Полет черного орла - Якоби Кейт - Страница 22

— Ему скажут, что я отправилась проведать тебя. Ты заболела, и я приехала, чтобы выхаживать тебя. — Дженн продолжала смотреть на темнеющее небо. Он уже должен быть в лесу, должен ее ждать. Она могла бы найти его колдовским зрением, но в этом не было необходимости. Дженн и так знала, что он там.

— Но ты не спросила позволения Ичерна! — настаивала Белла. — Он явится прямо сюда, чтобы тебя забрать.

Дженн слегка покачала головой:

— Нет. — Откуда она знала? Да ведь Ичерн трус, какими обычно бывают грубияны, и почему-то до смерти боится Беллы. Нет, сюда он не явится. Он оставит все как есть и займется своими делами.

Ичерну ведь неизвестно, что Белла ничего не знает об избиениях…

Белла топнула ногой и схватила Дженн за руку, заставив ту отвернуться от окна и посмотреть на нее.

— Я просто не позволю тебе уехать, Дженн. И уж подавно не с Робертом. Не забывай: я знаю, что он собой представляет. Я каждый день вспоминаю, чего нам стоили его действия. Мне достаточно взглянуть на моего бедного Лоренса, чтобы удостовериться: Роберт Дуглас — это несчастье. Ты не должна снова с ним связываться. Я этого не допущу.

Дженн взяла сестру за руки.

— Если со мной что-нибудь случится, ты должна будешь действовать быстро. Я хочу, чтобы ты забрала Эндрю. Ты не должна ни при каких обстоятельствах оставлять его на попечении Ичерна. Забери к себе и отца Джона. Обещай мне, что ты все сделаешь!

Белла подняла глаза к небу.

— Ты просто не желаешь ничего слушать! Дженн выпустила ее руки и двинулась к дверям.

— Я вернусь не позже чем через три недели. Я написала письма Ичерну, и ты должна отправлять их каждую неделю.

Есть и еще одно письмо — на случай, если что-то случится и я не вернусь. Там говорится, что ты ничего не знала о моей затее.

— Но я и в самом деле ничего не знаю!

— Мне нужно переодеться. Я еще увижу тебя до отъезда.

Роберт ждал на опушке леса к югу от дома, под огромной старой елью. Оттуда, где он находился, здание было видно как на ладони. В дюжине окон виднелся свет, у ворот горело четыре ярких факела. Выйдет ли она через парадную дверь или же в доме есть еще какой-то выход?

Роберт неподвижно сидел на бревне, прислонившись спиной к стволу ели. Прошли те дни, когда он нетерпеливо расхаживал туда-сюда, снова и снова задавая себе вопрос: почему она передумала? Холодный ветер шевелил голые ветви деревьев, конь толкал носом хозяина, надеясь, что тот не заставит его долго ждать в такую морозную ночь.

Она скоро придет, и ему снова предстоит прятать от нее свои чувства. Такое поведение казалось ужасным предательством после того, что он сказал ей при расставании, но разве был у Роберта другой выход? Что хорошего принесет ей постоянное напоминание о том, чем они никогда не смогут стать?

Он все еще ее любит и всегда будет любить, однако все переменилось, и рассчитывать на ее преданность он больше не может. Да и раньше едва ли такое право у него было…

Прибегнет ли она к колдовскому зрению, чтобы точно определить место, где он ждет? Скорее всего нет: ее способности к поиску всегда были невелики. Роберт не мог заставить себя прибегнуть к магической силе, чтобы найти Дженн. Даже будь ночь в тысячу раз темнее, он все равно ее увидит.

Так и случилось. Дженн появилась не со стороны ворот, а с противоположной стороны здания. Она двигалась бесшумно, ведя под уздцы коня, а другой рукой приподнимая юбку. Только оказавшись скрытой большим дубом, она остановилась и взглянула на Роберта.

— Ты пришла, — выдохнул он.

— Да.

Больше, казалось, говорить не о чем; Роберт вскочил в седло и натянул поводья.

— Нам недолго ехать — тут совсем близко.

Так много времени прошло с тех пор, когда Дженн ездила по лесу в темноте… И еще этот ужасный холод! Дженн надела теплый жилет поверх платья и выбрала самый плотный, подбитый мехом плащ, и все равно она ежилась. Приходилось все время сгибать пальцы, чтобы не дать им окоченеть, и по возможности шевелить ногами, но особого эффекта это не давало. Еще час или около того, и она совсем лишится сил от холода.

