А другого глобуса у вас нет?.. - Вершовский Михаил - Страница 79

Другая грозная контора — Управление по борьбе с наркотиками Соединенных Штатов Америки. Сколько уж фильмов да книг об этой конторе наштамповано — и уж такие они там рыцари без страха и упрека, а главное, с головами на плечах. Что в реальности далеко не всегда так уж глянцево выглядит.

Потому что с очень уж большим трудом верится в невиданную эффективность всей ихней борьбы, когда слышишь заявления типа того, что региональный босс этого управления сделал в Северной Каролине. Вышел он, значит, на публику — с благословения начальства, естественно — с несколько неожиданной просьбой. Дело в том, что пропал у них чрезвычайно ценный и чрезвычайно секретный прибор. Может, сперли его — а может, и забыли где по случайности. Ну, начальник этот, да еще пара-другая их же чинов, собрали по такому случаю пресс-конференцию. Мы, сказали, обращаемся к населению. И ежели кто эту нашу штуковину сыщет — будет ему наша вовек благодарность и приличная денежная премия.

Журналисты, конечно, все это записали, и спрашивают: как штука-то называется? Не, говорят ребята из агентства, этого мы сказать не можем. Секретность, и все такое прочее. Репортеры затылки почесали и опять: ну выглядит-то хоть как? В смысле, что искать-то надо?

Те переглянулись, ухмыльнулись снисходительно. Дескать, вот ведь штатский народец — никак специфика работы не доходит. Да не можем мы, говорят, вам этого сказать да объяснить. Вам же русским, в смысле английским, языком сказали: секретность. Дозволено только объявить, что размером с ладонь. Или около того. Так что ищите. А за нами не заржавеет.

Ну и, конечно, писаки ядовитые тут же всю пресс-конференцию во всем блеске в газетах своих и изложили. И, хотя само дело еще в декабре 1994-го имело быть, железку эту ищут, сдается, до сих пор.

Или еще одна легенда, с которой и Голливуд, и телевидение, и нынешние Конан Дойлы уж не один десяток лет кормятся: Федеральное ихнее Бюро Расследований. Из трех букв если, то просто — ФБР.

И я тут не буду о том распространяться, какие они герои в целом. Как, окружив танками да бронемашинами, мужественно спалили — в Уэйко, штат Техас — целое здание с полусотней людей, женщин и детей включая. Или как, скажем, Унабомбера знаменитого годами вычисляли. (И не надо насчет «так вычислили все же» — потому что ни хрена они не вычислили, а сдал Унабомбера его же родимый братец. А не сдал бы — так эти рыцари плаща и кинжала по сей день бы себе репу чесали за государственный счет.)

Нет, мы тут ни в какую такую глобальность падать не будем, потому как занимаемся делом гораздо более приятным — сидим да и вертим наш калейдоскоп. В окуляре которого разные картинки нарисовываются — и нам главное, чтобы позабавнее.

Оно и с ФБР картинок этих невпроворот. Да вот хотя бы такая, скажем. Когда вдруг выяснило ФБР, что некий Пол Флешер, гражданин сорока пяти годов, который по всем бумагам должен был в тюрягу сесть, так в этой тюряге и не появился. Ему, этому Флешеру, еще в 1980 году за кражу с отягчающими обстоятельствами вкатили во Флориде пять годочков тюрьмы. Но тут-то и заковыка, потому как ни в штатных, ни в федеральных тюремных списках негодяйского Флешера обнаружить не удалось. Шум, гам, скандал. Тут же по всей Флориде затеялась крутая операция самих «федералов» с привлечением и прочих сил правопорядка. Карты, графики, стрелки, рассчеты. Штаб, это уж как положено. Все чин чином.

И, конечно, увенчались усилия — не сразу, но все же — несомненным успехом. Заарестовали его в 1992 году — дома. Где он все это время — с самого 1980-го — и прожил. Никуда не выезжая, фамилии не меняя и даже работая себе в свое удовольствие. Так оно в том далеком 1980-м вышло, что пятерик ему действительно впаяли, после чего из зала суда он и пошел домой (такой процедуральный оборот законом вполне допускается). С тем, чтобы ждать повестки — когда и в какую тюрьму ему явиться на предмет отсидки. А повестки той — нет и нет. Ну, сказал, не самому же мне было идти да повестки этой домогаться?

