Чаша Торна - Воронин Дмитрий Анатольевич - Страница 19

— Сплю, — буркнул часовой, давая понять, что обиделся.

— Ну прости… ты не хочешь вздремнуть часок? Мне все равно не спится, вот и покараулю.

— Э-э… ну, ежели вам не спится…

Из сидячего положения Тьюрин немедленно переместился в лежачее и заснул мгновенно, как могут все гномы. Его рука с короткими, толстыми, покрытыми волосами пальцами сжимала рукоять секиры, с которой воитель не желал расставаться даже во сне.

Айрин, усевшись на седло и плотнее запахнув плащ, смотрела на догорающие угли. Бросила несколько толстых поленьев — они тут же занялись, почти умерший огонь мгновенно охватил сухое дерево, возвращаясь к жизни, тьма вокруг стоянки чуточку отступила, не желая сдавать свои позиции, но и не вынося соседства с живым пламенем…

Роль часового — следить, однако сейчас молодая волшебница меньше всего задумывалась об исполнении этой обязанности. Она была далеко, там, куда возвращалась так часто мысленно и куда упрямо не хотела возвратиться телесно…

* * *

— Айрин! Айрин, отзовись! Я же знаю, что ты здесь!

Девушка… нет, тогда еще девочка, низко пригнувшись, постаралась спрятаться за стопкой огромных фолиантов и, разумеется глотнув с избытком лежащей на этих раритетах пыли, оглушительно чихнула.

— Ага, вот ты где… Живо иди сюда, тебя сам Архимаг разыскивает, а ты тут неизвестно чем занимаешься. Да знаешь ли ты…

Дора, толстая женщина лет сорока, которую все за глаза называли главной надсмотрщицей и которая сама величала себя главной домоправительницей, возвышалась над заваленным старинными книгами и рукописями столом подобно башне. Огромные руки, упершиеся в жирные бока, вечно встрепанные волосы, широко расставленные ноги, а особенно выражение лица ясно давали понять — сейчас будет крик. Девочка вся сжалась, ожидая бури, но, видимо, какие-то соображения все же помешали хозяйке сорваться, и она неожиданно спокойным голосом продолжила:

— Ладно. Немедленно беги в свою келью, переоденься, да смотри умойся, а то похожа на…

Дора некоторое время подбирала эпитет, хотя на язык так и просилось слово «свинья». Конечно, она была домоправительницей, но «всего лишь». А девочка, хоть она еще и мала, — будущий маг, вне всякого сомнения, и устраивать ссору с санией, хоть и будущей, которой к тому же интересуется сам Архимаг, по меньшей мере неблагоразумно. Еще наябедничает…

— …на поросенка. Беги, не заставляй господина ректора ждать.

Айрин, ощутив, что гроза миновала, мухой пролетела мимо Доры и, чуть не споткнувшись, взлетела по лестнице, ведущей из подвала библиотеки в читальный зал. Здесь сейчас было пусто, да и в другое время обычно тоже — немногие проявляли желание дышать пылью столетий, копаться в старинных записях в поисках крох интересного и полезного.

Промчавшись мимо пустых столов, за которыми должны были бы сидеть прилежные ученики, буде таковые найдутся, девочка добралась до второй лестницы, ведущей наверх, туда, где располагались спальные кельи. Там была и ее крохотная, но зато собственная, комнатушка, где лежал нехитрый скарб.

Небольшая комната с каменными стенами была на удивление теплой. Окно было застеклено — на этом в школе Сан не экономили, хотя стекло считалось довольно дорогим. Но что более всего удивило бы посетителя, заглянувшего в эти стены, так это тонкая струйка воды, весело журчащая в мраморном рукомойнике, — новшество, введенное в школе почти сто лет назад, но в миру имевшееся разве что в самых богатых домах. На полу лежала толстая соломенная циновка, такая же, только поменьше, покрывала узкую кровать — поверх были накинуты два шерстяных одеяла, одно служило простынею, вторым в холодные ночи следовало укрываться. Обстановку дополнял старенький шкафчик, порядком рассохшийся и покоробившийся от времени.

В келье было чисто — за этим неусыпно следила Дора, заставляя своих подопечных немалую толику свободного времени посвящать наведению порядка. В этом она, не без поддержки самого Архимага, была совершенно безжалостна, и неряхи, лишившись двух-трех ужинов подряд, очень скоро становились большими чистюлями.

