ЦРУ против СССР - Яковлев Николай Николаевич - Страница 103

103

Эти и многие другие «подвиги» ФБР на фронте борьбы с инакомыслящими всплыли во время скандалов, связанных с Уотергейтом, и расследований в конгрессе. Конечно, стала известной только ничтожная часть происходившего. Героев «Коинтелпро» пожурили, обругали в газетах. Придали заметной гласности покаяния функционеров типа Салливана, который писал: «Что касается законности, морали или этики, то о них (в ФБР) не заботился ни я, ни другие. На мой взгляд, это говорит – на государственной службе мы были аморальны. Там, конечно, я говорю не обо всех, аморальна сама атмосфера» [386].

Конечно, конечно! – скороговоркой припомнили посвященные. Вот ведь как бывало, и очень давно, причем виноват Гувер. Еще при Рузвельте весельчак министр юстиции Ф. Биддл имел обыкновение, проходя по коридору мимо кабинета Гувера, спрашивать оглушительным голосом любого шедшего с ним рядом: «Как ты думаешь, Гувер гомосексуалист?». Спрошенный приседал от ужаса, а шутник Биддл орал: «Я хочу только сказать – он потенциальный гомосексуалист!» Почти все свое состояние – 551 тысячу долларов – Гувер завещал сердечному другу и заместителю по ФБР К. Толсону, который въехал в его дом и прожил в нем три года до своей смерти в 1975 году [387].

Реабилитация ФБР не замедлила. Вот как это происходило. До этих скандалов летописец ФБР Д. Уайтхед в книге под претенциозным названием «История ФБР. Отчет народу» незатейливо писал: «История ФБР в сущности история самой Америки и борьбы за идеал». Во главе ФБР «два холостяка – Гувер и Толсон. Они с годами настолько сблизились, друг с другом, что знающие их говорят – они вместе думают». В предисловии к книге Гувер объявил: «ФБР – в высшей степени гуманная организация, всегда в центре жизни в Америке как духовно, так и физически. Наши агенты всегда рядом с тобой, читатель, как твой телефон. Ты можешь полагаться на них днем или ночью, в дни отдыха и праздники» [388].

Если Д. Уайтхеду потребовалось примерно 350 страниц для рассчитанного на простаков восхваления ФБР, то в 1975 году нанятый новым руководством организации журналист С. Унгар разразился книгой «ФБР» почти в 700 страниц. Под его пером предстало ФБР много сложнее, чем у Д. Уайтхеда, занятое весьма полезным для США делом. А как насчет скандалов? Унгар сокрушался, что Гувер подкачал. Оказалось, что Гувер прикарманил гонорар за книгу «Как бороться с коммунизмом», которая была не им написана. С благословения президента Л. Джонсона продал за большие деньги право на экранизацию ее для телевидения и т. д. «Ясно, – промямлил Унгар, – что сам директор не поднялся до суровых критериев честности, которой он требовал от других. В ФБР сурово наказывали сотрудника, взявшего без разрешения служебный автомобиль на вечер. Как примирить это с тем, что у самого директора было пять бронированных автомобилей стоимостью до 30 тысяч долларов каждый – два в Вашингтоне и по одному в Лос-Анджелесе, Нью Йорке и Майами. Он регулярно использовал их для личных нужд, например, посещения скачек, отпусков с Толсоном. Его отпуска во Флориде или Южной Каролине именовалась „инспекционными поездками“, что означало – Гувер раз-другой заедет в местное отделение ФБР пожать руки. Этого было достаточно, чтобы отпуска оплачивало государство». Выяснилось, что вместе с Толсоном Гувер пользовался гостеприимством миллионеров: «счет за приемы и угощения на многие тысячи долларов никогда не представлялись Гуверу и Толсону» [389]. Если еще учесть страсть Гувера получать «подарки», то вывод однозначен – взяточник и казнокрад.

Директор ФБР К. Келли, благословивший книгу Унгара, в 1976 году выступил с речью, в которой признал, в прошлом у ведомства бывали злоупотребления, о которых «искренно сожалеют». Все дело в том, внушал Келли, что Гувер занимал уникальное положение. «Никто не должен служить директором более десяти лет. Ни один директор ФБР не должен закрывать глаза на нарушения свобод народа». Вообще, расфилософствовался Келли, под громы и молнии общественной критики ФБР спустилось с Олимпа. Оказалось, что мы простые смертные, со всеми человеческими недостатками, и мы всегда ими были» [390].

