Лос Анжелес Таймс - Вудс Стюарт - Страница 57

Майкл опустил глаза.

— Среди них нет ни одного специалиста по кинематографии, — продолжил Лео, и при этом его лицо сильно покраснело. — Как вы себе представляете вести дела без меня? Он взглянул на Джонсона. — Или желаете продать предприятие япошкам?

— Может быть, — сказал Джонсон. Мы получили от них еще одно предложение.

— Так почему вы не проконсультировались прежде со мной?

— Потому, что вы уже заявляли, что ни при каких обстоятельствах не примете их предложения.

Лео на мгновение уставился на него, потом сунул руку в верхний ящик стола и вынул из него знаменитый револьвер с золотой рукояткой. Он приставил оружие к своему виску. — Знаете, что? Если бы я не знал, что могу управлять этим местом лучше, чем все вы вместе взятые с японцами в придачу, то прямо сейчас перед вами выбил бы мозги из своей головы.

— О, давайте, Лео, не будем разыгрывать этот спектакль, я видел его уже много раз, — сказал Джонсон.

Лео убрал револьвер со своего виска и прицелился в Джонсона. — Хорошо, в таком случае я застрелю вас.

— Джонсон покачал головой. — Лео, прекратите вести себя, как малое дитя.

Лео спустил курок. Прогремел выстрел и Джонсон свалился со своего кресла.

— Боже мой! — закричал Гелдорф. Он вскочил со своего места и склонился над Джонсоном.

Лео стоял, попеременно глядя то на Джонсона, то на револьвер, и на его лице было написано безмерное удивление.

Майкл понял, что это его единственный шанс. Он вскочил с места, одной рукой схватил Лео за запястье, затем накрыл другой рукой руку Голдмэна, заставив его палец нажать на спусковой крючок. — Не делайте это, Лео! — закричал он. Потом он поднял руку, сжимавшую оружие, к голове босса и надавил палец Лео на спусковой крючок. Раздался еще один выстрел. Пуля вошла в голову в районе макушки и вышла через правый глаз, опрокинув Лео навзничь в его кресло и забрызгав Майкла кровавой массой.

Гелдорф перевел взгляд с лежащего на полу Джонсона на Майкла.

— Это вы стреляли?

В офис ворвалась секретарша. Она увидела Джонсона, лежащего на полу вниз лицом и своего босса в кресле с изуродованной головой и упала в обморок.

Майкл колебался не больше секунды, затем схватил со стола телефонную трубку и набрал номер 911.

— Скорая, — обратился он к оператору, давая свой адрес. — Здесь только что стреляли. Он положил трубку и потом еще раз набрал номер — Ассоциации Адвокатов. — Говорит Майкл Винсент, — сообщил он. — Только что Лео Голдмэн стрелял в одного человека, а затем выстрелил в себя. Добудьте самого лучшего адвоката, которого сумеете найти и направьте его в офис Лео.

Майкл и Гелдорф сидели на диванах друг напротив друга возле камина в офисе Голдмэна. Сотрудники скорой помощи, полицейские и криминалисты уже ушли. В помещении оставались только два детектива, Майкл с Гелдорфом, и еще адвокат Центуриона.

— Хорошо, давайте повторим все еще раз, — обратился к ним детектив.

— Нет, — возразил ему Майкл. — Вы уже слышали это несколько раз подряд. У вас что, имеются сомнения, как все случилось?

— Мы сказали вам правду, — добавил Гелдорф. — Неужто вы думаете, что мы с мистером Винсентом в этом офисе убили двух человек?

Второй детектив положил на место телефонную трубку. — Не было никакого убийства. Оба пока что живы.

Майкл взглянул на него. — Это замечательно, — выдавил он из себя. — Ну, и как они?

— Рана Джонсона не опасна. Пуля прошла мимо легкого и застряла в плече. У него всего лишь сломана ключица. Через пару дней он сможет выйти из больницы.

— А как насчет мистера Голдмэна? — спросил Гелдорф.

— Он жив. Это все, что нам известно. Можете спросить у его врача, когда мы закончим наши дела.

— Мы уже их закончили, — сказал Майкл, поднявшись с места. — Я лично еду в больницу. Он вдруг замер. — Господи, кто-нибудь догадался позвонить Аманде?

