Ларт Многодобрый - Плахотникова Елена - Страница 89

– Тиама не любит соседей, – сказал шаман.

– Ну и…

Старик вздохнул, но ответил. Как отвечал своим ученикам. Многословно. И полунамеками.

Если я правильно понял, то одному из племен, а то и обоим сразу пришлось бы искать новое место для жительства. Со всеми вытекающими проблемами. Ну не любят живые обитать рядом с таким деревом. Почитают, поклоняются Тиаме, но… жить возле него не могут. Настолько, что даже умирают. И соседи не радуются, когда чужие селятся на их землях. С ними лучше жить на расстоянии. Чем больше оно, тем лучше соседи относятся друг к другу. То же самое касается и родственников. Дальних и горячо любимых.

– А как же ми-ту?

– А что ми-ту?.. – Шаман даже удивился. Потом ответил. Опять полунамеком.

Типа ми-ту они и есть ми-ту. Если они перестанут быть, их соседи рыдать не станут. Скорее наоборот. Да и земли у ми-ту много. А за счет горных долин и склонов еще больше. Так что иди, Лёха, в горы как можно быстрее и как можно дальше. И, пока рука у тебя чешется, не возвращайся. А лучше вообще не возвращайся. От таких, как ты, полезнее быть на расстоянии.

На этом вот «добром» пожелании старик и покинул меня. Пошел, наверно, думать над просьбой Кранта.

Разные есть дороги. И разные страны. Я родился в той, о которой говорили: дорог здесь нет, есть только направления. Не скажу, что имел чего-то против этой страны. Наоборот. Я любил ее. Нежно и трепетно. Все-таки родина. Но чем дальше я от нее, тем большей ее любил.

А недавно я узнал, что есть место, где понятие о дороге еще экзотичнее. Где из пункта «А» в пункт «Б» ведет не кратчайший отрезок пути, а проводник. И от того, сколько ему заплатишь, зависит, когда и каким ты доберешься. Есть здесь путь, что занимает часа два, не больше. Им пользуются те, кому совсем уж нечего терять. Или приговоренные к смерти. Есть дорога, на которую надо потратить несколько дней. Ею пользуются те, кто в общем-то ценит свою жизнь, но имеется небольшая проблема со зрением: смотрит в кошелек и мало чего там видит. Шансов добраться до пункта назначения тут примерно столько же, как и загнуться в пути. Есть еще дорога для тех, кому нужна стопроцентная гарантия. И кто не экономит ни время, ни деньги.

Мне надо добраться до пункта назначения во что бы то ни стало и любой ценой.

Проводника мне обеспечил шаман. Так что я мог не волноваться: вряд ли кому-то придет в голову кинуть представителя местного духовенства и не выполнить его «просьбу». Не живут долго и счастливо те, на кого осерчает шаман. Умом я это, конечно, понимал, но – как бы это сказать? – не воспринимал как основной закон миростояния. И когда проводник, чье слово для меня должно быть руководством к действию, вдруг стал забирать вправо, а нам надо было – я точно знаю! – прямо, я распахнул свою хлеборезку и заявил, что он ведет не туда. Нормальный мужик после таких слов остановился бы и с помощью мата и кулака объяснил мне, как я неправ. Но проводник был профи и спорить со мной не стал. Просто уступил свое место. Типа можешь вести – веди, а не можешь, так заткнись и не мельтеши. Мне бы сразу сообразить, что к чему, но я же ясно видел дорогу!

Хотя назвать это дорогой – значит сильно приукрасить действительность.

Больше всего оно напоминало полосу мокрой земли, перемешанной танками. Потом грязь заморозили, присыпали снегом, полили дождем и еще раз заморозили. Получилось нечто вздыбленно-кочковатое. Прям не дорога, а мечта самоубийцы. А между кочками еще и лужи наблюдались. Под белесым льдом. А дальше опять ровная плоская поверхность. Попадались нам уже долинки в горах. Но с полосой препятствий – эта первая.

Ну русский человек любое препятствие одолеть может. Хоть по уши в грязи, зато напрямик. Зато путь короче. Три дня в обход или полкилометра по буеракам. Всего-то! Разница есть? А я вроде как спешу.

Ну и пошел. Первым. В первый раз, что ли?

