Клетка для мятежника - Якоби Кейт - Страница 52

Кто знает, сколько пройдет времени, прежде чем она сможет вернуться, и будет ли он на месте, когда это случится...

Неожиданно Мику охватил страх перед будущим, и он еще крепче обнял Сайред. Она сразу же поняла его чувства и замерла в его объятиях.

— Хотел бы я... — прошептал Мика.

— Я тоже, — ответила Сайред. — Я тебя люблю.

— Я люблю тебя.

Больше они не обменялись ни словом, наслаждаясь тем, что имели.

Когда в очаге прогорело и упало полено, Мика вздрогнул, осознав, что день наступил... и что он умирает от голода.

— Хочешь есть?

— Я привезла хлеб и сыр, и то и другое свежее. Есть и эль, хотя не очень хороший.

— Принести сюда?

— Для меня не надо. Мне нужно одеться.

Сайред ничего не сказала о том, что ей скоро отправляться в путь, но Мика знал, что она об этом подумала. Он коснулся губами ее виска, скатился с постели, сунул ноги в сапоги, подкинул дров в очаг и достал хлеб и сыр из сумки Сайред. Придется сегодня сходить в деревню, чтобы запастись продовольствием на ближайшие недели. Потом предстояла поездка на север с Эндрю, который должен был к празднику Зимнего Солнцестояния явиться в Марсэй. Мика поселится рядом с городом и проводит его обратно...

Эндрю!

Мика уронил нож, и в тот же момент услышат скрип снега под ногами мальчика. Ни слова не сказав Сайред, он метнулся к двери и распахнул ее. Быстро выйдя наружу, он решительно закрыл за собой дверь — и успел как раз вовремя.

Эндрю брел по свежевыпавшему снегу, шумно выдыхая клубы пара. С довольной улыбкой он высоко поднял мешок, полный еды.

— Доброе утро! Я подумал, что ты не откажешься от завтрака. Нужно было остановить его, отвлечь, прежде чем он заметит...

— Почему вы разгуливаете без плаща? — Вопрос показался Эндрю таким глупым, что он чуть не рассмеялся, но ничего другого Мика не смог придумать — близящееся несчастье всей тяжестью легло ему на плечи.

— Что случилось? — Эндрю остановился всего в нескольких шагах от дома. Он больше не улыбался. Морщинка у него на лбу с каждой секундой становилась глубже.

Поздно, слишком поздно...

— Мика! — Эндрю слишком хорошо знал, что означает смутное ощущение опасности, нечто в воздухе, что невозможно назвать, но невозможно и ни с чем спутать, невозможно не заметить. Печать, охранявшая секреты салти, была предназначена именно для таких случаев...

Мика все же сделал попытку отвлечь внимание Эндрю.

— Милорд, спасибо за угощение, но, думаю, вам следует... Эндрю напрягся, его глаза широко раскрылись.

— У тебя... ведь в доме малахи, верно? — Мальчик смотрел на дверь, и та медленно распахнулась. Эндрю сделал шаг назад, потом замер, переводя взгляд с Сайред на Мику и снова на Сайред.

Мика неожиданно ощутил холод и начал дрожать. Почти все его самые страшные опасения оправдались. Сайред подошла и накинула ему на плечи плащ. Ее прикосновения оказалось достаточно, чтобы избавить его от оцепенения, хотя голос Мики все же прозвучал хрипло:

— Сайред, позволь представить тебе его светлость Эндрю, герцога Эйра. Милорд, это Сайред, моя... жена.

Эндрю помешкал всего мгновение, потом взял руку Сайред и поднес к губам, держась, как безупречный придворный. Когда он выпрямился, глаза его ничего не выражали. Он протянул Мике мешок с едой.

— Прошу прощения, что потревожил.

Прежде чем Мика успел произнести хоть слово, Эндрю повернулся и двинулся прочь по собственным следам. Тяжело дыша, Мика заглянул в глаза Сайред, надеясь увидеть в них покорность судьбе, хоть и знал, что это невозможно.

— Дождись меня, пожалуйста, — выдохнул он и бросился бежать, насколько это позволял глубокий снег, за Эндрю.

— Милорд, подождите!

Эндрю только яростнее преодолевал заносы, выбирая дорогу под деревьями, где снега намело не так много. Мика в спешке едва не упал, но все-таки схватил Эндрю за руку.

— Эндрю, позвольте мне объяснить!

Мальчик повернулся к нему лицом, быстро, жарко и сердито дыша.

