Помогите найти - Высоцкий Михаил Владимирович - Страница 49

– Причины? То, что иначе весь наш мир, и ты в том числе, погибнет – для тебя это не веская причина? – Адам начал закипать.

– Ладно, проехали. Согласен, причина достаточно веская. Ну хорошо, а все же, что это за оружие такое?

– Это не оружие в прямом понимании этого слова, ты должен знать, что спрятать что-то в, как ты его называешь, Сумраке невозможно. Это скорее артефакт, нечто, что лишь наполовину принадлежит нашему миру, а на вторую половину принадлежит к высшим сферам. И это оружие можно применить лишь один раз – им можно окончательно сразить Спящих, после чего оно утратит свою силу. Его можно применить и для других целей, но тогда уже ничто не остановит пробуждение Спящих, и человечеству настанет конец.

– Ладно, я ему о Фоме, а он мне о Ереме… По-моему, был вполне конкретный вопрос, что это за оружие, а в ответ очередная лекция о смысле бытия… Ну что за народ пошел.

– Хочешь знать, что это за оружие? Я скажу – это сердце Всевышнего, убитого на земле четыре с половиной тысячи лет назад. И последний раз, когда я о нем слышал, оно хранилось в Центральном Храме Всевышнего.

– И где же этот храм? Что-то я о нем не слышал…

– Где сейчас этот храм я так сразу и не скажу, но полторы тысячи лет назад он возвышался над столицей Центральной Земли.

Ну вот, совсем интересно! Не, мир, конечно, прикольный. Только одного врага победил, как мне тут же предлагают спуститься на дно океана и с четвертого слоя Сумрака из храма достать сердце давно погибшего главного бога. После чего, гордо размахивая над головой висящем на остатках аорты органом кровообращения бога, идти против Спящих. Это точно – увидят они такую картину – испугаются, помрут от страха окончательно. Или от смеха, не важно, результат все равно один.

Ладно, о том, что это за сердце такое, мы еще поговорим. Как и о том, кем этот Всевышний был при старой и новой власти. А теперь, скажи-ка ты мне, человек дорогой – как по-твоему я должен на дно морское спустится? Ах, никак? Ну спасибо тебе! Ах, сердце все равно полторы тысячи лет на дне не сможет даже в Сумраке уцелеть? Ну просто прекрасно! И какой же у тебя план?

Просто прекрасный план! Ну естественно, как же я мог об этом забыть, все ж так просто – слетал себе в прошлое, добыл сердце, и назад. Не важно, что это невозможно по законам магии и по законам физики – мы тут самые главные, нас такими мелочами не напугать. Если что – боги помогут. Эй, Хаддим Роккав, говорят, вы умеете во времени путешествовать? Невозможно, говоришь? Да так, ничего, иди дальше.

Ладно, Адам, а если серьезно? Не умеют ни боги, ни люди возвращаться в свое прошлое, а вдруг там своего прадедушку встретишь, и далее по списку. Ну так какого, спрашивается, рожна, если ты об этом знаешь, то предлагаешь мне такое?

А вот это интересная теория. Значит, если меня не было в прошлом этого мира, то я могу туда попасть? Ты не можешь, а я могу? И что для этого нужно? Всего лишь? Просто надеть на палец твое кольцо и на шею кулон? Все? Точно, больше ничего не надо? Ладно, а как бы Архимаг эту проблему решал, у него ни кольца, ни кулона нет? Не знаешь? Ну допустим. И когда ты мне предлагаешь совершить эту увлекательную и весьма познавательную прогулку? Я не ослышался, прямо сейчас? Прямо после боя, уставший я должен срочно нырять с головой в тихий омут, где черти водятся? Ах, время не терпит, и ты, видите ли, почувствовал, что до пробуждения Спящих остались считанные дни? Говоришь, отдохнуть смогу прямо там, а вернусь в тот же самый миг, что и исчезну?

Знаешь, Адам, мне твой план совершенно не нравиться, но он слишком бредовый и неправдивый, чтоб оказаться ложью. Давай сюда свои кулон с кольцом, посмотрим, что можно будет сообразить на троих.

Ух ты! Да! И зачем только Адам так долго мне всякую фигню молол? Он не мог просто снять кольцо с пальца, чтоб я, наконец, почувствовал, что это за артефакт такой? Да из него сила так и хлещет – такой спокойно может дырку во времени проколоть, да такой вообще все, что угодно, может. Это, случайно, не Всевышнего? Как я угадал? А вот так, взял, и угадал. Ладно, давай сюда кольцо, а заодно и расскажи, что это за существо было. Вроде Хаддима Роккава? Ах нет, это, значит, бог стихии в теле человека, а тот был богом-творцом в собственном теле? Интересно, но, пока, непонятно, продолжай. Говоришь, на месте мне обо всем расскажут? И улыбка, ох какая нехорошая улыбка. Ладно, давай сюда кулон.

