Возвращение изгнанника - Якоби Кейт - Страница 2

ПРОЛОГ

На берегу небольшой бухты у подножия скал на южном побережье Люсары старик ждал, когда же появится условный сигнал. Ночь была темной и ненастной, выл ветер, дождь хлестал в спину съежившемуся человеку так, что шерстяной плащ промок насквозь. Старик сунул руки под мышки и притопывал ногами, чтобы хоть немного согреться, и продолжал всматриваться вдаль. Его взгляд перебегал со скал на дальнем берегу на чернильно-черную воду, но море оставалось пустынным, и лишь изредка белые барашки волн ловили отблеск луны, мелькавшей в разрывах клубящихся на небе туч.

Хотя рыбачья деревушка Ааран располагалась меньше чем в полулиге отсюда, утесы скрывали бухточку от любопытных взглядов и немного защищали от порывов ветра. Впрочем, опасность свалиться в темноте с крутой тропы не помешала бы береговой страже явиться сюда с дозором — даже в такую ночь. Стражники уже побывали в бухте, когда еще только начинало темнеть; тогда они не заметили старика, но ведь они вернутся. А стоит им появиться…

— Дьявол тебя побери, Данлорн! Клянусь всеми богами, надеюсь, ты уже недалеко! — прошипел старик, поглубже надвигая капюшон плаща, и неожиданно захихикал. — Ну, Долзи Керр, старый ты дурак, ты уж и разговаривать сам с собой начал! Надо же, что за времена настали!

Старик, прищурившись, снова оглядел скалы. Лунного света как раз хватало, чтобы удостовериться: на берегу он совсем один. Даже чайки попрятались. Дозора тоже не было видно.

Старик всмотрелся в океанскую даль. Пучина была черна, как адская пропасть, и лишь сами боги могли бы сказать, какие демоны там обитают. Однако вдруг в непроглядной тьме мелькнул единственный одинокий огонек. Слабый желтый луч фонаря с трудом пробивался сквозь завесу дождя.

Не задумываясь, Долзи кинулся вперед из-под защиты утеса, спотыкаясь и скользя на камнях. Вскоре его взгляд нашел еще более темный, чем сама чернота ночи, силуэт. Лодка.

Нос суденышка заскрежетал по гальке, и старик ухватился за борт. В лодке было пять или шесть человек, один из них выскочил на берег, чтобы вместе с Долзи удержать ее на месте. Громкий голос перекрыл вой ветра:

— Прости, что заставили тебя ждать здесь в такую погоду! Мы давно уже были бы на месте, если бы капитан корабля не перепутал бухты.

Долзи узнал голос. Поддавшись мимолетной панике, он снова оглянулся на отделяющие заливчик от деревни скалы. Если дозор появится сейчас, все пропало.

Кто-то выпрыгнул из лодки на гальку рядом со стариком, и тот заметил радостную улыбку на молодом лице. Мика Маклин. Однако Долзи было не до приветствий. Он смотрел на лодку, из которой на берег выпрыгнул второй человек. Аицо его было скрыто капюшоном черного плаща, который, казалось, даже штормовой ветер был не в силах всколыхнуть. Долзи знал, что должен теперь показать вновь прибывшим дорогу в пещеру — лодка уже отчалила, раздался размеренный плеск весел, — но все еще не мог оторвать глаз от этого второго человека. Надежда и радость захлестнули старика, однако где-то на дне души холодным грузом лежали недобрые предчувствия.

Потом он услышал тихий ясный голос, который не могла заглушить буря, — одновременно приветливый и властный:

— Вперед, старый друг. Пошли.

В этот момент налетевший с другой стороны порыв ветра слегка откинул капюшон плаща, и Долзи увидел худое обветренное лицо.

Все-таки он вернулся. После трех лет добровольного изгнания Роберт Дуглас, граф Данлорн, наконец вернулся в Люсару.

Долзи повел прибывших по пляжу к скалам с восточной стороны бухты, к пещере, которую он высмотрел еще много лет назад и которой не раз пользовался. Старик заранее приготовил там ужин и разжег жаровню. Маклин бросил на пол мешки, которые нес, и стал греть руки у огня, но Данлорн остался снаружи, повернувшись спиной к пещере и подняв лицо к небу.

Долзи смотрел на него, защищенный от дождя и ветра каменным навесом, и не знал, что предпринять. Потом к нему присоединился молодой Маклин. Вытирая воду с лица и мокрых рыжих кудрей грубым домотканым полотенцем, парень шепнул:

— Не тревожься о нем. Просто… Ну, понимаешь, он ведь не думал, что ему когда-нибудь удастся вернуться.

Долзи медленно покачал головой.

— И он не один так полагал. Что скажет король? А Гильдия? Ведь проктор все еще жаждет крови твоего господина. Уж не думает ли Данлорн, что ему будут рады при дворе? Что он сможет вновь занять свое почетное место? Гильдия начнет травить графа сразу, как только узнает о его возвращении. И должен вас предостеречь: разговоры о смерти его супруги все еще продолжаются. Клянусь богами, Мика, — Долзи повернулся и взглянул в лицо молодому собеседнику, — Данлорн ведь прямо обвинил Гильдию перед королем, за что и поплатился местом в совете. Но кое-кто при дворе все еще шепчется, что поспешный отъезд графа наверняка связан со странными обстоятельствами смерти миледи. Скажи мне, друг, уж не слеп ли Данлорн?

Маклин удивленно поднял брови. Пригладив мозолистыми руками волосы, парень пожал плечами и ответил:

— Господин на многое смотрит по-своему, но он не слеп. Он не хочет больше иметь дела ни со двором, ни с Гильдией и полагает, что они оставят его в покое. Что до леди Береники… Ты же знаешь господина и знаешь, что в тех слухах нет ни капли правды.

Нахмурившись, старик только крякнул в ответ. Он все еще беспокоился и еще раз внимательно оглядел скалы — ведь Данлорн стоял так, что, появись дозор, его бы сразу заметили.

— Это безумие… — прошипел он, потом добавил громко, чтобы перекричать бурю: — Войдите внутрь, милорд! Стражники могут вернуться в любой момент.

Данлорн медленно повернулся; лица его не было видно. Потом он вошел в пещеру, откинул капюшон и сбросил плащ.

Граф изменился, без удивления отметил Долзи. Он все еще был молод — ему недавно исполнилось двадцать восемь, — но иногда трудно было поверить, что это так. Темные волосы до плеч, взлохмаченные ветром, прямой нос, полные губы и решительный подбородок… Данлорн слегка улыбнулся, но улыбка не отразилась в холодных зеленых глазах, внимательно смотревших на Долзи. Старик невольно поежился под этим взглядом. Уж то, как смотрит на человека легендарный граф, забыть было невозможно.