Хорошее же начало путешествия в обществе Роберта!

Он молчал и просто ехал вперед, даже не глядя в ее сторону. Теперь, без накладной бороды и нищенской одежды, он, конечно, выглядел по-иному, чем в церкви. В первые мгновения их встречи Дженн охватило странное чувство: будто не было этих бесконечных лет разлуки, будто они продолжают свое долгое путешествие, которое никогда и не кончалось. Однако сейчас была зима, на земле лежал снег, клубы пара окутывали морды лошадей, и холод пронизывал все ее тело, добираясь даже до души…

Нет, время все-таки многое изменило. С этим ничего не поделаешь.

Они ехали не так уж долго, хотя временами Дженн казалось, будто прошла целая вечность. Наконец впереди послышались какие-то звуки: голоса, веселые и дружелюбные. Роберт продолжал хранить молчание, так что Дженн пришлось ждать, пока между деревьями не стал виден свет костров. Двух… нет, даже трех костров и еще нескольких фонарей.

Они остановились на опушке; на небольшой поляне перед ними стояли два ярко раскрашенных фургона. Рядом жевали сено привязанные к деревьям кони, а справа виднелось что-то вроде большой палатки. На расположенных треугольником кострах в котлах что-то варилось, вокруг них собралось десятков пять людей; все они говорили одновременно, смеялись, пели. Когда Роберт спешился, какой-то человек приветливо помахал ему рукой, приглашая поближе к огню.

Дженн не торопилась слезать с коня.

— Что это такое?

— Удобное прикрытие, — шепотом ответил Роберт. — Цыгане едут в ту же сторону, что и мы. Мы будем двигаться немного медленнее, но зато с большими удобствами и в гораздо большей безопасности.

— Насколько медленнее?

— На дорогу уйдет дня на два больше, только и всего. — Роберт взялся за повод лошади Дженн, чтобы помочь ей спешиться. — Так на самом деле безопаснее. — Дженн все еще не могла решиться подойти к кострам, распространяющим благословенное тепло. — Что-нибудь не так?

— Я могла бы задать тебе тот же вопрос. — Дженн поправила платье и запахнулась в плащ. Внезапно остатки умиротворенности исчезли, и она обнаружила, что не в силах взглянуть на Роберта.

— Тебе еще не поздно изменить свое решение, — ровным голосом сказал тот. — Я отвезу тебя обратно, если хочешь.

Дженн смотрела на гостеприимный огонь костров, пытаясь взять себя в руки, найти какую-то опору, что-то, чему можно было бы доверять. Что-то, чего не изменит время…

— Зачем тебе нужно попасть в Анклав?

— Я… я не могу тебе этого сказать.

— Почему?

— Так безопаснее.

— Безопаснее для кого? — Когда Роберт не ответил, Дженн повернулась и посмотрела на него. Она успела забыть, как он высок, каким сильным кажется. В его глазах она по-прежнему ничего не могла прочесть, ничего такого, что было ей необходимо…

Было время, когда он все рассказал бы ей, поделился бы своими мыслями, опасениями, планами. Да, многое изменилось. Дженн попыталась проглотить комок в горле.

— Ты не доверяешь мне, да? Роберт со вздохом сделал шаг к ней.

— Тут дело не в доверии, уверяю тебя…

— Не нужно меня ни в чем уверять.

Роберт удивленно моргнул, потом склонил голову.

— Я расскажу тебе все, когда мы доберемся до Анклава. Не раньше.

Так он и в самом деле ей не доверяет. Почему? Просто потому, что больше не любит? Разве это достаточная причина? Или… Может быть, он узнал о ее дружбе с тем гильдийцем? Может быть, отец Джон сообщил Мердоку, а Мердок — Роберту?

О, милосердные боги!

Отец Джон предал ее просто потому, что Нэш…

Дженн подавила гнев и отвернулась от Роберта, чувствуя, что не в силах думать ясно, и не решаясь продолжать разговор.

— Хорошо. Ничего мне не говори. На самом деле мне все равно. Я участвую в этой затее не ради тебя, а по своим собственным соображениям. Не знаю, сколько времени займет дорога, но я хочу как можно меньше общаться с тобой. Ты понял?