Гавань Семи Ветров - Воронин Дмитрий Анатольевич - Страница 9

Здесь можно было за золото купить чью-нибудь смерть. Можно было даже за серебро — если требовалось убрать кого-нибудь, не способного оказать сопротивление.

Каждый Император рано или поздно принимал решение выжечь Гильдию наемных убийц каленым железом. На худой конец, как следует проредить их. Как правило, это ни к чему хорошему не приводило. Мастера убийств из-за угла не принимали открытого боя, легко скрываясь и растворяясь среди простонародья, зато гвардия потом, бывало, недосчитывалась кого-то из офицеров. И ранг безвременно усопших офицеров Напрямую зависел от активности кампании по изничтожению наемных убийц. Спустя некоторое время очередной Император понимал сделанные ему намеки и гонения на наемников прекращал. И все снова возвращалось на круги своя.

Вот и сейчас Гильдия жила спокойно уже лет пятнадцать, внешний Император переболел желанием покончить с нею, его сынок был еще слишком молод и право на трон получит не скоро. Так что сейчас наемные убийцы находились на пике благополучия — а потому взвинтили цены выше всяких разумных пределов. По крайней мере с точки зрения Дорха.

Пять лет назад Утар Белоголовый, один из самых известных убийц и глава Гильдии, попал в довольно сложную ситуацию. Он, конечно, выпутался — он всегда выпутывался. Но в этот раз он оставил за собой не только десяток трупов, но и собственный правый глаз. Прекрасно понимая, что увечному не место во главе бессмертной и смертоносной Гильдии, и не желая в одну из темных ночей получить под ребро кусок заточенной стали или проглотить с пивом порцию отравы, Утар нашел совершенно блестящий и практически беспроигрышный выход. Как уже говорилось, он всегда умел выкручиваться из сложных ситуаций.

Официально объявив о своем отречении от звания главы Гильдии, Утар Белоголовый потребовал, чтобы его место занял самый достойный. И таковой нашелся… правда, в процессе выяснения, кто же более всего достоин высокого звания, число членов Гильдии заметно сократилось. А сам Утар остался при новом лидере — немного телохранителем, немного советником, немного учителем для подрастающего поколения мастеров ночных дел. А при необходимости играл роль обычного привратника — тупого, зато сильного. И многие гости, приходящие сюда за хорошо оплачиваемой помощью, даже не подозревали, что уши великана ловят каждое слово и потом, когда проситель удалится ожидать решения, его, Утара, голос будет значить много.

За последние несколько сотен лет Утар оказался единственным главой Гильдии, который всерьез предполагал закончить жизнь в покое и достатке. И у него были на это все основания. Тем более что с нынешним лидером наемных убийц он замечательно ладил.

Помещение, в котором оказался Дорх, было довольно скромным — никакой бьющей в глаза роскоши, все очень функционально и все подчеркивает: здесь люди занимаются серьезным делом. Седой охранник впустил волшебника в зал, где стояло всего два кресла, а сам скромно занял место у двери.

Одно из кресел было занято — в нем сидела ослепительной красоты женщина. Ей было лет тридцать, не больше — а выглядела она гораздо моложе. Дорогое платье из темно-красного шелка обрисовывало все изящные линии великолепной фигуры, драгоценности, сделавшие бы честь благородным леди, казались простенькими в сравнении с ее красотой. Густые черные волосы изумительно сочетались с густым кроваво-красным цветом наряда. Палец с длинным ногтем указал Дорху на свободное кресло. Тот сел, стараясь сохранить достоинство. Увидеть здесь женщину он ожидал менее всего.

— Вы желали встретиться и обсудить заказ? — Голос женщины мягкий, чуть хрипловатый… он, казалось, обволакивал, зачаровывал. — Теперь вы здесь, волшебник, я слушаю вас.

— Я просил о встрече с главой Гильдии, — несколько резко заявил Дорх. — Я, кажется, немало заплатил за эту… привилегию.

Он едва удержался, чтобы не вставить слово «сомнительную».

— Вы получили именно то, за что заплатили, — с легким оттенком нетерпения заявила женщина. — Меня зовут Черри Лесс. Я — глава Гильдии.