— Зачем? Что тут объяснять? Почему ты раньше мне ничего не сказал? Что ж, не сомневаюсь, что у тебя найдется очень хорошее объяснение, только, раз я не должен был ничего знать, какой смысл что-то мне объяснять? — Эндрю попытался выдернуть руку и уйти, но Мика держал его крепко.

— Вы не понимаете. Это не то, что вы думаете.

— Вот как? — Эндрю перестал вырываться, широко раскрыл глаза и поднял брови с выражением, не слишком приятно напомнившим Мике Роберта. — Знаешь, что я думаю? Меня всю жизнь учили, что малахи — смертельная угроза для салти, что малахи помогают Нэшу, что они сражались при Шан Моссе на стороне Селара и пытались убить многих людей, которые мне дороги. Мне известно, что малахи сделали бы что угодно, чтобы уничтожить Анклав и убить мою мать, чтобы завладеть Ключом. Так что не смей, Мика, говорить мне, что я не должен сердиться!

— Я никогда не говорил вам, чтобы вы не сердились!

— И не стал бы этого говорить, видят боги, не стал бы! Да, в этом мальчике слишком много от отца! Того самого отца, который изгнал Мику, не задав ни единого вопроса, который забыл о двадцати годах дружбы, не поинтересовавшись обстоятельствами. И вот теперь такое же отношение он видит и от сына.

Эндрю продолжал смотреть на Мику, стараясь взять свои чувства под контроль, делая то же, что делал всю жизнь Роберт, — подавляя свой гнев. Хотя Мика видел, что происходит, он ничего не мог сделать.

— Ты должен был рассказать мне, — Эндрю высвободил руку, но вроде бы больше не собирался убегать.

— И что я мог рассказать? Разве вы реагировали бы иначе?

— Кто-нибудь еще знает?

— Моя мать знает, что я женился, больше — никто и ничего. Эндрю посмотрел в глаза Мике.

— Разве того же ты не мог открыть мне?

— Я не посмел.

Мгновение Эндрю внимательно смотрел на Мику, потом сделал два шага в сторону, опустив глаза.

— Не могу больше тебе верить... жениться на малахи! Я хочу сказать, Мика, после всего, через что ты прошел вместе с... с герцогом Робертом... Я знаю, что вы с ним больше не друзья... — Эндрю замер, потом резко поднял голову. — Дело в этом, верно? Поэтому он прогнал тебя? Из-за Сайред?

— Потому что я не рассказал ему, когда была возможность.

— И из-за этого... из-за этого ты его ненавидишь? Теперь пришла очередь Мики молча смотреть на Эндрю.

Он снова оказался в западне, как был уже восемь лет, между двумя мирами, которые невозможно примирить. Мог ли он сказать правду теперь? Когда прошло столько времени?

— Скажи мне, Мика, — настаивал Эндрю, — ты его ненавидишь?

— Да, — выдохнул Мика, ощутив от этого странное облегчение, хотя и не сделавшее его чувства менее горькими.

— Как же могу я доверять тебе, когда он не поверил?

— Но ему следовало поверить. — Мика вложил в эти слова всю свою уверенность. — Сайред — не угроза для вас.

— Вот как? Откуда ты можешь знать?

— Я знаю ее. Мы женаты уже почти семь лет. Не думаешь ли ты, что будь у нее желание меня предать, она давно уже это сделала бы? Она знает, почему я живу здесь, она знает, кто вы такой. Я не рассказал ей ничего — как и она ни слова не сказала мне о своем народе. Мы видимся раз в несколько месяцев, всего на несколько драгоценных часов. Только так мы и можем жить, пока... пока все не кончится. Прошу вас, милорд, не лишайте меня своего доверия из-за Сайред. Она не причинит вам зла.

Эндрю, не мигая, смотрел на Мику, пока тот говорил. Потом взгляд его скользнул в сторону коттеджа. Неожиданно Эндрю двинулся туда, вынудив Мику снова бежать следом.

Сайред ждала внутри, уложив уже свои сумки. Она развела в очаге жаркий огонь, чтобы просушить помещение после нескольких месяцев зимнего запустения. На этот раз Эндрю не стал беспокоиться о формальностях. Он просто подошел к ней. В глазах Сайред была настороженность, но на Мику она не взглянула. Он мог только стоять рядом и следить за тем, что происходит.

— Вы малахи, не так ли?

— Да. Как вы узнали?