Прикосновение - Вилсон (Уилсон) Фрэнсис Пол - Страница 74

— Как бы не так, черт побери! — воскликнул Чарльз, ведя мистера К. к двери. — Я сейчас же вызову сюда своих сотрудников! Сегодня же ночью мы узнаем, что скажут нам рентгенограмма грудной клетки, энцефалограмма и компьютерные томограммы.

Глава 36

Чарльз

«Это ошибка! Где-то здесь допущена ошибка!» Чарльз сидел перед диаскопом, разглядывая рентгенограмму грудной клетки мистера К. Слева светился снимок двухмесячной давности. На нем отчетливо виднелось белое пятно с неровными краями с правой стороны легких — ткань, пораженная раком. Посередине светился снимок, сделанный неделю тому назад. Здесь раковая опухоль была еще более обширна, от нее тянулись метастазы, проникающие в пока еще здоровую ткань легких; корни были набухшие, с увеличенными лимфатическими узлами. Снимок, светившийся справа, еще не успел высохнуть после проявления.

На нем грудная клетка выглядела абсолютно нормальной, совершенно чистой. Даже эмфизема и фиброз исчезли бесследно.

"Они пытаются меня надуть, — подумал Чарльз. — Они подсунули мне фальшивый снимок и пытаются меня надуть!"

Он еще раз проверил имя пациента и дату, обозначенные на третьем снимке: Джейк Кнопф, известный Балмеру как мистер К. Сегодняшнее число было отпечатано в верхнем правом углу снимка. Затем он вновь осмотрел снимок и обнаружил на левой ключице старый перелом, сросшийся под более острым, чем это случается обычно, углом. При взгляде на соседние снимки у Чарльза кровь застыла в жилах. Тот же самый перелом на всех трех снимках!

— Подожди немного, — как можно более спокойно сказал он сам себе. — Подожди минутку. Нет смысла так волноваться. Должно же найтись хоть какое-то объяснение.

— Вы что-то сказали, доктор? — раздался голос у него за спиной.

Чарльз повернулся в своем вращающемся кресле. У порога стояли два незнакомых ему человека — один блондин, другой брюнет. Оба были одеты в белые лабораторные халаты, явно не подходящие им по размеру, явно тесные в плечах.

— Вы кто такие?

— Мы ваши новые ассистенты.

«Ах ну да, ассистенты, черт побери! Конечно же, это шпионы Мак-Криди...» Одного Чарльз сразу узнал — это был человек из личной охраны сенатора.

— Мне не нужно никаких ассистентов. Я не просил людей, — вспылил он.

Блондин пожал плечами.

— Мы откомандированы сюда, здесь мы и останемся. Я бы с большим удовольствием пошел в город, но так приказал сам сенатор.

— Это мы еще посмотрим. — Чарльз потянулся к интеркому.

Минуту назад он столкнулся с самой поразительной загадкой, какая только встречалась ему на протяжении всей его научной деятельности, и вот Мак-Криди тут же принимается чинить ему помехи.

— Марни, соедините меня с сенатором — немедленно! — Он мысленно похвалил себя за то, что оставил секретаршу дежурить сегодня вечером — теперь ему не потребуется самому разыскивать Мак-Криди.

— Доктор Эксфорд. — Секретарша пребывала в явной нерешительности. — Сенатор уже на линии. Он позвонил с минуту назад и сообщил мне, что вы наверняка вскоре будете звонить ему и что он ждет вашего звонка.

Несмотря на раздражение, Чарльз не мог в душе не рассмеяться. «Ну и хитер же этот сукин сын!»

— Он сейчас на шестой линии, доктор, — сказала Марни.

— Хорошо. — Чарльз набрал номер.

— Я ждал вашего звонка, — рубанул Мак-Криди без всяких предисловий, — и вот почему мне приходится настаивать на том, чтобы Хенли и Росси работали с вами: вам ведь известно, как доктор Балмер падок до рекламы. Я хочу быть уверен на все сто процентов, что никакие данные о результатах его обследования не просочатся на страницы прессы, пока обследование не подойдет к концу. Я не допущу, чтобы он использовал Фонд и какие-то неподтвержденные данные в целях достижения еще более широкой известности. Мне не хотелось бы, чтобы кто-нибудь из персонала вознамерился предать те или иные сведения общественной огласке.

Поэтому Хенли и Росси должны постоянно следить за тем, чтобы все — я повторяю, абсолютно все — материалы по доктору Балмеру хранились запертыми в сейфах вашего отдела до тех пор, пока вы и Фонд не сочтете нужным опубликовать свое окончательное заключение.

— Вы и в самом деле полагаете, что все это так необходимо?

— Да, я полагаю. И прошу вас быть моим союзником по данному вопросу.

Чарльз с минуту колебался, прежде чем ответить сенатору. Конечно, нет ничего приятного в том, что эти два типа будут все время сшиваться здесь и следить за ним, но если все материалы по Балмеру будут храниться в его кабинете и он сможет иметь к ним доступ в любое время, то предложение Мак-Криди приобретает выгодный характер.

— Хорошо. Пусть остаются, но только чтоб не путались у меня под ногами.

— Спасибо, Чарльз, я знал, что могу рассчитывать на вас. Не получены ли к этому времени какие-нибудь результаты?

— Разумеется, нет! Я же еще только начал!

— Ладно. Держите меня в курсе.

Чарльз повесил трубку. Он выкинул Хенли и Росси из головы и вновь принялся изучать рентгеновские снимки. Тут где-то должна быть ошибка. Кто-то из сотрудников либо мошенничает, либо принимает его за дурака.

Но он быстро найдет виновного, и уж тогда полетят головы!

Чарльз разминулся с мистером Кнопфом, который только покинул лабораторию энцефалограмм.

— Он направился в кабинет рентгеноскопии, — подсказал ему техник.

Чарльз схватил толстую пачку сложенных веером снимков энцефалограмм и разложил их на столе. По мере того как он раскладывал их, в горле у него становилось все суше и суше.

Энцефалограммы показывали норму. Никаких отклонений, которые свидетельствовали бы о присутствии раковой опухоли, никаких признаков, которые могли бы объяснить недавний обморок мистера К.

Чарльз заставил техника разыскать предыдущие снимки. На них присутствовали все типичные признаки рака мозга, которые отсутствовали на последнем снимке.

Он бросился в рентгеновский кабинет, мимоходом заметив, что Хенли и Росси зашли после него в лабораторию энцефалограмм и забрали с собой все просмотренные им только что снимки.

Кнопф уже находился в рентгенкамере. Чарльз принялся расхаживать перед аппаратом. Он сильно вспотел — то ли от того, что аппарат перегревался, то ли от нервного напряжения — он сам не знал, от чего. Врача-рентгенолога не будет до утра, но это не беда — Чарльз и сам сможет расшифровать снимки. По мере того как лента с ними выползала из аппарата, он подхватывал их и цеплял на рамку диаскопа. На каждом из снимков присутствовало по четыре среза головного мозга Кнопфа.