Полицейская сага - Вудс Стюарт - Страница 103

Но Карр был тверд.

– Мистер Фандерберк, я обязан предупредить вас, что если вы будете сопротивляться проведению обыска, я арестую вас, и вы можете оказаться в тюрьме за неуважение к закону. – И продолжил, уже более примирительным тоном: – Прошу нас понять, сэр, что мы просто хотим исполнить свою работу и оставить вас в покое. Поэтому, пожалуйста, отойдите в сторону и дайте нам пройти в дом.

Фокси почувствовал себя неуверенно и отступил, освобождая путь двоим агентам, по пятам которых следовал Такер. Он еще никогда не был внутри. Первое, на что он обратил внимание, был пол в кухне. И он указал на это Карру:

– Помните, что рассказал Хауэлл?

Карр кивнул.

Фокси обратился к ним:

– Что ж, джентльмены, очевидно, я вам не нужен. Пойду в гостиную, посижу у огонька. Я как раз читал книгу, когда вы заявились сюда.

– Спасибо, сэр, – ответил Карр. – Мы дадим вам знать, если у нас появятся вопросы.

Некоторое время Фокси не сводил с Такера долгого, пронзительного взгляда, но затем повернулся, направился в гостиную и, усевшись в качалку около камина, взял книгу. Такер следил за ним, а затем перевел взгляд на стену, увешанную оружием.

– Не спускайте с него глаз! – посоветовал он Карру.

Карр кивнул.

– Конечно, но он выглядит достаточно безобидно, учитывая приподнесенный ему неприятный сюрприз. Внешне он, безусловно, выглядит так, будто ему нечего скрывать. Такер, почему бы вам не заняться кухней, а мы начнем здесь.

Трое приехавших на обыск разделились и взяли себе каждый по комнате. Почти сразу же Сазерленд обнаружил в спальне, в шкафу полицейскую форму. Он позвал Карра, и вдвоем они занесли ее в гостиную, а Такер наблюдал за ними через дверь.

– Прошу прощения, мистер Фандерберк, – проговорил Карр. – Не могли бы вы объяснить, что означает наличие в вашем доме полицейской формы?

Фокси оторвался от книги.

– Джентльмены, примерно сорок лет назад я должен был получить должность, которую теперь, – он указал на Уоттса, – занимает этот ниггер. Я приобрел форму с учетом будущего назначения, но меня обманули и провели. Не вижу никакой причины сжигать эту форму.

– Спасибо, сэр, мне все понятно, – ответил Карр.

Выйдя в коридор, он натолкнулся на Сазерленда и Уоттса.

– Помните протокол вскрытия по первому убийству? – спросил Такер. – Доктор отметил, что внешние повреждения напоминают по своему характеру последствия полицейского допроса.

Карр кивнул.

– Верно. Все совпадает, но само по себе это ничего не значит. Продолжим.

В доме они провели более часа, заглядывая во все шкафы и ящики, во все кухонные шкафчики и коробки, проверяя низ, верх и тыл всего стоящего в доме. И не нашли ничего. Обыск переместился в гараж и на псарню. Опять безрезультатно. Карр подозвал Сазерленда и Такера.

– Похоже, в этом колодце нет воды. На псарне и в гараже только то, чему там и надлежит быть. Инструменты и хозяйственные принадлежности – самые обычные. Думаю, весь расчет придется строить на последнем исчезновении. Если оно связано с Фандерберком, то дело обстоит так: либо мальчик еще здесь, либо Фандерберк избавился от тела. Тогда вся надежда на то, что обнаружится свежая могила. Это и надо будет искать. Больше нам ничего не остается. – И он указал на большую поляну, простирающуюся за задним двором. – Нам надо проверить каждый квадратный фут голой земли. Даже кудзу не может за несколько дней вырасти на новом участке. По крайней мере, в это время года. Поскольку мы не имеем права копать, не будем обращать внимания на места, поросшие кудзу. Согласны?

Такер согласился, хотя и с неохотой. И они начали проверять фут за футом в поисках свежей или просевшей земли. Заглянули в каждую конуру, но нашли там только собак. Проверили каждый из участков, прилегающих к дому, и не нашли ни малейшего намека на недавно вскопанную землю. Тени стали длинными, свет ноябрьского дня начал тускнеть, а вместе с ним угасали надежды Такера. Он обошел дом и столкнулся с Карром у черного хода. Сазерленд находился в тридцати – сорока футах от них, продираясь сквозь кудзу.

