Возвращение изгнанника - Якоби Кейт - Страница 107

14

— Что ж, Дженни, должен сказать, что пока все очень спокойно, — улыбнулся Лоренс, сопровождая девушку на прогулке по тенистому саду. — Возможно, опасения Беллы все же окажутся необоснованными.

— Возможно, — рассеянно ответила Дженн, оглядываясь на других гуляющих. Может быть, Аоренсу жизнь в Марсэе и казалась спокойной, но за две недели, проведенные в столице, девушка стала находить, что дворец похож на улей: иногда бурная деятельность была хорошо заметна, иногда — почти невидима, но не прекращалась ни на минуту. Например, весь двор, за исключением самой королевы, с интересом следил, чем кончится нежный роман: вдовствующая герцогиня Койли не давала согласия на брак своего сына с одной из фрейлин королевы, и влюбленным приходилось встречаться тайком. Придворные с увлечением обменивались сплетнями: стоило Дженн решить, будто она услышала самую последнюю, как ей сообщали следующую. Она не любила подслушивать, но, живя в замке, трудно было не соприкасаться с паутиной интриг. Лоренс оказался лучшим провожатым, чем Белла. Он был добродушен и общителен, а также знаком почти со всеми при дворе. Раньше он много времени проводил в столице и поддерживал знакомство со многими аристократами. Сопровождая Дженн, он выказывал ей рыцарское почтение, словно королеве, и иногда они с девушкой весело смеялись над его галантностью. Только благодаря Лоренсу Дженн смогла вынести первые дни в столице, особенно после того, как стало известно о несчастье с дядей Роберта. Дженн хотелось сбежать из королевского замка, кинуться в Данлорн, но что она могла сделать? Роберт лишился любимого дяди, и ничто не могло этого изменить.

Лоренс подвел девушку к уединенной скамье у пруда; неподалеку Дженн заметила королеву, окруженную дамами, но, как и все при дворе, та едва взглянула на Дженн. Рядом с Розалиндой сидел какой-то разряженный придворный, и они, казалось, были увлечены разговором; однако Дженн была слишком далеко от них, чтобы что-нибудь услышать.

На второй день по прибытии она была официально представлена королеве. Розалинда милостиво приветствовала ее, но больше ничего не сказала. Дженн порадовалась, что ей удалось так легко отделаться: девушка не представляла себе, о чем могла бы беседовать с королевой. Селара она почти не видела — лишь однажды он прошел через зал, где она находилась. Высокий светловолосый мужчина не обратил на нее внимания, но это совсем не успокоило Дженн.

Помолчав, Лоренс тихо сказал:

— Я хотел бы поговорить с вами о Белле и в первую очередь просить вас проявить терпение.

Дженн искоса посмотрела на него:

— Что заставляет вас думать, будто я его не проявляю?

— О, на самом деле ничего. — Лоренс заговорщицки улыбнулся. — Просто иногда вас выдает выражение лица. Когда вы только приехали в Элайту, я никогда не мог догадаться, о чем вы думаете. Теперь это гораздо легче.

— Я постараюсь, — прошептала Дженн, опуская голову, — только терпение чаще всего дается мне с трудом.

— Ох, только не примите мои слова за осуждение, Дженни. — Лоренс похлопал ее по руке. — Я просто хотел вам посоветовать дать Белле время привыкнуть… Ваше неожиданное появление произвело в ее жизни огромные перемены.

— Я знаю, Лоренс, — кивнула Дженн. — Обещаю — я буду стараться.

— Вот и хорошо, — улыбнулся Лоренс и тут же застыл, глядя куда-то за спину Дженн. Тоном заговорщика он шепнул: — Дженни, дорогая, приготовьтесь сделать свой лучший реверанс. Мне кажется, король собрался наконец сделать свой ход.

Глаза Дженн широко раскрылись, но она достаточно владела собой, чтобы не обернуться. Девушка решила делать то же, что и Лоренс: когда он встал, встала и она, когда он поклонился, присела в низком реверансе. Помня поучения Беллы, в этой позе она и. осталась, не поднимая глаз выше украшенных серебряными пряжками серых сапог. Затем повелительный и слегка насмешливый голос велел ей подняться.

— Так это и есть дочка Якоба! Встаньте, дитя, и дайте мне вас рассмотреть.

Дженн позволила себе поднять глаза достаточно, чтобы заметить украшенную изумрудами цепь на шее короля. Ее сердце отчаянно колотилось, она не смела сказать ни слова.

— Да. Вы выглядите как настоящая Росс, — сказал король и нетерпеливо добавил: — О, да перестаньте вы скромничать и смотрите мне в глаза!

Дженн лишь смутно осознавала, что рядом с ней стоит Лоренс, а за спиной короля толпятся придворные. Она подняла глаза и посмотрела на Селара, отчаянно стараясь унять сердцебиение.

Он выглядел не совсем так, как она ожидала. Король оказался старше, выше и дороднее, прищуренные серые глаза смотрели из-под светлых бровей, сведенных к переносице, словно в глубокой задумчивости. У Селара был орлиный нос и тонкие губы, кривившиеся то ли в улыбке, то ли в недовольной гримасе — Дженн не могла разобраться. Мелодичный голос короля звучал тихо, как будто тот не сомневался, что его услышат в любом случае. Держался Селар как человек, привыкший к власти и знающий, как ее использовать.

Так вот каков самый близкий друг Роберта — по крайней мере человек, который был ему другом.

— Я рад, что вы смогли принять мое приглашение, — снова заговорил король. — Я подумал, что вам, выросшей в таких странных условиях, может быть приятно провести весну в Марсэе.

Дженн заметила, что Селар сделал паузу, и поняла, что от нее ожидают ответа. Она открыла рот и с трудом произнесла:

— Да, благодарю вас, сир. Король слегка наклонился к девушке.

— Думаю, для вашего отца оказалось полной неожиданностью, когда после всех этих лет вы появились живая и невредимая. Вам, должно быть, многое пришлось ему рассказать.

— Да, сир.

— Нравится вам наш прекрасный город?

Дженн судорожно сглотнула: в горле у нее пересохло.

— Да, сир.

Селар выпрямился, на его лице продолжала играть мрачная улыбка.

— Что ж, надеюсь, вам и впредь будет доставлять удовольствие пребывание во дворце, миледи, а нам тем временем даже, может быть, удастся найти вам супруга. Я уверен, ваш отец не станет возражать. — Король повернулся к стоящему слева от него человеку. — Напомните мне, чтобы я этим занялся, Нэш.