднявшись по ней, они встретили человека, который поинтересовался, кто они такие и что здесь делают. Мэкс, жестом велев стражнику остаться с подконвойным, отошел на несколько шагов и завел разговор с чиновником. Через несколько минут тот кивнул, написал что-то на листочке и отдал Мэксу. Мэкс обернулся и махнул рукой своему подчиненному. Они вышли из зала и свернули направо. Попетляв еще немного, они попали в широкий, прекрасно отделанный коридор. Потолок светился мягким розовым светом, через каждые двадцать ярдов попадались псевдоколонны с барельефами, на которых стояли цветы.

Несколько раз их останавливали, чтобы проверить пропуск. На одном из пунктов задержали стражника, и Мэкс повел Рона дальше один. Они еще раз свернули, спустились по лестнице, прошли десять ярдов, и, неожиданно, спереди и сзади них с грохотом упали решетки. Мэкс чуть усмехнулся и, левой рукой удерживая Рона, руки которого опять были скованы сзади, правой приложил что-то к одному из элементов решетки. Послышался шорох, и пол начал медленно опускаться. Они опустились на один этаж, и, как только сошли с платформы, она тут же поднялась.

Тут было очень мрачно, воздух был затхлым. Стены были простые, кирпичные, а пол выложен плитами (раньше они шли по коврам). Мэкс не трогался с места, ожидая чего-то.

Через минуту в одну из дверей вошел человек в сопровождении двух солдат. Он кивнул Мэксу и получил ответный кивок.

– Заключенный. – без всякого выражения произнес Мэкс.

– Выведите его за дверь и подождите, – не оборачиваясь, приказал начальник тюрьмы (а это был он). Мэкс подождал, пока Рона выведут и только потом заговорил. О чем они говорили Рон не слышал, но через пять минут начальник вышел и приказал солдатам следовать за ним.

Камера, в которую посадили Рона, видимо, чем-то отличалась от остальных. Они прошли мимо нескольких пустых, но Рону не было суждено в них попасть.

В двери камеры Рона не было глазка. Собственно говоря, двери вообще не было. Не было и окон. В камеру попадали через люк в потолке, находящемся на высоте одиннадцати футов от пола.

В камере юношу быстро раздели донага (при этом, сопротивляясь, он заработал несколько синяков).

Когда тюремщики его покинули, Рон огляделся. Из предметов мебели вокруг него были только копна соломы, железная миска и ведро очевидного назначения. Негусто!

Стены, пол и потолок были выложены большими листами, на ощупь – металлическими, в то время, как в остальных камерах стены были из обыкновенного кирпича.

Рон уже начал тосковать по мягкому диванчику в вагоне. Спасибо, что хоть расковали! Через полчаса принесли ужин – кашу с хлебом. Ложки, естественно не было. Рон пожал плечами и принялся за еду.

Люк захлопнулся, и пленник остался один.

– Вы обнаружили в своем кабинете зомби? И решили, что это шпион? – голос чиновника был насмешливо-недоверчив. – Господи, да это же безмозглый, его мог послать кто угодно! Содержимое вашего кабинета, думаю, куда больше интересует ваших подчиненных, а не врагов!

– Он прошел мимо стражников так, что они ничего не заметили. – холодно напомнил Мэкс.

– Может быть, Вам надо лучше следить за дисциплиной? – заметил чиновник.

– И это не безмозглый! – не слушая его продолжал Мэкс. – Я боролся с ним! Не забывайте, я закончил школу ментальной тренировки!

Чиновник брезгливо посмотрел на него. Школа ментальной тренировки! Футы-нуты! Опять эта придурь дворян! Зачем им это нужно? Хотят и в этом показаться лучше других? Ну какие могут быть ментальные воздействия без приборов! Калиг никогда не поверит в это! Ох уж эти провинциалы! Чего хочет этот? Награды? Или это просто перепуганный шизофреник? Засины веками варятся в собственном соку, это может дурно влиять на наследственность. Этот солдафон отвлекает его от стольких важных срочных дел! Это вообще не его профиль!