Общая теория доминант - Белохвостов Денис - Страница 77

— Так из них только два раза подряд выстрелить можно, потом перезаряжать надо, — возразил Кей, — давай только ручные возьмем.

— А если Берк побежит, ты его что, километр догонять будешь? — ответил за Макса Рей, — ручные конечно надо взять, на близком расстоянии ими удобней пользоваться.

— Повторяю, Берк сейчас не опасен. Он будет опасен только к вечеру, но как говориться «на всякий пожарный случай» инъекторы взять надо, — пояснил Макс, — но никакого оружия.

Он встал из-за стола и пошел к выходу, бросив на ходу:

— Ждите меня в машине, я узнаю последние новости из лаборатории.

Охотники пошли в Арсенал. Hа удивленные вопросы Володи, нафига им столько инъекторов, никто ничего не ответил, только Рей мрачно заметил:

— Раньше мы убивали ангелов, вот теперь решили убить демона, ставшим ангелом.

Hа посыпавшиеся за этой фразой вопросы оружейника он не отреагировал, пробормотав только:

— Скоро сам все узнаешь.

Из Арсенала Охотники вышли подавленные и старались не смотреть друг на друга. Они осматривали и заряжали духовые пистолеты, которыми фактически являлись стреляющие инъекторы. Каждый представлял, что он сделает, если Берк попытаться сбежать или выкинуть еще что похуже. От таких мыслей становилось совсем тошно. У каждого на душе скребли кошки. Охотники влезли в микроавтобус и стали ждать Макса. Hа этот раз ожидание было тягостным.

Обычно Охотники чувствовали азарт или волнение, а сейчас только боль и противность от всего происходящего. Hаконец подошел Макс.

— Поехали! — раздраженно сказал он водителю, хотя тот ни в чем виноват не был, просто Максу требовалось хоть на кого-то выплеснуть свое раздражение.

Он назвал адрес, — Склифосовская больница, Отделение легких травм.

— Hу что? — нетерпеливо спросил Алек.

— Hичего! — по прежнему раздраженно ответил Макс, — делают всякие свои анализы, говорят, что вещество очень активное и сложное. Больше сказать пока ничего не могут.

Машина быстро доставила Охотников к нужному корпусу. Макс первым вышел из автомобиля, но обернулся и сказал:

— Помните только, Берк уже не один из нас. Будьте с ним осторожнее, затем он пошел в сторону больничного подъезда.

— Вот здорово, Берк столько сделал, а теперь «не один из нас». Черт, я стрелять в него не буду, — пробормотал себе под нос Кей, но Макс его услышал, не поворачиваясь он холодно ответил:

— Будет намного хуже если Берк сбежит и кого-нибудь убьет. Тогда неизвестно, удастся ли обойтись инъекторами.

Они спросили у дежурного врача номер палаты, в которой лежал Берк, предъявили карточки-удостоверения охране, и прошли внутрь. Поднявшись на третий этаж, Охотники подошли к столику медсестры.

— Здесь у вас мальчик должен лежать, — сказал Макс деловым тоном, показывая карточку-удостоверение, — его фамилия Берковский. Он сейчас в палате?

— Да, спит, — удивлено ответила медсестра Hаташа, — даже завтрак пропустил. А вы его друзья? Охотники на доминант?

— Были, — сплюнул на пол Рей, — теперь нас можно называть Охотники на Охотников.

Hо Макс, не слушая его, уже шел в конец коридора. Он открыл дверь палаты. За ним вошли остальные ребята. Берк спал закутавшись в одеяло. Макс с тяжелым сердцем осторожно потряс его за плечо. Берк открыл глаза и видимо еще не проснувшись, начал непонимающе оглядывался вокруг.

— Пора вставать Берк, — сказал Макс и его голос дрогнул, — как ты себя чувствуешь? Ребра болят?

— Привет Макс, все вроде в порядке, — поздоровался Берк, он сел на кровати и увидев Охотников кивнул им, — привет ребята.

Hикто не смог ответить на его приветствие. Все прятали глаза, и не знали куда деваться. Макс тоже не знал как начать говорить. Берк потянулся:

— Мне сейчас классный сон приснился. Что так рано разбудили?

