Рон - Венгерова Елена - Страница 71

Маг протянул руки вперед, пустыми ладонями вверх, потом поднял их над головой, дружелюбно улыбаясь.

Копья бесшумно разошлись, и странник вступил в темноту холма.

Прежде, чем его глаза привыкли к серому мраку, чуть-чуть нарушаемому редкими факелами на стенах, Рон разглядел под ногами светящуюся полосу, шириной чуть больше фута. Ее свет был мягким и под разными ракурсами отливал то оранжевым, то синим, то зеленым. Рон присел на корточки и зачерпнул ладонью песка. Оторванные от земли, песчинки погасли. Магия. Рон отряхнул руки и поднялся.

Полоса не кончалась. Рону уже встретилось несколько перекрестков. В первом из них было разветвление на три коридора. Полоса была только в одном из них, и Рон сделал вывод, что она указывает дорогу, может и не самую короткую, но верную.

Прошло около десяти минут с тех пор, как он вошел в холм. Часы показывали без четверти одиннадцать.

Рон опять свернул и невольно отшатнулся. В трех футах от него стояла сплошная стена огня. Он не шумел, как настоящее пламя, но был не менее горяч.

Это была даже не стена. Огонь заполнял промежуток между стенами, полом и потолком пещеры полностью на протяжении десяти футов. Полностью?

Рон присмотрелся. Заветная полоса не исчезала в огне.

Ротен подошел вплотную и, морщась от жара, перенес всю массу тела на левую ногу, а правую вытянул вперед и осторожно поставил на полосу. Подождал минуту. Сапог не загорался, и горячо ноге не было.

Была ни была! Рон вступил на полосу всей тяжестью и осторожно пошел вперед, ставя ноги одну перед другой, как канатоходец, стараясь не потерять равновесия.

И вот, что удивительно – его плечи и ладони порой вылезали за отведенный ему фут, но огонь их не обжигал. Зато когда Рон ошибся, и краешек подошвы его сапога вылез на пол-дюйма за полосу, его словно хлестнуло пламенем. Рон сжал зубы и, не осмелившись посмотреть, не загорелась ли одежда, поспешно сделал оставшиеся два шага. Потом посмотрел вниз. Штанина тлела. Он прихлопнул пламя и с досадой осмотрел обожженное место. Кожа покраснела и прикосновения грубой ткани причиняли боль. Рон пожал плечами и пошел дальше.

Через две галереи из темного прохода на него прыгнула тень. Рон среагировал мгновенно и успел увернуться от удара.

Очередной факел был недалеко, и Рон сумел разглядеть противника. Перед ним был молодой, немного худощавый светловолосый эльф. Он был обнажен и без оружия, значит силы равны, и драка предстоит всерьез.

Эльф, может и не был мастером боя, на защищался хорошо. Рону ни разу не удалось достать ни одну из его болевых точек. Его противник, напротив, действовал весьма успешно. Он словно поставил себе задачу не вырубить Рона, а измотать и причинить как можно больше боли. Когда Рон это осознал, у него по шее пробежали мурашки – ситуация была весьма тоскливой. Время работало на эльфа.

На счету последнего уже был сломанный палец, и, вдобавок, Рон сильно подозревал, что одно из его ребер треснуло (не считая многочисленных синяков). Дела юноши были плохи.

Наконец, эльфу удалось повалить Рона на землю. Он завернул ротену руку за спину и проявил явное намерение ее сломать. Этого Рон допустить не мог. Он извернулся и ударил эльфа затылком в лицо. Через мгновение оба драчуна уже были на ногах.

Все это время Рона немало занимал вопрос: что делать с эльфом, если он все-таки окажется слабее? Свалить на землю? Он встанет и снова начнет приставать. Оглушить? Можно не рассчитать силу удара и ненароком прикончить. Это уж точно добром не кончится.

У эльфа в этом смысле было преимущество: ему всего лишь надо было задержать человека еще минут на двадцать. Рон всерьез пожалел, что не занимался в свое время единоборствами и ограничился школьным курсом. Один раз это уже подвело его в Каватлоне. Что же сделать, чтобы эта игра перестала быть похожей на поддавки?!