Были даны обещания, что отныне ФБР будет соблюдать законы. Уже в 1975 году окружной федеральный судья, например, постановил: пусть ФБР уберет своих информаторов с предстоящего съезда Социалистической рабочей партии. ФБР обжаловало решение в Верховном суде – если выполнить решение, тогда на съезде будут отсутствовать многие руководители партии, что не пройдет незамеченным [391].

Что бы там ни говорил Келли, скалой стоит ФБР. Массивное здание ФБР на Пенсильвания-авеню в Вашингтоне в два раза больше здания министерства юстиции, частью которого оно является. ФБР занимает самое дорогостоящее здание, построенное на государственные средства. Оно обошлось в 126 миллионов долларов. (Пентагон стоит 86 миллионов, а штаб-квартира ЦРУ – 46 миллионов долларов.) Его обширный двор 30 сентября 1975 года идеально подошел для внушительной церемонии, дабы очистить лик Э. Гувера. В тот день там собрались 7000 рудников ФБР и тысячи зрителей. Оркестр морской пехоты грянул недавно написанный «Марш Эдгара Гувера», под его бравурные звуки во двор вступил президент к. Форд. Он шел спортивной походкой, печатая шаг. А почему нет? При жизни Гувера восемь президентов маршировали в такт музыке ФБР. Форд не нарушил традиции, хотя Гувера уже не было в живых.

Обратившись к собравшимся, Дж. Форд восхвалил преданного «государственного деятеля» Эдгара Гувера и воспользовался случаем напомнить: ФБР посвящает свои усилия поддержанию «правления закона в Америке», слова президента собравшиеся выслушали с подобающим вниманием.

А за словами последовали дела, пошло укрепление ФБР по всем линиям. В президентство Картера политический сыск набирал силы, а с воцарением Р. Рейгана в Белом доме шпики ФБР получили свободу, которой вероятно, никогда не пользовались. Уже в ноябре года директор ФБР потребовал в сенатском комитете полного засекречивания важнейших «расследований», которое ведет ведомство [392]. Снова и снова в массовых средствах информации американцев убеждают: скрытность – залог-де грядущих успехов ФБР. В общем, нужно поменьше спрашивать, в ФБР-де знают лучше. А что знают?

В журнале «Пэрейд» в очередной статье о ФБР в феврале 1983 года проскользнуло: «На следующий год ФБР исполнится 75 лет, но до сих пор оно не имеет хартии» [393]. Власть предержащие в США, разумеется, не заинтересованы хотя бы в формальном определении функций ФБР. По очень понятной причине: в выдающейся «демократии» ничто не должно связывать руки политическому сыску. 7 марта 1983 года министр юстиции У. Смит ввел в действие «новые директивы в ведении расследовании ФБР». Отныне поводом для «расследования» может оказаться несогласие со строем, существующим в США, или протест против социальных несправедливостей. На «подозрительного» будет спущена свора тайных агентов и провокаторов ФБР. «Нью-Йорк таймс» без особых эмоций отметила в марте 1983 года в статье под заголовком «Дух Гувера витает над ФБР», что в 1984 году впервые официальный бюджет ФБР перевалит за миллиард долларов. И еще добавила: «Большинство членов конгресса не хотят антагонизировать ФБР». Как говорит конгрессмен Д. Эдвардс, «ФБР много сильнее всех нас в конгрессе, когда оно чего-нибудь добивается» [394]. А Эдвардс – председатель подкомитета по гражданским и конституционным правам палаты представителей, которому вверен контроль над ФБР! Вот такая картина – застыли, как кролики перед питоном, избранные представители американского народа!

вернуться

386

M. Mintz. J. Соhen. Power, Inc., p. 473.

вернуться

387

D. Wise. The American Police State, pp. 277 – 278, 283.

вернуться

388

D. Whitehead. The FBI Story, pp. 323, 120, 3.

вернуться

389

S. Ungar. FBI, Boston, 1975, pp. 271 – 273.

вернуться

390

Kelley Says FBI Is «Truly Sorry» For Past Abuses. «Washington Post», May 9, 1976.

вернуться

391

M. Halperin, Y. Berman, R. Borosage, Ch. Marwich. The Lawless State…, p. 122.

вернуться

392

«The New York Times», November 13, 1981.

вернуться

393

«Parade», February 27, 1983, p. 6.

вернуться

394

«The New York Times», March 23, 1983.