Могила - Вилсон (Уилсон) Фрэнсис Пол - Страница 84

— Что произошло?

— Оно пустое! — всхлипывая, ответила Калабати.

— А что это было? — Джек взял это... что-то белое, со скорлупой, слегка отливающей серым цветом.

— Женская особь ракшасов.

Ракшасы. Уже второй раз при нем Калабати произносила это слово. В первый раз, когда в пятницу этот мерзкий запах проник в его квартиру. Но теперь Джеку не надо объяснять, что это такое. Вряд ли ему когда-либо удастся забыть их синюю кожу, вытянутое тело с длинными конечностями, кривой рот, когтистые пальцы и сверкающие желтые глаза.

Тронутый ее отчаянием, Джек бросился на колени рядом с Калабати. Нежно вынув остатки скорлупы из ее рук, он взял ее руки в свои.

— Расскажи мне обо всем.

— Не могу.

— Ты должна.

— Ты не поверишь...

— Я видел их. Я поверю. И сейчас мне нужно понять, кто они.

— Это ракшасы.

— Ты говорила. Но что значит — ракшасы?

— Они — демоны, своего рода фольклорный элемент, которым сдабривают страшилки на ночь и пугают детей: «Вот придет ракшас и заберет тебя!» Но только некоторые посвященные знают, что они больше чем сказочные персонажи, они действительно существуют.

— А ты и Кусум именно такие избранные?

— Мы — единственные, кто остался в живых. Мы происходим из древнего рода священников и являемся последними Хранителями ракшасов. Из поколения в поколение в нашей семье передавался завет заботиться о ракшасах, кормить их, разводить, управлять ими и использовать, как велят наши законы. Но с середины прошлого века наша семья утратила эту возможность.

Как бы потеряв нить рассказа, она замолчала. Джек нетерпеливо спросил:

— И что же произошло?

— Британские солдаты уничтожили храм богини Кали. Они убили всех в храме, разграбили его и, вылив масло в подвал с ракшасами, подожгли. Храм сгорел. В живых остался только один ребенок. — Она взглянула на пустую скорлупу. — И только одно яйцо, принадлежавшее женской особи, удалось найти на пепелище. Но исчезновение мужской особи означало конец ракшасов. Они вымерли.

Джек дотронулся до скорлупы. Так, значит, отсюда пошел весь кошмар! Он все еще не мог в это поверить.

— Калабати, они существуют, и сегодня на корабле я видел по меньшей мере штук пятьдесят. — Он попытался выкинуть из головы воспоминания об этом. «Нелли: О ужас!»

— Должно быть, Кусум нашел мужское яйцо.

Слова Калабати поставили его в тупик. Возможно ли, что она до сих пор не знала об этом? Джеку очень хотелось верить, что это именно так. Он и мысли не желал допустить, что она могла обманывать его.

И все же я до сих пор не знаю, что они такое. И зачем?

— Они — демоны...

— Демоны-шмемоны! Демоны — это сверхсущества, а в тех, что я видел, нет ничего сверхсущественного. Они — из плоти и крови.

Но, Джек, их плоть отличается от плоти человеческой. Их кровь почти черного цвета.

— Черная, красная, кровь есть кровь.

— Нет, Джек! — Она поднялась на колени и сильно сжала его за плечи. — От них невозможно укрыться! Они кажутся медлительными, но это не так. Их практически невозможно убить.

— Так, значит, англичане сотворили чудо.

Ее лицо передернулось.

— Им повезло. Они воспользовались единственным средством, которым можно уничтожить ракшасов. Огнем! Сталь ослабляет их, огонь убивает.

«Огонь и сталь...» Джек понял, почему Кусум стоял между двумя факелами и почему он держит их в стальном корабле. «Огонь и сталь» — два старинных средства от ночных страхов и кошмаров.

— Но откуда они взялись?

— Они были всегда.

Джек поднялся сам и нежно поднял Калабати, очень нежно. Сейчас она казалась такой хрупкой.

— Поверить не могу. Они похожи на человека, но в голове не укладывается, что у нас мог быть единый прародитель. Они такие... — Он вспомнил инстинктивную враждебность, которую ощутил при виде их. — Другие.

— Предание гласит, что еще до ведических, и даже до доведических богов существовали Старейшие, которые ненавидели человечество и хотели захватить место человека на Земле. Для этого они создали пародию на человека. Их строение такое же, но они лишены разума, того, что есть в человеке; их назвали ракшасами. Они это мы, но лишенные любви и порядочности. Они воплощение ненависти, похоти, жадности и насилия. Старейшие сделали их более сильными, чем люди, и заложили в них ненасытную жажду к человеческой плоти.

— И ты веришь в это? — Джека потрясло, что Калабати говорит так убежденно, как ребенок, который верит в сказки.

Она пожала плечами:

— Да. История гласит: люди научились управлять ракшасами. Но все ракшасы были изгнаны в Царство Смерти.

— Но это же не так?

— Да. Мои предки спрятали последнее гнездо в горах Бенгалии, где и воздвигли храм. Они нашли способ подчинять ракшасов своей воле и передавали эти знания из поколения в поколение. Когда умерли наши родители, бабушка передала ожерелья и яйцо ракшасов Кусуму и мне.

— Я кое-что знаю об ожерелье!

Калабати, схватившись за горло, резко и отрывисто спросила:

— Что ты знаешь?

— Знаю, что эти два камня выглядят точь-в-точь как глаза этих жутких ракшасов. Полагаю, в этом заложен какой-то смысл.

— Да, — подтвердила она более спокойным голосом. — Как бы получше тебе объяснить? Я бы сказала, оно волшебное.

Возвращаясь в гостиную, Джек тихо засмеялся.

— Находишь это забавным? — за его спиной спросила Калабати.

— Нет. — Он упал в кресло и уже открыто рассмеялся. Смех начал беспокоить Джека своей неестественностью и тем, что он не мог его контролировать. — Нет, просто я выслушал тебя и поверил всему, что ты сказала. Нет вопросов. Правда, самое смешное, я верю тебе! Я выслушал самую идиотскую, фантастическую, невозможную историю и верю каждому слову!

— А почему нет? Ведь это чистейшая правда!

— И то, что касается волшебного ожерелья? — Джек поднял руку, когда она открыла рот, чтобы возразить. — Не важно. Почему бы не поверить в то, что ожерелье волшебное?

Это правда!

Мне гораздо важнее знать о твоем участии во всей той истории. Что-то не верится, что ты ничего не знала.

Она присела напротив Джека.

— В пятницу у тебя в комнате я знала, что ракшасы были за окном. И в субботу тоже.