Снежная королева - Виндж Джоан - Страница 128

Глава 33

— Ну, сивилла, сейчас познакомишься с моими питомцами! — Бладуэд резкими повелительными криками погоняла Мун, заставляя ее скорее пробираться сквозь толпу зевак, собравшихся у входа в пещеру. Вся банда вышла наружу, чтобы посмотреть на сивиллу. Они показывали на Мун пальцами, что-то бормотали, выкрикивали всякие гнусные вопросы, но она старалась не обращать на это внимания, собрав последние силы, еще остававшиеся в ее истерзанном теле — пойманная рыба, бьющаяся на пирсе. Но никто из бандитов не осмелился даже подойти поближе, они расступались перед еле бредущей девушкой, как травы расступаются под натиском ветра. Даже сама Бладуэд старалась не касаться ее и не расставалась со станнером.

И даже если бы Мун осмелилась вырваться из лап бандитов, ей все равно было бы некуда идти. Два дня они ехали куда-то в глубь страны на аэросанях, взбирались на скованные льдами холмы, пока наконец не очутились в этом уединенном логове... У Мун совсем не осталось сил; она ни за что в одиночку не смогла бы преодолеть бескрайние пустынные равнины... Она с трудом пересекла пространство огромной пещеры, служившей разбойникам убежищем. Собаки, привязанные между разноцветными синтетическими палатками и более примитивными, самодельными, из зеленовато-бурого брезента, лаяли и рычали, когда она проходила мимо. Пятна палаток выглядели на фоне каменных стен словно чудовищные скопления древесных грибов. Десятки разнообразных обогревателей и фонарей наполняли темноватую пещеру теплом и светом, а голоса и шарканье ног создавали постоянный шум, то усиливающийся, то затихающий. Мун на минутку остановилась, протянув замерзшие руки к одному из обогревателей. Однако нетерпение Бладуэд тут же обожгло ее, словно кипятком: «Живее! Поторапливайся!» — и она пошла дальше, слишком отупев от холода и усталости, чтобы протестовать.

Бладуэд вела ее низким, уходящим куда-то под землю коридором; впереди Мун видела неясный свет. Волна странных запахов вдруг нахлынула на нее; защипало в носу, словно от дыма; потом перед ней оказались деревянные ворота; доски в них были скреплены проволокой. Бладуэд протиснулась мимо нее и нажала пальцем на тяжелый замок; дверь открылась, и юная разбойница велела Мун проходить вперед, и сама пошла за ней следом.

Мун, оказавшись внутри, некоторое время стояла без движения, рассматривая свою новую тюрьму. Этот отсек гигантской пещеры был примерно футов двадцать — тридцать в длину и столько же в ширину и в высоту. В центре, словно солнце, светилась лампа, подвешенная к потолку. По периметру, запертые в клетки, привязанные на веревку или на цепь, сидели неведомые Мун существа — примерно с десяток самых разных, покрытых шерстью, перьями, чешуей или совершенно голых, с морщинистой кожей. Мун заткнула нос рукой, ибо здесь вонь казалась просто непереносимой. Она видела, как некоторые обитатели зверинца съежились от страха, другие, наоборот, грозно рычали, некоторые же остались лежать в полной апатии. Потом она разглядела какого-то человека на голом тюфяке у самой дальней стены.

— Черт бы ее побрал! Ну я ей покажу! — вдруг сердито вскричала Бладуэд. Мун вздрогнула и стала озираться; обитатели «зоопарка» зашипели, завыли, застучали когтями, а Бладуэд развернулась и помчалась обратно по коридору, только ворота хлопнули. Мун повернулась в ту сторону, где лежал человек. Он даже головы не повернул, когда они вошли. Она медленно приблизилась к нему, чуть прихрамывая, потому что окоченевшие ноги в тепле вновь начали обретать чувствительность и горели огнем. Перепуганные животные трусливо шарахались от нее.

Незнакомец продолжал спать; она увидела, что это мужчина, инопланетянин... полицейский! Теплый форменный плащ его был весь заляпан темными пятнами; на нем были явно чужие грязные белые рейтузы и тяжелые грубые башмаки — обычная одежда кочевников. Лицо тонкое, смуглое — лицо аристократа с Харему; она много видела там таких лиц среди знатных технократов. Однако сейчас это лицо было прозрачным от голода или болезни, кожа на хрупких костях черепа болезненно натянута. Он упорно не просыпался и дышал тяжело, неровно, Мун неуверенно коснулась его лица и резко отдернула руку: лихорадочно горячий лоб словно обжег ее.

И тут же дрожавшие от усталости ноги подломились, и она рухнула прямо на холодный пол рядом с его подстилкой. Животные вокруг притихли, но она чувствовала, что они по-прежнему не сводят с нее перепуганных глаз. Сердце у нее разрывалось от жалости, терпеть все это больше не было сил, и она, уронив голову на край тюфяка, заплакала почти без слез, мучительно содрогаясь всем телом. Помоги мне, Хозяйка, помоги мне!.. Я разрушаю все, к чему ни прикоснусь!

— В чем... дело? — Горячая от лихорадки рука коснулась ее волос; она вздрогнула и вскочила на ноги, проглотив слезы. — Не обо мне ли... ты плачешь? — Он говорил на сандхи... Потом попытался приподнять голову; глаза у него были красными, веки покрыты коркой. Мун подумала, что вряд ли он видит ее как следует.

— Да... — Пожалуй, и она говорила не громче.

— Не нужно... — Приступ кашля заставил его умолкнуть; он задыхался.

— Нет, ты только посмотри! Ты что, вони не чувствовала? — Мун выпрямилась и замерла, в ужасе глядя на Бладуэд, которая ворвалась в пещеру, волоча за собой куда более крупную, чем она сама, девицу. — Я же велела тебе присматривать за ними как следует, пока меня нет!

— Я и присматривала... — Девица заплакала, когда Бладуэд с силой дернула ее за косу.

— Надо бы вывозить тебя мордой в этом дерьме, Фосса. Ну да уж ладно, только смотри у меня, если не уберешь здесь все немедленно...

— Хорошо, хорошо! — Девица попятилась к воротам, вытирая слезы и бормоча:

— Соплячка противная!

— Эй, что это с ним, а? — Бладуэд уставилась на инопланетянина.

— Болен, наверное. Он тут бежать пытался, когда его помочиться вывели, да прямо в снежную бурю попал. Ну она его закружила, так он все ходил возле лагеря, пока мы его не отыскали. Совсем рядом. — Девица покрутила пальцем у виска и скрылась за воротами.

Бладуэд решительно подошла к больному и опустилась на корточки рядом с Мун.