— Дикая Кошка Черри? — потрясение прошептал Дорх. Об этой женщине он знал давно — более того, о ней знали почти все, кто хоть иногда держал глаза и уши раскрытыми. Дикая Кошка Черри получила свое прозвище, когда при дележе добычи после одной весьма прибыльной операции пятеро бойцов Гильдии решили, что шестой — совсем еще молодой девчонке — вполне достаточно половинной доли. Одного из них Черри оставила в живых — просто для того, чтобы при необходимости он мог подтвердить, что это было не более чем самозащита. О том случае в свое время много говорили, и новенькой прочили блестящее будущее. А оно оказалось куда более блестящим, чем можно было предположить.

— Итак?

— ?..

— Итак, вы пришли сюда, чтобы заключить контракт, — терпеливо сказала красавица, однако в ее интонациях прозвучали холодные нотки. — Переходите к делу, волшебник.

— Ах да… ну, их трое.

— Трое? — Черри изогнула безукоризненную бровь. — Трое — это хорошо. Большой контракт, большие деньги. И кто они?

— Один… его зовут Дьен Жаров, он один из советников при дворе Императора.

— Один из советников, — усмехнулась красавица. — Это не вполне подходящие слова. Он владеет неизвестными нам приемами борьбы и считается непобедимым.

— Никакой знаток уличной драки, — презрительно скривился Дорх, — не устоит перед отравленной стрелой.

— Возможно, — кивнула Черри. — Гильдия принимает заказ. Цена составит сто золотых таласов. Это не обсуждается.

Дорх почувствовал, как от злобы заскрежетали его челюсти. Сто золотых… за такие деньги он лично убил бы человек двадцать. Да, названная сумма была весьма и весьма впечатляющей, и все же он был готов к этому.

— Второй, вернее, вторая… ее зовут Таяна де Брей. Она…

— Волшебница, длительное время отсутствовала в столице, но недавно вернулась. Магией владеет средне, но ей прочат неплохое будущее, если она займется своим образованием. Имеет диплом Академии. Волшебница — не самая простая из мишеней, но Гильдия не видит в этом заказе ничего невозможного. Цена составит… сто золотых. Это не обсуждается.

Дорх снова скрипнул зубами. Но в самой глубине души он вдруг испытал чувство удовлетворения. Он предполагал, что и за вора, и за молодую нахалку, именующую себя волшебницей, убийцы запросят больше. Значит, у него еще останутся значительные средства.

— Третий… это простой солдат, наемник. Его зовут Тернер. Он путешествовал вместе с волшебницей и этим… любителем подраться.

Красавица брюнетка нахмурилась. Дорх не заметил короткого взгляда, брошенного ею в сторону массивного охранника.

— Пятьсот золотых, — коротко бросила Черри. — Это… обсуждается. В сторону увеличения гонорара.

— Пятьсот??? — Дорх вскочил, но в то же мгновение ему показалось, что ему на голову обрушился потолок. Массивная ладонь стража притиснула его обратно к креслу.

— Здесь не надо резко двигаться, — прогудел за спиной низкий голос седого.

— Я не намерена объяснять расценки Гильдии, — голосом холодным как лед заявила Черри, и в ее словах Дорх услышал угрозу. — Я не намерена, но все же скажу. Этот… человек уже один раз перешел нам дорогу, и пятеро моих бойцов попытались его убрать. Теперь в Гильдии имеется пять вакансий. Поэтому заказ будет трудным. Гильдия никогда не отступает, но мы должны предусмотреть гонорар, достойный сложности задания. Пятьсот пятьдесят…

— Согласен, — почти крикнул Дорх, понимая, что еще мгновение, и эта и без того невероятная цена увеличится еще на десяток-другой монет. Даже названная сумма была на пределе его возможностей. Отсюда он выйдет нищим… подумать только, еще несколько часов назад он был богатым… ну, относительно богатым человеком. И теперь все деньги уйдут на оплату этого заказа. Может быть, все-таки ограничиться этими двумя, а с солдатом разобраться самому?

Но тут Дорх вспомнил, что имел глупость произнести сакраментальное «согласен». А значит, даже откажись теперь он от заказа, деньги уйдут Гильдии. А он останется ни с чем.