И что дальше? Так, а это кто еще такой? Какой еще магический раб? Ни о каких рабах мы не договаривались… И…

Блин, вернусь назад в будущее – скажу этому гаду Адаму все, что я о нем думаю. А теперь, скажите на милость, и куда это я попал?

За одну тысячу четыреста девяносто два года до вышеописанных событий. Место то же, герои те же.

Чисто поле. Сидит в нем плотного телосложения рыжебородый парень на вид лет двадцати пяти – тридцати, держит в руках кулон на цепочке и говорит с ним.

– Слушай, ты, раб…

– Сам ты раб! – отвечает медальон. – Я тебе не раб, а Олимп! А лучше по полному имени – Олимпер! Понял? Олимпер, а не раб!

– Да мне пофиг, хоть раб, хоть Олимпер – сейчас как зашвырну тебя куда подальше, будешь тут до скончания века валяться!

– Да, да уж, забросишь ты меня… Да ты без меня тут никто! Как ты сюда попал, а? Не знаешь? А я знаю – это я тебя сюда забросил! И только я тебе могу все про это время рассказать, а главное – только я тебя назад могу вернуть! Так что слушайся меня!

– Ты, раб, у тебя там в этой фиговине мозгов хоть капелька есть, или только пургу пороть ты и можешь? Ты сам подумай, я в этом мире чужой, и мне совершенно пофиг, понимаешь, абсолютно пофиг, в каком времени жить. Или ты думаешь, что меня так и прет мир спасать, Спящих убивать? Или ты вообще не думаешь? В любом случае, мне до одного места, что ты там болтаешь, и у тебя очень простой выбор. Или ты будешь делать все, что я тебе велю, или… Не, не буду я тебя тут выбрасывать. Вот найду кузнеца, и поставлю его перед выбором – или стрелу в лоб, или он превратит тебя в обычный кусок металла. Я думаю справится, арбалетный болт всегда считался нормальным стимулом!

– Ты так не поступишь!

– Я? Ты думаешь? Или ты считаешь, что я не смогу разобраться с этим кольцом без тебя и с его помощью зажить себе припеваючи? Давай поспорим? Хочешь?

– Спорить?

– Ну да, поспорим, какой из кузнецов справиться – первый или второй? Можешь, в принципе, и на третьего поставить, но я думаю, что и двух с тебя хватит. Ты чего замолчал, а?

– Ты серьезно, что ли? Ты что, действительно не хочешь вернуться?

– Почему не хочу, хочу. Надо же Архимага добить, он, правда, и тут живой, да вот все эти временные петли… Короче, там как-то надежнее. Но слушаться магического раба я не собираюсь, и потому еще хоть один наезд – все, к кузнецу. Ясно? Не слышу, ясно?

– Ясно, ясно…

– Не «ясно-ясно», а «Ясно, господин!». Запомнил? Повтори!

– Ясно. Господин.

– Вот и хорошо. А теперь рассказывай.

– О чем? Я много чего могу рассказать, могу о себе, могу о Всевышнем, могу о мире, куда мы попали…

– Обо всем по порядку. О себе, я так чувствую, ты мне еще уши прожужжать успеешь, мир еще увидим, а вот о Всевышнем было бы интересно послушать. Что это за загадочное существо такое было? Давай о нем сначала.

Всевышний был богом-творцом. Сотворив мир, он долгие миллионы лет был его покровителем. Он совершенствовал его, наблюдал за ним и наслаждался гармонией своего творения. Он сотворил разных живых существ, людей, эльфов, гномов, орков, гоблинов, кентавров, вдохнул в них душу, дал им разум и свободу воли и наблюдал с небес за их земными делами. Так продолжалось долгие тысячи лет, пока однажды в сотворенный Всевышним мир не вторглись существа с козлиными ногами.

Никто, включая Всевышнего, не знал, откуда они пришли, какой мир породил этих исчадий. Но они подчинили себе его мир, и всей власти Всевышнего не могло хватить на то, чтобы одолеть этот оживший ужас. Черпая поистине божественную мощь из страданий живых существ, они стали богами-владыками, богами-властителями. Темные века сменялись красными от крови веками, те, кого позднее назвали Спящими, устраивали танцы на человеческих черепах, играя музыку на человеческих жилах, а Всевышний, бог-творец, давно забытый своими созданиями, был бессилен. Его власть ограничивалась сферой творения, по самой сути своей он не умел разрушать.