Круги на воде - Виггз Сьюзен - Страница 46

– Жалость не имеет ничего общего с чувствами, которые я испытываю к тебе.

Его нежная ласка зажгла в ней страстное желание. Юлиане хотелось быть ближе к нему, еще ближе. Тонкими руками она обвила его шею. Поднявшись на мысочки, она все равно не могла достать до его губ. Стивен наклонился и встретился с ее губами в жарком поцелуе. Юлиану удивила ее собственная реакция. Она не ожидала, что губы его окажутся такими мягкими и такого удивительного вкуса, ее руки ощущали шелк его волос и тепло его крепкой спины. У Юлианы убили всех родственников, она проехала через весь континент и прожила пять лет с цыганами. Сердце ее сделалось суровым, но от поцелуя Стивена она становилась податливой и гибкой, словно ивовая ветка на ветру.

Глаза ее закрылись, и она не видела больше ничего, кроме золотого сияния. Ей хотелось разделить с ним блаженство, и чтобы счастье длилось вечно. Было что-то очень искреннее и естественное в том, как Стивен обнимал и целовал ее. Он был гораздо естественнее, чем когда говорил с сарказмом или вообще игнорировал ее.

Он оторвался от ее губ, и она издала слабый стон, потому что ей не хотелось, чтобы он остановился.

– Это неразумно, – прошептал Стивен, у него кружилась голова, как будто кто-то бросил его с быстро мчавшейся лошади.

– Я не знаю слова «неразумно».

Стивен улыбнулся ей глазами, уголки губ слегка приподнялись. Никогда он еще не казался Юлиане таким привлекательным.

– Знаешь, моя цыганочка, – он убрал прядь волос с ее щеки, наклонился и поцеловал в шею, – уверяю, что тебе это известно.

Нежное прикосновение его языка, пощипывание зубами в чувствительном месте затрудняли ей дыхание.

– Оказывается, совсем неплохо быть неблагоразумным.

Стивен негромко засмеялся, и губы его опустились туда, где грудь выступала из тугого лифа платья.

– В данном случае, совсем неплохо, – он выпрямился и взял ее за руку. – Пошли, Юлиана, это печальное место для свиданий. – Стивен посмотрел в сторону, где стояла привязанная Каприя. – Твой конь убежал.

У Юлианы вырвалось цыганское проклятие.

– Противное животное. Он убежал раньше, чем я успела его привязать.

– Он найдет дорогу домой. Где еще его угостят сладким овсом?

– А как я доберусь домой?

– Можно ехать верхом на одной лошади, баронесса. – Стивен взял ее за руку и повел к Каприи. – Разве тебе это неизвестно?

Чувствуя глубокий смысл в его словах, Юлиана без каких бы то ни было сомнений быстро вскочила на лошадь и села по-мужски. Юбки, выкрашенные отцом Джилли в алый цвет, задрались, открыв одетые в чулки ноги.

Стивен сел позади нее, крепко прижавшись к задней луке седла. В одну руку он взял поводья, другой обнял Юлиану за талию. Они тронулись в путь. Юлиане казалось, что все происходит во сне. Рука Стивена прошла сначала вверх и остановилась под грудью, затем опустилась вниз и скользнула вдоль бедра. И чуть не свела ее с ума, когда проникла под юбки.

– Что ты делаешь? – чуть слышно прошептала она.

– Просто хочу убедиться, не потеряла ли ты интерес ко мне. Мне прекратить?

Если бы у нее были силы, она бы рассмеялась над нелепостью его вопроса. Прекратить? Это все равно, что пытаться погасить горящий лес наперстком воды.

– Нет, – произнесла Юлиана, издав долгий вздох, – не прекращай, Стивен. – Она откинула голову назад, прислонившись к его груди, и тут же губы Стивена коснулись ее рта. Он целовал ее, не переставая ласкать ей грудь.

Юлиана почувствовала легкую прохладу и как сквозь сон поняла, что Стивену удалось высвободить ее грудь из бархатного лифа платья. Его искусные пальцы играли с ее сосками.

У Юлианы вырвался негромкий стон. Пойманная в ловушку его сильных бедер, сжимавших сзади, его обнимающих рук, его ласкающих пальцев, она чувствовала свою беспомощность.

Стивен прекратил ласки, и Юлиана чуть не заплакала, ощутив себя обманутой, но он сделал это для того, чтобы передать ей поводья и освободить обе руки. С деликатной осторожностью Стивен поднял ей юбки и прикоснулся пальцами к влажному шелку ее нижнего белья в самом уязвимом месте. Юлиана почувствовала себя свободной и счастливой. Пальцы его не останавливались ни на секунду, лаская ее тело. Губы продолжали ласкать ее рот.

Как сквозь туман Юлиана увидела, что лес кончился, и они выехали на лужайку. Вдали луг соединялся с основной дорогой, ведущей к воротам дома.

Дыхание Стивена участилось и стало шумным, как будто он испытывал боль. Ей хотелось сказать что-нибудь, чтобы успокоить мужа, но она была настолько увлечена волшебством его прикосновений, что не в силах была произнести ни слова.

И вдруг он остановился.

– Черт возьми!

Юлиана вскрикнула, открыла затуманенные глаза и проследила за его взглядом.

– Хэвлок, – пробормотал Стивен сквозь зубы.

Пока Элджернон Бассет, граф Хэвлок, ехал навстречу к ним по дороге, Стивен быстро привел в порядок платье Юлианы.

Ее качало в седле.

– Что ему нужно? Он, конечно, не сможет догадаться, чем мы... что мы делали...

Стивен взглянул ей в лицо, казалось, ему было страшно и весело одновременно.

– Нужно быть слепым, чтобы не догадаться обо всем по твоему лицу. Если ты выглядишь такой взволнованной после моих ласк, то какой ты будешь, когда мы достигнем самых высот?

– Разве мы их не достигли?

– Для этого нам пришлось бы проехать еще несколько миль. Уж во всяком случае не одну милю, черт возьми.

Стивен разозлился на себя и испугался: как он мог так забыться?

Юлиана взволнованно вздохнула и поправила платье. Он совершенно ясно понимал, почему это случилось. Девушка выпрямилась, Стивен сделал то же самое, но все равно трудно было не касаться ее. Усилием воли Стивен постарался воздвигнуть между нею и собой невидимую стену. Уже много лет ему удавалось держать в узде свои эмоции.

Но Юлиане удалось одним нежным взглядом и несколькими тихими словами разрушить эту стену.

Стивен сжал зубы, чтобы не разразиться проклятиями. Остановив лошадь, он соскочил на землю, затем протянул руки и взял Юлиану за талию. Она была такой изящной, такой очаровательной. Он с трудом сдерживал себя, когда она скользнула вдоль его тела и опустилась на землю. Стивен старался не проявлять сожалений в связи с неожиданным появлением Хэвлока. Какой же он глупец. Тем не менее это была не игра, и Юлиана совсем не шутила.