Ночной мир - Вилсон (Уилсон) Фрэнсис Пол - Страница 107

– Что здесь происходит?

Кэрол коротко рассказала ему о событиях последних двадцати минут. Глэкен, слушая, все время кивал.

– Значит, он сказал, что оставит вашу кожу в туалете? – переспросил он.

Кэрол почувствовала, как Билл еще крепче обнимает ее за плечи.

– Но зачем? – спросил Билл. – Какой в этом смысл?

– Это еще один его трюк, – объяснил Глэкен. – Еще один способ развлечься, пока он ждет завершения Перемен, еще один ход, чтобы поставить в тупик, смутить, ослабить и запугать. Наверное, он хотел оставить кожу Кэрол вместе со своей. Ужасное напоминание для меня о том, что его Перемены близятся к завершению.

Глэкен подошел к останкам Расалома, взял его за ноги и стал поднимать. Джек ему помогал. Вместе они вытрясли грязь из кожаной оболочки. Она стала легкой и тонкой и напоминала теперь детский, комбинезон огромного размера. Глэкен скатал ее, сунул под мышку и пошел к двери.

– Спускайтесь вниз. Я хочу избавиться от этого раз и навсегда. А потом нам нужно будет заняться кое-какими делами.

Кожа Расалома дымилась, свертывалась, из коричневой стала черной, постепенно сгорая. Кэрол смотрела, как Глэкен кочергой заталкивает ее поглубже в огонь. Когда же от нее остался один пепел, Глэкен оглядел собравшихся.

То же самое сделала Кэрол. Незадолго до этого к ним присоединились Сильвия и Джеффи, который не отходил от матери. Сильвия молча сидела в углу огромного дивана, бледная, отрешенная, погруженная в свое горе. У Кэрол заныло сердце от жалости. Так не хватало Алана. Билл уже рассказал ей о том, что произошло прошлой ночью. Кэрол так и не успела поближе познакомиться с этим человеком, передвигавшимся в кресле, но во время их короткого общения в прошлую субботу почувствовала в нем силу и цельность. А теперь, глядя на Сильвию, поняла, что и она такая же сильная и волевая. Эту женщину не сломило несчастье. Ба возвышался над ней, словно бессменный часовой.

Кэрол чуть откинулась назад, прикоснувшись плечом к Биллу, Ник сидел по другую сторону от Билла, выпрямившись и застыв в неподвижности, не обращая внимания на происходящее вокруг. С краю сидел Джек, недоступный для окружающих, молчаливый, почти с таким же отсутствующим выражением лица, как у Ника.

– Ну вот, – сказал Глэкен, засунув руки в карманы, – вернулись наши странники. Что вы с собой привезли?

Билл залез в мешок, вытащил несколько ржавых кусочков металла причудливой формы и высыпал их на мраморный кофейный столик.

– Вот все, что мне удалось найти.

Глэкен сгреб кусочки, внимательно осмотрел и кивнул.

– Поразительно. Это и в самом деле остатки меча. Но каким образом?..

– Ник мне помог. Без него я бы ничего не сделал. Но хватит ли их?..

– Вполне. Нам нужен лишь образец металла. – Он обернулся к Джеку: – А как ваши успехи на Мауи?

Джек бросил на стол тяжелое, причудливой формы ожерелье. Оно скользнуло по столу, остановившись напротив Глэкена.

– Надеюсь, ожерелье вам тоже нужно только в качестве образца.

Глэкен взял его, но даже не стал осматривать. Казалось, едва дотронувшись до него, он уже знал, что это то самое ожерелье.

– Отлично. Очень хорошо. А второе где?

– Вот со вторым проблемы, – сказал Джек, опустив глаза, – я не смог его добыть.

Кэрол увидела, как сильно побледнел Глэкен. Он сел – очень осторожно.

– Не смог добыть?

Джек вкратце рассказал о том, что случилось на Мауи.

– Меня одурачили, – произнес он, закончив рассказ. – Калабати показалась мне не такой, как прежде. Я думал, она изменилась. И ошибся. Чудовищно ошибся. Но ведь это не страшно, да? У вас есть все, чтобы сделать свое, дел о, ведь так? Я имею в виду: у вас есть мальчик, обломки старого меча и одно ожерелье. Ведь этого достаточно, правда?

Глэкен какое-то время сидел абсолютно неподвижно, потом покачал головой, медленно, с выражением боли на лице.

– Нет, Джек, мне очень хотелось бы, чтобы это было так, но, к сожалению, нужны оба ожерелья.

Джек вскочил и принялся расхаживать по комнате. За последние дни Кэрол узнала о нем кое-что и от Глэкена, например, что он зарабатывает на жизнь, оказывая услуги несправедливо обиженным людям. Этот человек, как показалось Кэрол, видимо, не привык проигрывать, и сейчас его мучило сознание поражения.

– Я не знаю, где она сейчас. Она сбежала, исчезла. Она может находиться где угодно.

– Не переживай, Джек, – сказал Глэкен, – ты сделал все что мог.

– Но я не довел дело до конца!

– Вряд ли кто-то другой добыл бы даже одно ожерелье.

– Все это, конечно, прекрасно, но ведь вы говорите, что одним ожерельем не обойтись, значит – вся поездка оказалась пустой тратой времени. Так же как и поездка Билла. А не возьми я с собой Ба, останься он дома... – Джек умолк с мукой в глазах, оглядел всех, кто был в комнате, и лишь через несколько секунд заговорил снова: – Я прохлопал это дело, разве нет? И теперь мы в безвыходном положении. Я всех вас подвел. Я очень виноват.

Он повернулся и пошел к двери. Кэрол искала слова, способные унять его боль, облегчить этот тяжкий груз, но прежде чем она успела окликнуть его, Сильвия схватила его за руку, когда он проходил мимо. Джек остановился и пристально посмотрел на нее. Сильвия поднялась, не говоря ни слова, и обняла его.

На какое-то мгновение Джек растерялся, пришел в замешательство, а потом тоже обнял ее и закрыл глаза. Ему было очень больно.

Билл поднялся со своего места, вслед за ним встала Кэрол.

– Все нормально, Джек, – сказал Билл. – Правда. Мы знаем – ты сделал все, что мог. И если не выполнил этой задачи, значит, она вообще невыполнима. Мы верим в это. И будь что будет. Сделаем то, что в наших силах.

Он подошел к Джеку, протянул ему руку.

Джек высвободился из объятий Сильвии, пожал руку Биллу, потом обнял Кэрол. Глэкен тоже протянул ему руку.

Чувствуя, что комок подступает к горлу, что голос вот-вот дрогнет, Джек шагнул назад, посмотрел на людей, обступивших его полукругом.

– Вы – люди... вы – люди. Откуда вы все пришли? И почему раньше не повстречались мне в жизни?

Голос его осекся, он отвернулся и пошел из комнаты. После его ухода все еще какое-то время молча смотрели друг на друга.