Дирдиры - - Страница 27

Глава 10

На утро Анахо отправился в город, чтобы навести необходимые справки. Рейт и Трез спустились вниз в выходящее на улицу кафе и наблюдали за пешеходами. Трез был недоволен абсолютно всем, что видел.

— Все города неприятны, — бормотал он. — Этот же самый плохой… Мерзкое место. Ты чувствуешь его вонь? Химикаты, дым, болезни, нагромождение камней. Запах заражает людей. Ты только посмотри на эти лица!

Рейт не мог отрицать, что жители Сивиша выглядели непривлекательно. Цвет их лиц отражал всю палитру: от неряшливо-коричневых до белых у дирдир-людей. Их физиономии отражали результат более чем тысячелетней почти целенаправленной мутации. Никогда еще Рейту не приходилось сталкиваться с такими подозрительными и замкнутыми людьми. То, что они жили рядом с чужой расой, не повлияло на развитие у них чувства общности. В Сивише каждый был для другого чужим. Положительным результатом такого положения вещей стало то, что Рейт и Трез ни у кого не вызывали никаких подозрений. Никто на них особого внимания не обращал.

Рейт расслабленно и даже умиротворенно сидел за бокалом светлого вина. В то время, как он размышлял о старом Чае, ему пришло в голову, что только язык, единый для всей планеты, являлся объединяющим фактором для всех. Возможно, обитатели планеты потому и сохранили свое всеобщее равнодушие, так как все решал вопрос жизни и смерти. Язык общения был нужен для выживания: тот, кто не мог артикулировать, был обречен на смерть. Возможно, корни этого языка в основе своей были земными. Но он не был похож ни на один другой, известный Рейту. Он думал о некоторых ключевых словах Слово «вам» значило «мать», «татаром» называли отца, «иссир» обозначал «меч». Количественные числительные звучали: аине, сей, дрос, энсер, ниф, хисз, иага, манага, нуваи, тикс. Значительных параллелей не было, но иногда появлялось до боли знакомое эхо земных звучаний…

В общем, размышлял Рейт, жизнь на Чае охватывала более широкую шкалу, чем на Земле. Чувства здесь были более интенсивными, горе более глубоким, радость более восторженной. Люди поступали более раскованно. В отличие от них, земляне казались более задумчивыми, контактными и солидными. Смех на Земле звучал не так непосредственно. Но на ней было намного меньше и жалостливых причитаний.

И сейчас Рейт часто спрашивал себя: «Предположим, я возвращусь на Землю. А что потом? Смогу ли я снова привыкнуть к той жизни, такой мирной и спокойной? Или я всю оставшуюся жизнь буду тосковать по степям и морям Чая?» Рейт грустно улыбнулся. Он с удовольствием бы столкнулся с этой проблемой.

Пришел Анахо. Бросив быстрый взгляд налево и направо, он подсел за столик. Вид его был безрадостным.

— Мой оптимизм был необоснованно велик, — пробормотал он. — Я слишком уж сильно полагался на свои воспоминания.

— Что ты имеешь в виду? — спросил Рейт.

— Ничего конкретного. Просто, кажется, я недооценил ситуацию. Я сегодня уже дважды слышал, как говорили о сумасшедших, пробравшихся в Карабас и поубивавших дирдиров, словно комаров. В Хее все вне себя от злости — во всяком случае, так поговаривают. Готовятся разные тсау'гш. Никто не хотел бы оказаться на месте этих шутников, когда их поймают.

Трез вскипел.

— Дирдиры отправляются в Карабас, чтобы убивать людей, — разбушевался он. — Почему же им так неприятно, когда их самих там убивают?

— Тсс! — шикнул Анахо. — Не так громко! Ты хочешь, чтобы на нас обратили внимание? В Сивише никто не говорит того, что думает. Здесь это нездорово.

— Еще одна отрицательная сторона этого запущенного города! — заявил Трез, но уже несколько потише.

— Подождите! — взволнованно попросил Анахо. — Еще не все потеряно. Подумайте сами! Пока дирдиры будут обыскивать континенты, мы сидим здесь, в «Старом Имперском Дворе», в Сивише.

— Довольно сомнительное удовольствие, — констатировал Рейт. — Что еще тебе удалось выяснить?

— Правителя-бургомистра зовут Клодо Эрлиус. Как раз недавно он был назначен на эту должность. Я не знаю, сможем ли мы извлечь из этого какую-нибудь выгоду, но, как говорится в старой пословице, новая метла по-новому метет. Я провел аккуратные расспросы. Но так как я числюсь Избранным, со мной говорили не особенно открыто. Тем не менее, в разговорах одно имя было упомянуто дважды: Аила Вудивер. Его официальное занятие — обеспечение транспортом и строительными материалами. Он известен, как гурман и любитель повеселиться, и его стремление к удовольствиям настолько велико, роскошно и непреодолимо, что поглощает огромные суммы. Эту информацию сообщили мне добровольно и с долей завистливого восхищения в голосе. Нелегальные же дела Вудивера прямо не назывались, а прозвучали лишь в намеках.

— Вудивер представляется мне довольно неприятной личностью, — высказался Рейт. Анахо ехидно фыркнул:

— Ты требуешь, чтобы я нашел тебе кого-то с безупречной репутацией, но разбирающегося в противозаконных операциях и воровстве. Но если бы мне и удалось найти такого человека, ты все равно остался бы чем-нибудь недоволен.

Рейт улыбнулся:

— А другие имена не упоминались?

— Один человек осторожно намекал, что любое необычное действие обязательно должно привлечь внимание Вудивера. Создается впечатление, что это именно тот человек, который нам нужен. В определенном смысле его репутация успокаивает. Он поневоле имеет в своем распоряжении необходимую информацию.

В разговор включился Трез:

— А что, если этот Вудивер не согласится нам помочь или будет колебаться? Не будем ли мы тогда зависеть от его милости или немилости? И не сможет ли он тогда отнять у нас наши секвины?

Анахо сложил губы бантиком и пожал плечами.

— Такое дело никогда не может быть абсолютно надежным. По-моему, Аила Вудивер должен оказаться именно тем, кто нам нужен. У него есть доступ к источникам, он владеет транспортом и по возможности может организовать подходящее помещение, в котором можно производить сборку корабля.

Рейт, еще колеблясь, сказал-

— Нам нужен самый опытный человек и, если мы его получим, то, думаю, нам не нужно будет вникать в его личные качества. С другой стороны… Ну, хорошо. Какой предлог мы сможем использовать?