Могила - Вилсон (Уилсон) Фрэнсис Пол - Страница 50

А как же проклятие?

— О, не обращай внимания! Я не должна была даже упоминать об этом. Что-то о том, что линия Вестфаленов закончится в «боли и крови», о темных силах, которые явятся за нами. Но не волнуйся, дорогая! До сих пор все члены нашего рода жили долго и умирали естественной смертью.

Лицо Джии просветлело.

Очень приятно слышать.

— Тут и думать не о чем.

Но сама Нелли не могла об этом не думать. Проклятие Вестфаленов. Грейс, Тедди и она часто шутили по этому поводу. Но если верить некоторым рассказам, сэр Альберт до смерти боялся темноты. Свои последние годы он провел в окружении сторожевых собак, и в его комнате всегда горел камин, даже в самые жаркие ночи. Нелли задрожала. Да, легко шутить, когда ты молод и не знаешь, что такое потери. Но Тедди давным-давно умер от лейкемии, по крайней мере, не в «боли и крови», а скорее тихо угас, а Грейс — кто знает, где она? А вдруг за ней пришли «темные силы» и забрали ее? Возможно ли, что...

«Чепуха! Как можно пугаться бреда сумасшедшего старика, который умер сто лет назад?»

И все же... Грейс исчезла, и пока этому не было никаких объяснений. Пока не было.

Когда они подъезжали к Саттон-сквер, Нелли почувствовала: что-то должно произойти. Наверняка ее ждут какие-то новости о Грейс. Она со вторника не выходила из дому, боясь пропустить известие о сестре. Но сидеть безвылазно дома — все равно что следить за закипающей кастрюлей: ни за что не закипит, пока не отвернешься. Может, и здесь то же самое. Пока Джия расплачивалась с шофером, Нелли поспешила к двери и позвонила. Ожидая, пока откроют дверь, она непроизвольно сжимала руки в кулаки.

«Грейс вернулась! Я знаю это! Я просто уверена!»

Но надежды рассеялись, когда она увидела хмурое лицо Юнис.

— Что-нибудь слышно?

Можно было бы и не спрашивать. Юнис грустно и медленно покачала головой, подтвердив то, что та уже и сама поняла. Нелли почувствовала себя совершенно опустошенной, как будто из нее вышла вдруг вся энергия.

Джия с Викторией уже подошли к дверям.

Нелли повернулась к ней:

— Я не смогу пойти на прием.

— Ты должна, — сказала Джия, обнимая Нелли за плечи. — Ты представляешь, что скажут эти сверхэлитарные представители британского общества, если тебя не будет? И что подумает сэр Альберт, если ты будешь сидеть и хандрить?

Нелли была признательна Джии за ее поддержку, а вот на то, что подумает сэр Альберт, ей, честно признаться, наплевать.

— И что я буду делать с этим платьем? — продолжала свое Джия.

— Платье — твое, — мрачно сказала Нелли. У нее не было сил притворяться.

— Нет, если мы не пойдем на прием, я тотчас же верну его в «Ла Шансон».

— Так не честно. Я не могу идти, разве ты не видишь?

— Нет, вовсе не вижу. А знаешь, что подумала бы Грейс? Она хотела бы, чтобы ты пошла.

«Так ли это?» — задумалась Нелли. Зная Грейс, она была уверена, что сестра действительно хотела бы этого. Грейс была из тех, кто всегда держит марку. Как бы тебе не было плохо, нужно выполнять свой общественный долг. И никогда, никогда нельзя показывать своих чувств.

— Сделай это для Грейс, — сказала Джия.

Нелли выдавила из себя улыбку.

— Очень хорошо, мы пойдем, и могу гарантировать, что мнение «сливок общества» играет в этом последнюю роль.

— Ты правильно решила. — Джия еще раз обняла Нелли и заторопилась на кухню — Виктория просила ее порезать апельсин. Джия спешила к дочери, оставив Нелли в вестибюле одну.

— Как я справлюсь без нее? Грейс и Нелли, Нелли и Грейс...

Они всегда были вместе. «Как я теперь без нее?»

Чувствуя себя очень старой, Нелли стала подниматься по лестнице в свою комнату.

Глава 8

Нелли забыла сказать Джии, в честь кого устраивается прием. И Джия так никогда этого и не узнала. Ей показалось, в честь какого-то нового начальника, прибывшего в миссию.

Прием, как пи странно, оказался вовсе не таким скучным, как она ожидала. Он состоялся в «Харлей-Хаус», в двух минутах ходьбы от Саттон-сквер. Даже Нелли, казалось, немного развеселилась, хотя и не сразу. Первые пятнадцать минут, или около того, дались пожилой женщине с трудом, потому что ее сразу окружила толпа людей, они расспрашивали ее о Грейс и выражали соболезнование. Все они были членами неофициального клуба богатых англичан, живущих в Нью-Йорке, своего рода «колонией в колонии».

Ободренная всеми этими знаками внимания, Нелли оживилась, воспряла духом, выпила немного шампанского и даже начала смеяться. Джия тоже решила позволить себе выпустить пар. За весь день — это самое мудрое решение. Да что там за весь день — за весь год.

Не такая уж здесь плохая компания, решила Джия после часа или около того. Здесь были представители разных национальностей, все хорошо одеты, вежливы и дружелюбны. Новое платье сидело прекрасно, и она чувствовала себя очень женственной. Джия ловила восхищенные взгляды гостей, и это ей нравилось. Джия уже почти допила третий бокал шампанского — она не разбиралась в сортах, но это было великолепным, когда Нелли взяла ее под руку и повела к двум стоящим в стороне мужчинам. Один из них — тот, что пониже, — был Эдвард Бёркес начальник охраны миссии. Джия знала его. Он разговаривал с высоким темным мужчиной, одетым во все белое, включая тюрбан. Когда он повернулся, она заметила, что у него нет левой руки.

Нелли поздоровалась с Бёркесом и протянула ему руку.

— Нелли! Рад тебя видеть! — Бёркес, плотный мужчина лет около пятидесяти, с седеющими волосами и усами, поцеловал ей руку и, посмотрев на Джию, улыбнулся: — И миссис Дилауро! Какая приятная неожиданность! Вы чудесно выглядите! Позвольте мне представить вам мистера Бхакти, члена индийской делегации.

Индус поклонился, но руки не протянул.

— Рад познакомиться.

Джии он не понравился с первого взгляда. Его темное худое лицо походило на маску, взгляд закрытый — в глазах ничего нельзя прочитать. Казалось, он что-то скрывает. По Джии его взгляд скользнул, словно по мебели, но на Нелли он посмотрел с пристальным интересом.

Мимо прошел официант с подносом, уставленным бокалами с шампанским. Бёркес подал бокалы Нелли и Джии и предложил один мистеру Бхакти, который отрицательно покачал головой.