Апостол зла - Вилсон (Уилсон) Фрэнсис Пол - Страница 73

Но Лизл ничего не принимала. Она полностью погрузилась в философию Рафа.

Постепенно в душе Билла нарастало глубокое беспокойство.

Что происходит? Такое впечатление, что Раф преображает Лизл изнутри, прямо у Билла под носом.

Понятно, как это случилось. Лизл, столь ранимое и уязвимое существо, была настоящей клушей-наседкой. Плохое мнение о себе, эмоциональный надрыв — и вдруг появляется необычайно привлекательный молодой человек и сообщает, что она вовсе не клуша, какой привыкла себя считать, а белый лебедь. Немножко любви и привязанности, чтобы облегчить тяжелые переживания после развода, немножко нежности, немножко терпения, и Лизл открылась навстречу. А ему явно недостаточно физического обладания. Он пытается завладеть ее сознанием. И когда защитные барьеры Лизл окончательно рухнули, принялся заполнять пустоты в ее душе, которую воспитатели не позаботились снабдить системой ценностей, стал внушать перевернутую, порочную философию, позволяющую без труда обрести высокое о себе мнение, чего она была лишена всю свою жизнь. Но это ложная самооценка, добытая за счет других. А в ходе работы по перековке Раф стал для Лизл солнцем в окошке; теперь она вращалась вокруг него, и отныне лицо ее всегда обращено к нему, только к нему.

Когда они въехали в город, Лизл попросила Билла высадить ее на стоянке в деловом центре, где оставила свою машину.

— Спасибо за поездку Уилл. Это было грандиозно. Но я хочу поскорей снова свести вас с Рафом. Он вам откроет глаза. Вот увидите — это будет самое замечательное, что с вами когда-нибудь происходило.

Она помахала рукой, повернулась и зашагала к своему автомобилю. Билл ощутил страшную горечь, глядя ей вслед.

«Я теряю ее».

Не тело и не любовь — для Билла это не имело значения, когда речь шла о Лизл, — но ее ум, ее душу.

Раф. Что он с ней творит? Его действия и намерения выглядят почти... зловещими. Впрочем, Биллу, должно быть, затаившаяся паранойя кружит мозги. Никаких дурных замыслов тут нет. Раф просто внушает Лизл свое собственное извращенное представление о мире. Извращенцы всегда так делают.

Но, делая это, он превращает единственного в мире друга Билла в чужого ему человека. И Билл не собирается этого допускать. Лизл слишком невинная, слишком достойная личность, чтобы спокойно сидеть и смотреть, как все хорошее, что в ней есть, вылетает в черную дыру философии Рафа.

Он должен помочь ей вырваться, даже если она не желает вырываться.

Билл знал, что вступает в борьбу с опозданием. До этого самого дня он и не подозревал, что пора начинать борьбу. Но больше в сторонке стоять нельзя.

Первым делом следует разузнать побольше об этом Рафе Лосмаре.

Глава 21

Эверетт Сандерс сидел в одиночестве у себя в кабинете и жевал двадцатую ягодку белого винограда. Сегодня ему не удалось найти ни одного достойного персика, так что пришлось довольствоваться виноградом. Он сложил сумку, в которой принес виноград, и сунул обратно в коричневый пакет с завтраком. Потом уложил пакет в кейс.

Ну вот. Завтрак закончен. Время для сигареты номер шесть. Он закурил ее и потянулся за романом, который читал на этой неделе, — «Наследство Скарлатти» Роберта Ладлэма. Он наслаждался им чрезвычайно, до такой степени, что прочитал вчера ночью значительно больше нормы. Он вытащил из нагрудного кармана маленькую записную книжку. Да, так и есть. Вчерашняя запись. В сущности, когда он закрыл вчера книжку, была выполнена и сегодняшняя норма.

Это ставит Эва в несколько затруднительное положение. Если сегодня во время обеденного перерыва снова взяться за роман, он продвинется еще дальше, и возникнет перспектива остаться в субботу без чтения. Конечно, всегда можно и в субботу начать книжку, предназначенную на следующую неделю — как правило, он впервые открывает ее днем в воскресенье, — но тогда полетит весь график следующей недели, и в будущий уик-энд он столкнется с еще более серьезной проблемой.

Дилемма домино. Вполне вероятно, ее помог бы решить сборник коротких рассказов... оттуда можно выбирать при необходимости, а потом...

Нет. Он любит романы и будет читать романы.

Почему бы сегодня вообще не отказаться от чтения? Сегодня, в конце концов, среда, вечером у него собрание. Если задержаться подольше, можно прийти домой и прямо лечь в постель в обычный час — в 23.30, сразу же после позднего выпуска новостей. Все, что ему сейчас требуется, — найти способ убить обеденное время, и он будет вольной птицей.

Но запасными вариантами на обеденный перерыв он не располагает. Это означает, что образуется свободное время. Эв не любит свободного времени. Оно ему совсем ни к чему. Он знает по прошлому опыту, что, если позволить себе чересчур долго свободно размышлять, мысли могут пойти не в том направлении.

Он испытывал искушение вернуться к терминалу и поработать над статьей для Пало-Альто, но и для этого в течение дня отведен определенный период. Сейчас этого делать нельзя.

Эв начал чувствовать первые признаки беспокойства.

Он подошел к окну и посмотрел туда, где обычно завтракала Лизл. В последние дни он не видит ее с газонокосильщиком. Может быть, еще слишком прохладно для завтраков на свежем воздухе.

Закурив сигарету и глядя на пустую вершину холма, он стал анализировать другую причину, по которой ему следует избегать свободного времени: одиночество. Расписанный день не оставляет лишней минуты, чтоб ощутить пустоту существования.

А его жизнь пуста — не правда ли?

Он вздохнул, докурив сигарету до конца. Но ведь так и должно быть, хотя бы какой-то определенный период. Возможно, через несколько лет, если ему встретится достойная кандидатура, кто-то, кто сможет понять и принять его, он будет готов решиться на другую попытку. Ему тогда уже перевалит за сорок пять. Поздновато думать о новом браке. Но другие все время так поступают, почему же ему нельзя?

Может быть, потому, что его первый брак был столь несчастным. Бедная, долго страдавшая Диана — что он заставил ее пережить! Она продержалась гораздо дольше, чем можно было надеяться, пока их семейная жизнь умирала медленной смертью, — и все из-за него. В один прекрасный день он может набраться храбрости и попробовать снова и во второй раз организовать все как следует, но это покуда исключено. Он все еще любит Диану.