Пешка - Виндж Джоан - Страница 101

— Эй, выродок, — позвал Мика.

— Не называй меня так.

— Что тебя гложет? — удивился Мика.

Я перевел взгляд на свой пустой стакан.

— Ничего. Что у тебя за проблемы?

— Какое же я чудовище! — Мика усмехнулся уголком рта. — Кто-то ткнул тебя носом в дерьмо? Вытри лицо, малыш, и забудь об этом. Ты должен был давно уже к этому привыкнуть.

— Нет. Если б только это.

Я разжал пальцы здоровой руки и положил ладонь на прохладный стол. Мика заказал себе коктейль и слегка расслабился, облокотившись на кучу подушек. Поскольку я молчал, он спросил:

— Что случилось с рубашкой? У тебя вчера вышло бурное свиданьице?

Я посмотрел на длинный, с лохматыми краями разрез и чуть было не рассмеялся, вспомнив, как же все происходило на самом деле. Но затем вспомнил вчерашний вечер, огонь и усеянный звездами стол… Дотронулся до изумрудной сережки; я оставил ее в ухе не нарочно. И вообще, прошлым вечером все произошло как-то само собой.

В конце концов я признался себе, что Ласуль лишь использовала мое тело, чтобы забыть, как она ненавидит совместную жизнь с мужем; и даже, возможно, чтобы отомстить ему. А я разрешил. И так легко было меня использовать, словно мой единственный мозг болтается между ног. Я ощущал себя дураком и беспомощным: чувствовал, как вновь разбухает во мне вожделение — при одном лишь воспоминании о красном бархате и золотисто-сливочной коже…

— Ты должен нравиться, — сказал Мика. — Я слышал, что быть знаменитым — забавно.

— Ты выяснил, почему я так популярен, что абсолютно незнакомый человек хочет меня убить?

— Сплетен и слухов нет. Значит, тут замешана элита, и их тайны — за семью печатями.

Я удивился:

— Думаешь, что это как-то связано с Элнер?

— Понятия не имею. Но ты верно предположил насчет Смерта: начинка для овоща — его работа. Но дальше я наткнулся на стену. Выяснить, кто нанял его, чтобы укокошить леди, я не смог. Кажется, никто отсюда, снизу, не жаждет ее смерти — она на их стороне: они заинтересованы в дерегуляции не больше Элнер.

Интересно, что бы подумала Элнер, услышав такое?

— Вот черт, — сказал я. — Я думал, что знаю… Я думал, что это Страйгер. Но нет.

— Страйгер? — Мика хмыкнул. — Этот пластмассовый святой? Ты на самом деле думал, что он выбьет своего оппонента с помощью человека-бомбы?

— Да, — ответил я, чувствуя, как леденеет мой взгляд. — Именно так я и думал.

— Хм… Я слышал сплетни о нем. И думал, что это только сплетни, — сказал Мика с облегчением: я только что восстановил его веру в человеческую природу. Даже он мог бы просветить меня насчет парочки «добрых дел» Страйгера.

— Что бы ты там ни услышал — это все только цветочки. Но меня это не греет. — Я потер щеку. — Смерт может знать, кто его нанял? Да?

— Может, и нет. Док — параноик. Он предпочитает покрывать своих клиентов и свою задницу тоже. Он выполнит любой заказ, который питает его кредитный счет. Без вопросов… Без идентификационных кодов.

Никакой ответственности. Никакого риска.

— О Господи!.. — Я чувствовал, как внутри меня рушится надежда, подминая под себя и раздавливая отвращение. Это значило, что, даже если я смогу пробраться в мозг Смерта и обшарить его, это, возможно, не приведет меня никуда. — Но ведь где-то должна быть хоть какая-нибудь запись. Как насчет номеров кредитных счетов в модулях?

Мика подумал об этом.

— Да, могут быть… Но, коли уж его лаборатория г — капкан смерти, то его персональные счета должны быть сродни заповеднику. Никто, находясь в здравом уме, и станет пытаться там рыскать.

Я в сердцах стукнул по столу раненой рукой и, вздрогнув от боли, выругался.

— Проклятие! Но должен же быть на Рынке какой-нибудь умелец. Я хочу достать эти вонючие файлы! Кто?

Мика дернул вдетое в ноздрю серебряное кольцо.

— Уфф… Я же сказал: сумасшедших нет… — Мика улыбнулся. — Возможно, ты говорило» о Мертвом Глазе. Он делает то, чего не делает никто. Никто не знает как. Но только если он в духе. Настоящий цепной сукин сын.

— Мертвый Глаз? Он что, отстреливает визитеров резиновыми пулями? Или как?

Мика рассмеялся:

— Я слышал, он ухлопал парочку… но, возможно, это просто бредни и слухи. Не знаю, взломщик ли он… мертвый ли у него глаз или нет. — Мика пожал плечами, в его глазах плясали огоньки смеха.

— Мертвый глаз?

— Да. На вид — гниющее дерьмо. — Мика не шутил.

— Что ж он не исправит?

— Я же сказал тебе, что у него наполовину съехала крыша. Но в своем деле он — маг. Маг связи. Если, конечно, согласится.

Я встал:

— Пошли выясним.

— Эй, — сказал Мика с нескрываемым разочарованием. — Не хочешь остаться на шоу?

Я мельком взглянул на сцену — еще пустую, ожидающую в темноте над головами толпы начала действа.

— Видел.

Мика вздохнул и поднялся.

— Ну хорошо.

Уже не отвлекаясь, мы прошли сквозь толпу и отправились на транзите под воду.

Та часть города, в которой жил Мертвый Глаз, оказалась обшарпаннее и невзрачнее, чем гнездо Смерта, хотя Пропасть — везде Пропасть. Мы пробрались через бесчисленные кучи отбросов и мусора к бронированной железной двери — достаточно большой, чтобы проглотить трамвай. Это был вход во что-то вроде заброшенного особняка. Ни намека на охрану; ни даже намека на то, что здесь кто-то живет или жил.

— Откуда ты знаешь, что он здесь?

— Он никогда не выходит. — Мика поднял было руку, чтобы постучать в дверь, — и с проклятием отскочил назад, как только кулак ударил по металлу.

— Вот сука! Она электрифицирована. — Мика тряс кистью, глядя на меня наполовину с раздражением, наполовину в замешательстве. — У тебя есть какие-нибудь идеи? Ты — единственный, кто захотел встретиться с ним.

Я оглядел дверь и глухой, без окон, фасад — молчаливый и неприступный.

— Да. Я ему позвоню.

— У него нет телефона.

Я улыбнулся.

— Мне не нужен телефон.

Мика покрутил пальцем у виска.

— Почему ты думаешь, что это заставит его обрадоваться тебе?

— Мне нечего терять.

Мика хмыкнул.

— Прошу прощения, если я перейду на ту сторону улицы, — сказал он. В случае, если Мертвый Глаз решил меня поджарить. Он отступил, но всего на метр.