Эльфа погубило самомнение. Видя, что его противник действует не слишком искусно, он ослабил бдительность и не успел отразить прямой удар в челюсть. Рон при этом в кровь разбил себе костяшки пальцев. Но молодому человеку некогда было обращать внимание на такие мелочи. Он схватил эльфа за руку и ударил его ногой по голени. Затем оседлал упавшего и прижал его руки к земле, вывернув их ладонями вниз. Эльф несколько раз дернулся, но высвободиться не смог. Рон был тяжелее и физически сильнее.

– Клянись, что не пойдешь за мной и не причинишь мне вреда, если я тебя выпущу!

Эльф кивнул, закусив губу.

– Ладно.

– Поклянись! – настаивал маг, не очень доверяя этому существу.

– Да ладно, ты победил. Удачи!

Рон, нахмурившись, поднялся. В голосе эльфа ему послышалась снисходительность. Он направился в тоннель, по-прежнему напряженный, но его соперник сдержал слово – остался на месте.

Рон еще раз посмотрел на часы. Десять минут двенадцатого. Огненная стена и драка с эльфом отняли у него двадцать пять минут. Все тело болело. Рон чертыхнулся. Все-таки, по крайней мере, треть победы осталась за этим мерзавцем! Его боеспособность ощутимо уменьшилась.

Четвертым испытанием была развилка.

Из круглой пещеры выходило три одинаковых коридора. Перед ними нить растраивалась. Ее концы терялись где-то в темноте.

Рон остановился, не доходя до точки растроения. Вот и первая настоящая загадка.

Трех нитей быть не может. Они должны обрываться. Значит, решение стоило принять, не сходя с места. Если просто пойти и проверить, наверняка случится какая-нибудь неприятность.

Вряд ли все три нити магические, иначе задача была бы некорректной. Значит, две ложные имеют другую природу. Зеркала? Рон внимательно оглядел потолок и стены пещеры. Может быть… Но если и так, то качество отличное. Поверхность зеркала неразличима. Вдобавок, немало помогает темнота. На свету у них бы ничего не вышло.

Рон поднял с пола камешек и бросил его в направлении средней нити. Его реакция была мгновенной, но все же без потерь не обошлось. Пол перед ним взорвался облаком мельчайших осколков, и все они, летя по неестественной траектории, метили в Рона.

Рон нащупал на лице пять ранок.

Бросая второй камешек, он отвернулся, но ничего не произошло. Юноша поколебался с минуту и пошел вправо, не проверяя левый отсек. Это было верным решением. Ловушка была устроена так, что при ненужной проверке из соответствующей галереи вырывалась струя пламени, попав в которую, человек уменьшал свои шансы во-время дойти до конца раз в десять (если вообще оставался жив). Но сейчас Рон мог убедиться в правильности своего выбора только видя перед собой нигде не обрывающуюся нить. Ложные нити не могли быть слишком длинными. Все было в порядке – никаких неприятных сюрпризов. Еще одна загадка разгадана.

Рон чувствовал, что осталось уже немного. Но тут нить оборвалась. Не совсем. Через три ярда она начинала светить снова. Но между оборванными концами лежала яма. Глубокая яма с острыми шипами на дне, наполовину заполненная кислотой.

Рону вовсе не обязательно было прыгать. Он терпеть не мог высоты, а в детстве всегда инстинктивно тормозил перед учебным барьером. Он мог просто посидеть и дождаться полуночи.

А еще больше ему хотелось завыть от досады.

Но не первый, не второй вариант не подходил.

Рон разбежался и оттолкнулся от края. Он не затормозил, но в момент толчка его ноги ослабели, и он почти горизонтально полетел в яму. Его пальцы коснулись противоположного края, но было ясно, что они не смогут там закрепиться. На Рона нахлынули горькое сожаление и досада, и еще какая-то безумная надежда, что содержимое ямы окажется иллюзией. Но в то же мгновение, когда он расплостался над ямой, к нему пришло решение, простое и очевидное, и маг поспешил принять все мере, чтобы его исполнение не запоздало. Этот рывок отнял у него почти все оставшиеся силы, но оказался успешным – маг полетел. Он поднялся над краем ямы и закинул туда правую ногу. Со стороны это выглядело так, как будто юноша подтянулся. На этом силы его оставили, магия иссякла, и он, кое-как выбравшись наверх с помощью трех конечностей, рухнул на спину у края ямы и пролежал так минуты три.