Быстро умывшись и кое-как вытершись полотенцем, девочка распахнула скрипнувшую дверцу шкафчика и замерла, не зная, на чем остановить свой выбор. Выходных платьев было целых два, вдвое больше, чем у большинства девочек, которые занимались вместе с ней. Второе попало к ней, можно сказать, случайно — просто стечение обстоятельств. Незадолго до какого-то праздника Дора заметила на ее платье пятно и, чуть не ткнув Айрин носом в столь ужасное безобразие, гордо удалилась, забрав платье в стирку. Через полчаса она принесла другое и с видом оскорбленного достоинства бросила его девочке. А через день прачка вернула Айрин ее старое платье, забрать же новое то ли не захотела, то ли просто о нем не знала. Вот и оказалось в шкафу у девочки сокровище, которое сейчас и вызывало муки выбора.

Наконец переодевшись, Айрин с легкой дрожью в коленках отправилась разыскивать верховного мага.

Школа Сан располагалась в маленькой горной долине, защищенной отвесными скалами от ветров и непрошеных посетителей. Окружавшие долину горы были сами по себе неплохим природным укреплением, если бы нашелся сумасшедший, рискнувший напасть на всемирно известную школу магических искусств. Конечно, за годы существования школы не раз в народе возникали разговоры, что магов-де надо извести под корень… Правда, никто так и не рискнул опробовать свои силы в этом деле, и крамольные разговоры постепенно угасали сами собой. Как ни крути, а маги зачастую делали немало добрых дел — от простого врачевания и колдовства над погодой до применения сильнейших боевых заклятий в вечно ведущихся людьми войнах. Да что там говорить, многие влиятельные особы гордились, заполучив на службу опытного боевого мага — в поле он мог потягаться не с одним десятком латников, а уж при осаде крепостей — и подавно, и не важно при этом, по какую сторону каменных стен этот маг находился.

В общем, школу незваные гости, как правило, не тревожили — дорога сюда была нелегка, поэтому приезжали лишь те, кому это было действительно надо.

А таковых было немного — родители, по наущению деревенского лекаря или иного какого советчика привозившие сына или дочь «учиться на волшебника», странствующие рыцари и реже благородные лорды, желавшие почерпнуть толику знаний (редко) или просто поглазеть на красоток из выпускного курса пламенного факультета (гораздо чаще). Были и те, кто искал общества Архимага Сандора или кого-то из других магистров. И наконец, среди гостей были маги, в прошлом оставившие эти стены и теперь время от времени возвращавшиеся к альма-матер.

Взору путника, спускавшегося с перевала по направлению к школе, открывалось огромное трехэтажное здание, вмещающее в себя библиотеку, учебные классы, столовую, кельи учеников и покои преподавателей. Рядом со школой располагались конюшни, кузня, небольшая лесопилка и смолокурня, другие хозяйственные постройки, а также три десятка домов, где жили служанки, кузнецы, пастухи и иные работники, освобождающие высокоученых волшебников от дел, не соответствующих их рангу. Продовольствием школа обеспечивала себя сама — в долине хватало места и для выпаса скота, и для овощных грядок, и даже для маленького фруктового сада. А уж мягкий климат, дожди в нужное время, солнце по заказу и прочие необходимые для фермеров условия обеспечивались учениками школы с должным старанием — в качестве практических занятий для лучшего усвоения материала. Кое-что закупалось вне долины, для чего время от времени эконом школы, прихватив с собой пяток крестьян да столько же учеников постарше, мальчишек как правило, отправлялся за товаром на ближайшую ярмарку.

Апартаменты лорда Сандора располагались, конечно, на самом верху — да не на третьем этаже школы, где жили все учителя, эконом и, к своей гордости, вредная толстуха Дора, а в отдельной пристройке, куда можно было пройти с третьего этажа. Эта пристройка — круглая башня, возвышающаяся над всей школой, так и называлась — «Башня Архимага». Среди учеников младших классов ходило поверье, что великий Сандор со своей башни неусыпно следит за школярами, не упуская ни малейшей шалости, все запоминает и непременно припомнит потом, на главном экзамене в конце обучения. Айрин не без оснований подозревала, что эти слухи поддерживаются преподавателями — верующие в недреманное око Архимага мальчишки куда меньше шалили и прилежнее занимались, чем их более пессимистично настроенные товарищи.