Братство волка - Фарланд Дэвид - Страница 30

— Благодарю вас, — сказала она всаднице. — Мое счастье, что вы оказались поблизости.

— Я не оказалась поблизости, — ответила женщина из Флидса. — Я была на вершине холма, и тут Король Земли сказал, что кому-то здесь требуется помощь.

— Вот как, — удивилась Миррима. Всадница откровенно ее разглядывала.

— А ты миленькая. Какие у тебя есть дары?

— Два — обаяния, один — ума, — сказала Миррима.

— Кто ты? Высокородная дама или богатая шлюха? Правда, большой разницы я не вижу.

— Высокородная… — сказала Миррима, но запнулась, ибо это была ложь. — Что-то вроде. Меня зовут Миррима. Муж мой состоит в Королевской Страже.

— Тогда это он должен учить тебя стрелять, — сказала женщина, не скрывая своего отвращения к северянам и их дурацким обычаям. Она повернулась, словно собираясь уйти.

— Подождите! — взмолилась Миррима. Та оглянулась.

— С кем я имею честь говорить? — Миррима подумала, что манеры ее могут показаться такой грубой женщине чересчур утонченными и изысканными.

— Эрин. Эрин из клана Коннел. Это была принцесса, дочь Высокой Королевы Хейрин Рыжей.

— Мне жаль вашего отца, — сказала Миррима, поскольку больше ничего ей на ум не пришло. Несколько дней назад в Гередон пришла весть о том, что Радж Ахтен захватил Высокого Короля Коннела и скормил его живьем великанам Фрот.

Леди Коннел слегка кивнула, блеснув бирюзовыми глазами. Она могла бы сказать о своем отце что-нибудь неодобрительное, принижающее его воинские заслуги. В ее краях такие отзывы считались проявлением скромности. Могла бы хоть как-то показать, что любила его. Любовь ребенка к своему отцу все же считалась у них достойным чувством. Но она не сделала ни того, ни другого.

— Погибли многие, — вот и все, что она сказала в ответ. — И мужчины, и женщины. Смерть — это счастье. Бывает кое-что и похуже.

Эрин нагнулась, подняла лук и колчан Мирримы. Наложила стрелу, натянула тетиву до предела и выстрелила. Стрела попала в центр мишени на копне сена.

«Она хочет показать, на что способна, — догадалась Миррима. — Хочет вызвать у меня уважение».

Тридцать тысяч воинов Флидса присоединились к армии Радж Ахтена. У Лорда Волка было так много даров обаяния и Голоса, что мало кто мог противостоять силе его убеждения.

Миррима внезапно поняла Эрин Коннел. Та гордилась своим отцом, рада была, что он умер, а не стал перебежчиком.

Минутой раньше Миррима не решилась бы обратиться к этой леди с просьбой. Но замешательство Эрин сделало ее более человечной в глазах девушки. «Не такие уж мы и разные», — подумала она.

— Принцесса Коннел, а не могли бы вы научить меня стрелять? — спросила она.

— Да, если хочешь, — сказала Коннел. — Но первое, чему ты должна будешь научиться — это не называть меня ни «принцессой», и ни «леди», и никакими вашими придворными титулами. Я не желаю, чтобы обо мне говорили, как о какой-то игрушке для мужчин. Да кроме того, у меня на родине женщина должна заслужить честь стать Высоким Лордом клана, а вовсе не рождается с этим, так что я имею мало права на ваши титулы. Называй меня Коннел или, если тебе нужен титул, зови меня «сестра-всадница», а то и просто «сестра», для краткости.

Миррима ошеломленно кивнула.

Сэр Хосвелл к этому времени уже пробрался сквозь заслон деревьев и исчез за поворотом дороги. Сестра Коннел сказала:

— Давай уберемся отсюда, пока этот хорек не нашел своих приятелей и не вернулся.

Миррима взяла у нее лук и стрелы, и они пошли через лес в сопровождении Хроно, скромно шедшей сзади. Трава на лугу была сухая, но под деревьями и трава, и опавшая листва сохранили всю влагу дождей, ливших последние две ночи, и девушкам казалось, будто они идут по пропитанному водой ковру.

Они поднимались через дубовую рощу по склону, и сестра Коннел неодобрительно косилась на Мирриму краешком глаза.

— Тебе нужно поработать над стойкой. Женщине-лучнику мешает грудь. А у тебя она побольше, чем у остальных. Можно перетянуть ее куском ткани. А еще лучше — надеть кожаный нагрудник.

Миррима скорчила гримаску. Грудью своей она гордилась и даже представить не могла, как это — перетягивать ее или прятать под нагрудником.

Добравшись до вершины холма, они остановились. Внизу, возле старой дороги на Даркинские холмы разбили свой лагерь мелкие лорды, и отсюда можно было увидеть окрестности замка, покрытые шатрами.

Замок Сильварреста окружало целое море шелка и холста. У обочины дороги устроились мелкие лорды, те, кто имел дворянское звание лишь в первом или втором поколении, у кого в рыцари был посвящен отец или дед. Высокие лорды обыкновенно имели предков-рыцарей по всем четырем родовым линиям, и право считать себя людьми с голубой кровью было подтверждено многими славными деяними пращуров. Но Миррима не считала рыцарское звание такой уж великой честью. В случае удачи его мог получить кто угодно. И нередко рыцарями становились только благодаря ловкости в обращении с оружием вкупе с буйным нравом и скверным характером. Вот, к примеру, «сэр» Джилмайкл из Баннисфера, земляк Мирримы, что сидит ныне в своей палатке у холма. Его произвел на свет пьяница и сквернослов, который черпал в кружке со спиртным и отвагу, и праведный гнев. Услыхав, что какой-то разбойник нападает на путников, он напился так, что впал в бешенство, взял в полночь своих охотничьих псов и, выследив, где ночует разбойник, прикончил его спящим. Благодаря этому крестьяне теперь и должны были кланяться, метя землю шапками, и ему, и всем его будущим потомкам.

Так Джилмайкл сделался мелким лордом, человеком, имеющим титул, но не имеющим ни должного воспитания, ни возможности общаться на равных с высокими лордами, чьи шатры, побольше и побогаче, разбиты были к востоку от замка Сильварреста.

Перед самим замком и к западу от него поставили несколько ветхих палаток крестьяне, но большинство из них ночевали попросту на земле, с небом над головой вместо крыши.

Еще дальше к западу виднелись яркие шелковые шатры купцов из Индопала.

Сестра Коннел, стоя на вершине холма, некоторое время рассматривала шатры.

— Вон там моя стоянка, — сказала она, показывая на грязную холщовую палатку. Гередонцы обычно крепили с ной шатры колышками за четыре угла и подпирали крышу множеством шестов, а палатка Коннел была круглая, с одним шестом посередине, и холст безыскусной выделки был вполне в духе Властителей Коней.