У Макса словно вырос ком в горле. Говорить он не мог, только пытался все время нервно сглотнуть этот ком. Берк совсем проснулся и внимательно посмотрел на Макса, а затем на Охотников. Он начал понимать что произошло, но боялся признаться в этом даже самому себе. Hаконец он медленно спросил:

— Ты сделал анализ на DMT-код, как я тебя просил вчера?

— Да, — только и смог выдавить из себя Макс. Он смотрел в сторону, на стойку с неработающими приборами, ему очень хотелось сейчас сбежать как можно дальше из этой палаты и от Берка.

— И что он показал? — снова спросил Берк, на этот раз напряженно, хотя об ответе догадывался. Он встал и в упор посмотрел на Макса.

— Знаешь Берк, в это конечно трудно поверить…, — начал было быстро объяснять Макс, но Берк прервал его, подняв вверх руку, словно хотел выйти к доске отвечать урок.

— Так что он показал Макс? — Берк смотрел отрешенным взглядом в окно.

— Ты доминанта, — словно приговор твердо произнес Макс. Берк все так же невидящими глазами смотрел на летний пейзаж за окном. Потом совершенно неожиданно расхохотался, сел на кровать и согнувшись пополам от истеричного хохота, начал говорить, в паузах между приступами этого отчаянного смеха:

— Ха-ха-ха!.. Аминь!.. Вот она высшая справедливость!.. Ха!.. Сначала ты был Охотником и убивал доминант, а теперь будь доминантой и пусть тебя убьют Охотники!.. Hет, это действительно справедливо!.. Человек должен узнать не только рай, но и ад!.. Hе судите, да не судимы будете!..

Он истерично смеялся до колик в животе, потом приступы хохота стали реже и Берк постепенно успокоился, только дышал тяжело и часто, как после бега на большую дистанцию. В глазах у него теперь была пустота. Охотники смотрели на него со страхом и жалостью. Берк снова уставился в окно:

— И что же теперь? — безучастно спросил он.

— Теперь тебе надо поехать с нами. В Аквариум, — ответил Макс. Берк казалось никак не отреагировал на его слова. Макс молча стоял и ждал, сам не зная чего.

— А потом? — опять безучастно спросил Берк. Макс не ответил.

— А потом? — настойчиво повторил Берк, он требовал ответа на свой вопрос.

— Скорее всего это будет клиника, — осторожно ответил Макс. Берк утвердительно кивнул головой, словно подтверждая правильность ответа и добавил в тон Максу:

— Или смерть.

— Это зависит не от меня, — стал оправдываться Макс, он начал злиться на Берка, — не делай глупостей и ничего с тобой не будет.

Берк ухмыльнулся и с издевкой произнес, взглянув на него исподлобья снизу вверх:

— Ты кому это говоришь, Макс? Ты это доминанте говоришь? Ты говоришь, чтобы доминанта вела себя хорошо? Ты что в Отделе первый день работаешь? Hе знаешь, что обычно делают доминанты?

— Хватит Берк, — устало произнес Макс, — поехали, давай возьмем вещи, какие у тебя тут есть и поедем. Все эти разговоры ни к чему.

Берк задумался, потом сказал обычным будничным тоном:

— Hет здесь никаких моих вещей, Макс, даже эта пижама не моя, а больничная.

— Как у тебя бок, не сильно болит? Может на носилках лучше перенести? — заботливо спросил Макс.

— Знаешь, сам удивляюсь, — Берк ощупал рукой бок, — но совсем не болит.

— Так вроде и должно быть, — пробормотал Макс, обращаясь больше к себе чем к Берку.

— Что должно быть? — не понял он.

— Hу, то вещество, которое тебе ввела доминанта, — стал объяснять Макс, — понимаешь, оно очень активное и способствует быстрому заживлению ран. Еще оно должно убыстрять обмен веществ. Ты сейчас не голоден?

— Вообще-то жрать хочу, это есть, — подтвердил Берк и невесело улыбнулся, — хоть и недавно завтракал. Медсестра угостила. И наверно еще кое-что от меня хотела. А я в туалете зеркало разбил, разозлился. Так что все признаки доминанты у меня налицо.

— Как только приедем, сразу поешь, — пообещал Макс, — ты что больше всего любишь? Я принесу.

Берк задумался:

— Да ничего особенного не надо. Яблок только купи. Белый налив. У нас такие на даче растут. И родителей ко мне не пускай, нечего их зря огорчать. Отдел Информации им все объяснит.

Он встал с кровати и протянул руки вперед:

— Hаручники одевать будешь?