Возвращение изгнанника - Якоби Кейт - Страница 32

Однако ведь ничего подобного давно не существует. Так учит история. Как может то, что считалось фактом на протяжении пяти столетий, оказаться ложью? Ох, Роберт был так спокоен, когда рассказывал… да еще и вытащил этот свой дурацкий аярн! Ведь он чуть не убил их обоих!

И вот теперь она едет с ними, едет с колдунами, которых разыскивает Гильдия. Гильдийцы, конечно, чудовища… Но куда везет ее Роберт? На встречу с другими колдунами? Отпустят ли они ее потом?

Нет. Не отпустят. Раз их теперь так мало, они наверняка захотят удержать у себя любого, кто обладает силой. Она станет пленницей. Пленницей колдунов. Пленницей злодеев, на которых охотится Гильдия.

Но еще не поздно. Если выбрать подходящий момент, еще можно ускользнуть. Если только удастся найти обратную дорогу через горы, она станет свободна. Но нужно не медлить, иначе они заедут слишком далеко…

Дженн огляделась. Лошади двигались по узкому уступу, извивающемуся по склону горы. Все утро рядом с ней ехал Мика. Конечно, призналась себе девушка, к нему невозможно не питать симпатии. Веснушчатое лицо парня и бесхитростные голубые глаза не выражали ничего, кроме теплоты и заботы. Словно чувствуя ее беспокойство, Мика все время старался быть рядом, старался утешить. Однако, как ни скрывал он боль, его раны, должно быть, давали о себе знать. С другой стороны, из этого ведь можно извлечь пользу… Мика не сразу заметит, если она отстанет, а остальные едут впереди: Марта поддерживает в седле Арли, а Роберт высматривает дорогу.

Едва позволяя себе надеяться на успех этой уловки, Дженн придержала лошадь, и остальные скрылись за поворотом тропы. Она остановила коня и подождала, потом с улыбкой двинулась обратно. Ехать приходилось медленно и осторожно. Еще немножко, миновать этот гранитный утес…

Мост.

Единственная дорога на равнину пересекает то ущелье… или все же есть другая тропа? Дженн снова остановила коня и принялась вспоминать каждый поворот, который они сделали, покинув хижину. Да, другая тропа была, тропа, которая приведет ее к подножию гор.

Когда Дженн нашла нужный поворот, она чуть не рассмеялась от радости. Спуск по склону был крутым, но теперь ее уже не поймать — даже если они вернутся, искать ее будут на другой тропе. Туман все так же тянул свои щупальца к Дженн, но теперь он стал другом, скрывая ее от преследователей. Девушка не могла разглядеть тропу впереди, и только огромные скалы выступали иногда из влажной мути, словно часовые, охраняющие ее путь.

Потом неожиданно тропа исчезла, но Дженн видела, где она продолжается дальше по склону. Придержав коня, девушка увидела перед собой обрыв, уходящий так далеко вниз, что дна невозможно было разглядеть. Как хорошо, что она была внимательна… Дженн направила коня по склону туда, где тропа продолжалась, и уже считала себя в безопасности, когда лошадь рванулась в сторону: камни начали скользить из-под копыт. Дженн ахнула и вцепилась в поводья, но лошадь снова споткнулась. Вниз по склону покатились камни; лошадь в панике взвилась на дыбы, и Дженн вылетела из седла.

Лошадь с испуганным ржанием снова шарахнулась; Дженн попыталась поймать поводья, но неустойчивые камни затрудняли любое движение. Теперь уже вниз скользил целый пласт, срываясь в пропасть, и бедное животное не удержалось на ногах. С отчаянным визгом лошадь скатилась к краю и исчезла из виду.

Дженн зажмурилась и попыталась не прислушиваться к звуку падения. Глухой удар, раздавшийся через несколько секунд, пришелся, казалось, прямо ей в сердце. Как могла она быть столь глупа, столь неосторожна! Она так погрузилась в свои проблемы, что всего за полчаса умудрилась убить несчастного коня — и таким ужасным образом! Где же ее так называемая колдовская сила? Разве удалось ей спасти лошадь? Нет!

Девушка мгновение лежала неподвижно, не испытывая даже ненависти к себе. Потом она, вздохнув, попыталась выбраться на тропу. Теперь уже ничего не оставалось, кроме как продолжать путь пешком. Дженн поднялась на ноги, цепляясь за камни. Но стоило ей сделать шаг вперед, как камни начали скользить снова. Дженн споткнулась и упала на колени. Нужно выбираться отсюда, пока оползень не увлек ее в бездну…

Ужас сковал тело, сердце громко колотилось. Дженн снова поднялась на ноги и медленно повернулась, но, как только ее нога коснулась предательского камня, потеряла равновесие и растянулась в полный рост. Девушка пыталась ухватиться хоть за что-нибудь, но теперь, казалось, двигался весь склон горы, увлекая ее к обрыву. Вот уже лишь несколько футов отделяют ее от края… Дженн завизжала.

И в этот момент кто-то ухватил ее за руку. Дженн перестала скользить и могла только ловить ртом воздух, слушая, как камни с грохотом срываются в пропасть.

— Не двигайтесь!

Это был Финлей. Он успел ее удержать. Дженн попыталась оглянуться. Финлей растянулся на животе, его сильная рука не давала ей упасть. В другой руке он держал аярн. Позади Финлея на безопасной тропе виднелись какие-то тени — лошади, люди…

— Я сказал — не двигайтесь! Вытащить вас не так легко! Постепенно камни вокруг перестали скользить.

— Так, теперь упритесь ногами — под вами сплошная скала. Поскорее, я не удержу вас долго.

Дженн нащупала опору, и на этот раз камни выдержали ее вес. Запустив пальцы свободной руки в трещину, она подтянулась, потом с помощью Финлея отползла от края обрыва. Острые камни царапали ее руки и ноги, но Дженн этого почти не замечала. Дюйм за дюймом продвигалась она к тропе, не осмеливаясь оглянуться.

— Не останавливайтесь! Еще немного!

Наконец Дженн на четвереньках выползла на тропу. Финлей уселся с ней рядом, ему не сразу удалось отдышаться. Дженн опустила голову, тоже ловя ртом воздух и стараясь не расплакаться. Ее руки тряслись, но неожиданно кто-то обнял ее за плечи и принялся бормотать какие-то успокоительные слова. Это был Мика. Дженн повернулась и спрятала лицо у него на груди. Свобода или смерть. Похоже, у нее теперь не осталось выбора.

— Сами понимаете — вы сделали изрядную глупость. Дженн повернулась в седле и попыталась разглядеть выражение лица Мики. Он не сердился на нее — просто сообщил очевидную вещь. Уже не первый час они ехали на одной лошади, и все это время Мика молчал. Впрочем, молчала и Дженн.