Снежная королева - Виндж Джоан - Страница 132

— Залив Шотовер? — Странно печальное выражение появилось на его лице. — Сколь все-таки тесен этот мир. Ничего удивительного, что мне все время казалось... будто я где-то уже видел твое лицо.

Она с улыбкой наклонилась к нему и тоже внимательно всмотрелась в его лицо.

— Нет... наверное, я тогда была слишком поглощена бегством...

Он криво усмехнулся.

— Никогда не считал свое лицо таким уж запоминающимся. Значит, ты тогда направлялась в Карбункул? Но ведь теперь, спустя пять лет, тебе больше незачем стремиться туда? Что бы там ни случилось тогда с твоим братом — теперь это уж быльем поросло.

— Нет. — Она помотала головой. — Дело не в этом. Когда я была на Харему, то задала вопрос предсказателю и получила ответ: я должна была вернуться, ибо какое-то важное дело еще не доведено до конца... — Холодное молчание бездонной пустоты снова вспомнилось ей, мешая свободно дышать. — Но с тех пор, как я вернулась, все, кто был мне дорог, гибнут или страдают из-за меня... — Она нахохлилась и умолкла.

— Из-за тебя? Я не... понимаю...

— Из-за того, что я вернулась! — Она наконец выговорила это, давая Гундалину возможность увидеть, каково теперь ее истинное лицо, понять те действия и поступки, что безжалостно влекли ее назад, на Тиамат... — Вина за их гибель лежит на мне! Я заставила их привезти меня сюда! Я проклята! Если бы не я, они остались бы живы!

— Ты бы никогда этого просто не узнала, вот и все. Никто не может управлять чужой судьбой — мы и над своей собственной судьбой не властны. — Ока почувствовала, что Гундалину неуверенно коснулся ее плеча. — Но мы должны бороться. Мы с тобой не имеем права оставаться пленниками этого зверинца! Впрочем, я не сумел бы выжить, если бы не ты... если бы мы не встретились здесь... И ты зря обвиняешь себя!

Она подняла голову.

— А меры? Боги, ведь меры... были в полной безопасности в поместье Нгенета, пока туда не явилась я!

— Раз уж на охоту вышли Звездный Бык и его Гончие, твоей вины здесь быть не может, а они действовали по приказу Снежной королевы. Надо сказать, тебе еще здорово повезло; ты как раз трижды благословенна, а вовсе не проклята, раз после Королевской Охоты осталась... всего лишь с царапиной на шее. Да после встречи со Звездным Быком... — Гундалину снова закашлялся, схватившись за горло.

— Со Звездным Быком? — Она медленно встала, собралась с духом и спросила:

— А это был он... такой человек в черном? И кто же он такой? — Ей очень хотелось спросить, как его имя, но этого она не спросила.

Гундалину изумленно поднял брови:

— Неужели ты никогда не слышала о Звездном Быке? Это некоронованный супруг Снежной королевы, ее главный Охотник, ее слуга, ее советник в тех случаях, когда она имеет дело с инопланетянами... ее любовник, наконец...

— Он спас мне жизнь. — Мун потрогала корочку на заживающей ране и все-таки спросила:

— А как его имя, Гундалину?

— Этого не знает никто. Его личность держится в строгой тайне.

Он любил тебя когда-то, но теперь он любит ее. В ушах Мун вновь зазвучали эти слова.

— Теперь я понимаю. Я все поняла... Да, значит, это правда... — Она отвернулась, зажмурилась, но изумрудные глаза под маской палача неотступно стояли перед ней, преследовали ее...

— Что — правда?

— Мой двоюродный брат Спаркс и есть Звездный Бык, — прошептала она.

Гундалину остался спокоен.

— Это невозможно. Звездный Бык обязательно должен быть инопланетянином.

— Спаркс — тоже инопланетянин. Вернее, его отец был инопланетянином, а Спаркс всегда хотел быть похожим на отца, на жителей Зимы... И он стал похож на них... — Чудовище. Как он мог так со мной поступить?

— Ты делаешь слишком поспешные выводы, и только потому, что Звездный Бык побоялся... убить сивиллу...

— Он знал, что я сивилла, еще до того, как увидел мой трилистник! — Она боролась со все возрастающей непереносимой уверенностью. — Он узнал меня! Я уверена в этом. И на нем была та его медаль... — И он убивал меров. Она прижала стиснутый кулак к губам, прикусила его. — Как он мог? Как он мог измениться так сильно!

Гундалину снова лег и молчал, явно чувствуя себя не в своей тарелке.

— Карбункул подчас такое с людьми делает... — проговорил он наконец. — Но если это правда, то в нем, по крайней мере, осталось достаточно человеческого, чтобы пощадить тебя. А теперь постарайся забыть о нем; забыть... ну хотя бы об одной своей проблеме! — Он вздохнул, уставившись куда-то в темный угол.

— Нет. — Мун вскочила и, прихрамывая, закружила возле его лежанки. — Сейчас я больше, чем прежде, мечтаю поскорее попасть в Карбункул. Для всех его поступков непременно есть весьма серьезная причина; если он успел так быстро перемениться, то найдется способ заставить его перемениться в обратную сторону... — Я должна снова завоевать его. Я не проиграю... нет, только не теперь, после такого долгого пути! — Я люблю его, Гундалину. Не имеет значения, что он сделал, насколько он изменился — я просто не могу перестать любить его. — И не могу перестать нуждаться в нем, не могу перестать желать вернуть его... Он мой, он всегда был моим! Я его никому не отдам — в чем бы Снежная королева ни заставила его участвовать!.. Она была потрясена открывшейся ей истиной и собственным бессилием. — Мы поклялись друг другу в вечной преданности; и даже если он скажет, что это ему больше не нужно, я все равно не поверю! — Она стиснула руки.

— Понятно. — Гундалину неуверенно улыбнулся, — А я-то всегда считал, что у вас, аборигенов, жизнь скучная, примитивная... — Он был искренне удивлен, восхищен услышанным и теперь явно гораздо больше расположен к Мун. — У нас на Харему любовь, по крайней мере, всегда знает свое место и не разрывает людям сердца.

— Но это значит, что у вас никто по-настоящему не влюбляется! — с неприязнью сказала Мун. Она нагнулась над стопкой разноцветной одежды, оставленной Бладуэд, и рассеянно вытащила что-то. Это оказалась длинная теплая туника из синей шерсти, отделанная красноватыми косами.

— Если ты имеешь в виду всепоглощающую, притупляющую разум, подобную удару молнии страсть — то ты права. Хотя я когда-то читал о такой любви... — Голос Гундалину смягчился. — Но самому никогда видеть не приходилось. Я не думаю, что она действительно существует.