Карр покачал головой.

– Такер, я знаю, как вам все это казалось ясно. Мне тоже, но, за исключением откомандирования сюда отряда, вооруженного ломами и лопатами, не вижу, что еще мы можем сделать.

– Вы правы, – проговорил Такер, – и я вам, ребята, весьма благодарен за все ваши усилия. Мы прискакали сюда на одной ноге, а теперь нам ее ампутируют. – Он знал, что не пройдет и часа, как новости поступят ко всем друзьям Фокси, а через них – к Маллинзу, и к утру на первых страницах газет появятся материалы о том, как черный начальник полиции города Делано, потеряв стыд и совесть, в очередной раз нарушил всякие нормы приличия. Он не представлял себе, что скажет Билли. Ему стало дурно.

Карр постучал в дверь черного хода, и Фокси отворил ее.

– Мистер Фандерберк, – заявил он, – обыск завершен. Нами не найдено ничего, что могло бы указать на вашу причастность к какому бы то ни было преступлению. Хочу извиниться за наше вторжение и поблагодарить вас за оказанное содействие. Больше вас не потревожат.

– Это весьма мило, мистер, – горько процедил Фокси. – А теперь пусть этот ниггер убирается с моей территории!

Такер и Карр отошли от черного хода, и Карр крикнул Сазерленду:

– Пошли, Майк, мы тут все закончили.

Сазерленд махнул рукой и пошел дальше через заросли кудзу, прочь от дома. Карр обратился к Таккеру:

– Поехали, мы вас высадим у вашей машины. Хауэлл, наверное, беспокоится, что с нами случилось.

Со склона холма послышался крик, и двое мужчин повернулись и увидели, как Сазерленд падает лицом вниз и едет под гору, скользя по зеленым побегам.

– Вы в порядке, Майк? – громко спросил Карр. – Держитесь, мы вам сейчас поможем.

Но когда они подоспели, Сазерленд сумел сам встать на ноги.

– Приложились вы здорово, – заявил Карр. – С вами все о'кей?

– Ага, – произнес Сазерленд, отряхиваясь от грязи. И сделал несколько шагов в гору. – Я тут за что-то зацепился. – И стал шарить среди зарослей. – Вот оно. – Такер и Карр подошли поближе, пока он разгребал опавшие листья. Из земли торчал кривой отросток ржавой трубы, прикрытой черной рваной резиной, к нему при помощи петельного кронштейна была прикреплена короткая, изогнутая медная ручка.

– Похоже, кусок старой водопроводной трубы, – сказал Сазерленд. – Куда и откуда, теперь уже неясно.

– Не знаю, что это такое, – отворачиваясь, проговорил Карр. – И мне все равно, я слишком устал. Пошли отсюда.

Сазерленд повернулся, чтобы последовать за ним. А Такер остался на месте, погрузившись в раздумья.

– Зато я знаю, что это такое, – крикнул он. Оба агента остановились и оглянулись. – Это рукоятка мотоциклетного руля.

Позади раздался глухой металлический щелчок. Они обернулись и увидели Фокса Фандерберка, стоящего на самой границе зарослей кудзу не далее, чем в десяти футах от них… В руках у него был двуствольный обрез. Прежде, чем раздался выстрел, Такер успел подумать, что с такого расстояния он уложит всех троих.

Джона Хауэлла одолело беспокойство. Он терпеливо ждал в машине почти два часа, и единственным его развлечением был треск полицейской рации. Но теперь становилось по-настоящему холодно, и терпение его иссякло. Тут до него дошло, что рация лишь трещала, но ничего не говорила. Он удивился, неужели полицейский радиообмен до такой степени незначителен, что за два часа никто не вышел в эфир. Он вышел из машины и осмотрелся. Поворот к дому Фандерберка находился на несколько сот ярдов ниже перевала, по ту сторону горы, если считать от Делано. А полицейские рации работают в диапазоне УКВ, не так ли? Значит, дальность действия зависит от мощности передатчика и отсутствия видимых помех по направлению связи. Так может ли полицейская рация принимать сигналы, поступающие с противоположной стороны горы?

Он вернулся в машину, взял микрофон и включил передатчик.