— Миссис Голдмэн? — переспросил детектив. — Ей позвонила секретарша. Она уже в больнице.

— Норман, вы едете со мной?

— Да, конечно. Мы можем хоть чем-нибудь помочь Аманде.

Все были готовы разойтись, но тут один из детективов потянул Майкла назад.

— Вы меня помните, мистер Винсент?

— К сожалению, нет.

— Меня зовут Холл. Я был партнером Рика Ривера. Мы виделись, когда мы приходили к вам по делу об убийстве Мориарти.

— А, теперь вспомнил.

— Люди, окружающие вас, либо погибают, либо попадают в ужасные ситуации.

— Прошу прощения?

— Мориарти умер сразу же после того, как встретился с вами. Рик умер после того, как стал работать у вас. И Рик никогда не употреблял наркотики. А теперь вот эти двое.

— К чему вы клоните, детектив?

— Вся беда в том, что я никуда не клоню, — сказал Холл. — Но я хочу, чтобы вы знали, что я еще возникну на вашем горизонте. Рик был моим другом и…

— С меня достаточно, — прервал его Майкл. — Вы пытаетесь утверждать, что я имею отношение ко всему этому, но вы заблуждаетесь. Вы лучше делайте свою работу и выясните, что я не кто иной, как невинный свидетель. А эта студия имеет немалое влияние на администрацию нашего города.

С этими словами Майкл повернулся и вышел из комнаты.

Майкл и Аманда сидели в углу большой солнечной больничной палаты, где лежал Лео Голдмэн. Гелдорф ожидал Майкла снаружи. Лео лежал на спине, с забинтованной головой, его левый глаз был раскрыт и смотрел на них.

— Не могу в это поверить, — сказала Аманда. Она уже достаточно хорошо владела собой с учетом только что происшедшего.

— Так что случилось в его кабинете?

— Лео спорил с Джонсоном. Он вытащил пистолет из ящика стола и приложил дуло к виску. Джонсон заявил, что уже не раз видел подобные штуки. Он попросил Лео опустить оружие и прекратить вести себя, как малое дитя. Тогда Лео выстрелил в Джонсона и приставил пистолет к своей голове. Я попытался помешать ему, схватил его за руку, но тут раздался выстрел.

— Джонсон с Гелдорфом сообщили ему, что он больше не глава студии?

— Да.

— Знал ли ты, что это должно произойти?

— Вчера меня пригласили на собрание. Я защищал Лео, как только мог. Я назначил встречу с ним как можно раньше, чтобы, после его возвращения из Нью-Йорка, предупредить о том, что они задумали, а тут как раз явились Джонсон с Гелдорфом.

— Худшее из всего, что произошло, это то, что он выживет, но превратится в растение, — сказала Аманда. — Уж поверь мне, лучше бы ему умереть.

— Аманда, ты вовсе не обязана искусственно поддерживать его в таком состоянии.

— Не волнуйся, не буду. Она заплакала.

— Ну, не надо, не надо, — утешал он ее. — Не плачь. Он не чувствует боли.

— Я плачу не потому. Я плачу, потому что сейчас вот тут единственное, о чем я способна думать, это как я хочу тебя.

ГЛАВА 55

Майкл оглядел больничную палату. Совет директоров Центуриона в полном составе собрался возле постели Гарри Джонсона, а сам виновник, с загипсованной рукой, посвящал всех в детали.

— Итак, — с гримасой боли произнес он, — вы все слышали от Нормана и Майкла о том, что вчера произошло в офисе Лео. Сейчас мы должны заняться проблемами нашего бизнеса, и я хочу, чтобы мы незамедлительно приступили к делу, поэтому я принял сильнодействующее болеутоляющее. Норман, вы подготовили предложение?

Гелдорф кивнул.

— Я предложил Совету директоров назначить Майкла Винсента президентом и главой кинокомпании Центурион Пикчерс со всеми соответствующими полномочиями, а зарплата и бенефиты будут урегулированы в порядке переговоров между представителями совета и мистером Винсентом.

— Итак, ставим вопрос на голосование?

— Да, — откликнулся один из присутствующих.

— Кто «за»? Все подняли руки.

— Кто «против»?

Молчание.

— Майкл, примите наши поздравления, — сказал Джонсон. — А теперь, если у нас нет никаких других срочных дел, Совет распускается. Сестра!