Было дело, ходил по вспаханным полям. На охоте и не такое случается. Главное – держать равновесие и двигаться. С кочки на кочку. Или по гребням борозд. Не останавливаясь, не задумываясь и не сомневаясь. Думать над кроссвордом хорошо. В укромном месте. Где не мешают и не торопят. А тут задумался, замедлил движение и все! Есть контакт с землей. С совсем не мягкой и совсем не ровной. Засомневался, сбился с ритма – упал. А это на такой пересеченной местности – раз плюнуть. И получить при этом ушиб и пару треснувших ребер – это еще легко отделаться.

Ну меня не зря называли везучим. Хотя мое везение то еще… Пришлось подняться, наплевать на ушибы и нести на своем горбу того, кто отделался не так легко. А потом еще лубок ему на ногу накладывать. И почти час нытье этого охотничка слушать, пока к нам помощь добиралась. Ну не любишь ты ледяную воду и холодный ветер, так катись в Африку охотиться! Греби на белом катере к такой-то матери.

Кстати, насчет ледяной воды… измерять глубину замерзших луж не рекомендуется. Мало радости потом идти с мокрыми… достоинствами.

Так с кочки на кочку, глядя под ноги и немного вперед – совсем немного! – я и передвигался. Оглядываться, сколько пройдено, прикидывать, сколько осталось, некогда. Есть только здесь и сейчас. Очень неустойчивое «здесь» и очень короткое «сейчас». В которое вмещается пара или тройка кочек. Не слишком удаленных друг от друга. И лежащих в нужном направлении. Ну более или менее.

Наверно, так бы прыгал по изломанной стиральной доске пьяный до потери полетных качеств воробей.

Кратчайшее расстояние между двумя точками… ну-ну.

Ладно, Лёха, считай, что переплываешь реку и тебя немного сносит течением. Куда-то.

Не знаю, сколько времени заняла «переправа», но меньше трех дней, обещанных проводником. Да и то если удача не отвернется…

Не отвернулась.

Блин, как же здорово стоять на ровной поверхности! Которая не пытается вывернуться из-под ноги. Просто стоять. А не спешить сделать еще шаг. И еще. Приятно прям до дрожи в ногах. И хочется засмеяться и крикнуть: я сделал это! Вот только в глотке почему-то пересохло. И получается сиплое карканье. И дурацкая, на всю морду, улыбка.

Я сделал… теперь сделайте вы… если сможете… если не слабо… или идите на фиг… в обход… как последние… за своим хваленым… что без карты и задницу… свою не найдет… обеими руками…

Оборачиваюсь посмотреть, чего деется у меня за спиной…

Кричать расхотелось.

В обход никто не пошел. Вся команда сопровождения во главе с проводником преодолевала вспаханную и подмерзшую полосу. Очень компактной группой. Чуть ли не шаг в шаг. И, если глаза мне не изменяют, повторяя мой путь. На фига?! Ведь не по минному полю идут.

И на ровное все выбирались в одном и том же месте: где я перепрыгнул широкую длинную лужу. Ну в облом мне было ее обходить…

Перепрыгнули и остальные. Только последний вдруг качнулся назад и свалился в лужу. Без звука, без всплеска.

И никто не протянул руку, не помог упавшему. И тот не спешил подниматься.

Я подошел посмотреть.

Лед не поврежден. Упавшего нет. Как провалился.

Оглянулся, пересчитал всех по головам. Одного не хватает. Посмотрел на белесую лужу. Блин, что за лед такой?

Нагнулся пощупать.

Ничего.

В смысле, совсем ничего! Пальцы ничего не нащупали, а я их уже не вижу.

– И чего это за хренотень такая? – спрашиваю сам себя.

И неспокойно вдруг стало сидеть возле этого непонятного.

– Нарга была добра сегодня. Только одного взяла, – слышу голос проводника.

Крант выдохнул-зарычал сквозь зубы.

– Крант?..

Тот смотрит на проводника так, что мужик начинает пятиться. И бледнеет. Даже под повязкой в пол-лица заметно.

– Крант? В чем дело?

– Я слышал про Наргу, – отвечает.

– Ну и?..

– Смотри сам.

Вот и все объяснение. Чтобы разговорить нортора, его надо сначала напоить.

Прекрасная идея, Лёха! И место выбрано просто замечательно!.. И время и компания…