Но не отсиделся, злодей. Штаб, операция, звонки, факсы, «примкнуть штыки», вертолеты по тревоге (ну ладно, вертолеты я для красоты добавил, но операция действительно с размахом была — и штаб, и весь прочий полагающийся реквизит) — взяли, а как же. Конечно, можно было и просто — без аж таких оперативных усилий — адресок-то проверить. И с тем же, как вы понимаете, успехом. Но и то признать следует, что общий эффект был бы не тот.

И не сказать, чтобы совсем уж в распоследние годы они такими башковитыми себя проявили. Вот вам еще одна история на закуску — времен Второй Мировой.

Президентом в те годы, как вы наверняка знаете, был Ф.Д.Р. — Франклин Делано Рузвельт. Его мы уж тут разок-другой поминали. Ну, и он, конечно, не так, чтобы сиднем сидел в своем президентском офисе, не взирая даже и на полиомиелит и кресло инвалидное. Катался по стране, а как же. Но в атмосфере чрезвычайной тайны, поскольку мало ли какое негодяйство вражеские агенты могли себе на счет любимого страной президента запланировать. Все-таки война.

И была у президента собачонка любимая, терьерчик, по кличке Фала (ее мы тоже поминали — когда заблудилась бедняжка на Аляске, а ее всеми авиацией и флотом разыскивали). Ну вот, значит, президент в тайные свои поездки на тайных поездах так себе тайком и ездит. И ФБР эту страшную государственную тайну и блюдет жесточайшим образом. Чтобы, значит, ни один враг.

Но кроме врагов, понятное дело, и досужие журналисты интересовались знать, где и когда первое лицо в государстве объявляется. Что они и выясняли — причем без особых хлопот. Поскольку любимая президентская собачка Фала — так уж у нее с детства, видать, заведено было — страшным лаем требовала на каждой станции, где поезд хоть на минутку вставал, прогулки. Ну, как у них, собачек — пописать там, и все такое прочее.

И вот какая картинка при этом на перроне нарисовывалась. Появлялась из вагона некая собачка породы терьер, которую уже всяк репортер в морду знал, да еще и в окружении мрачных широкоплечих молодцев со шляпами, профессионально на глаза надвинутыми. И вот она в окружении той же фэбээровской бригады, скажем, на семафор писала, а репортер тут же несся к телефону, чтобы сообщить, что президент на тайном своем поезде следует в таком-то и таком-то направлении.

И, между прочим, ФБР себе не одну неделю голову ломало над тем, как же хитроумные писаки сквозь непроницаемую казалось бы завесу тайны проникать умудряются. А ведь дело было серьезное, поскольку возникала несомненная опасность для всей, как вы понимаете, страны. Но, как видим, все обошлось. Так за всю войну Рузвельта и не укокошили. Так что либо не так уж оно вражеским агентам нужно было, либо у них там такие же, как в том ФБР, работали.

Но Бог с ними, конторами этими крутыми. Это я для широты, а равно и полноты картины изобразил (хотя, уверяю вас, до йоточки с натуры). Нас же тут, как вы понимаете, не шпионские страсти пока интересуют, а те стражи закона, с которыми население — в отличие от Джеймсов Бондов — не только на кино— и телеэкране сталкивается. Перейдем, как говаривали в старину, к нашим баранам…

Что сразу же о полиции хочется сказать — и для дальнейшей ясности, и чтобы мостик со всем, о чем выше речь была, перекинуть — так это то, что она ведь тоже. Во-первых, во-вторых, в-третьих и даже в-пятнадцатых. Тоже Организация. Со всей полагающейся мощью коллективного идиотизма, которая достигается простым перемножением индивидуальной дурости на все структурное многоступенчатое великолепие Системы. С поразительными, как вы понимаете, результатами.

Вот, скажем, логика, на которой многие индивидуумы прямо-таки пунктик какой-то имеют. До того даже, что уж и малой нужды — о большой не говоря — им без этой ихней логики не справить. Дескать, логически рассуждая, да по законам логики, и все такое прочее. Чтобы, значит, жизнь была круглая как биллиардный шар и железобетонная как таблица умножения. Так вот, на борьбу с этим распространенным суеверием — с логикой, то есть — Организация нацеливается мощно и бескомпромисно. Любая, естественно, Организация. И интересующая нас полиция в этой благородной борьбе оказывается в самых первых рядах.