Путь палача - Якубова Алия Мирфаисовна - Страница 37

Королева вздохнула, но все же ответила:

— Дело в том, что я беспокоюсь о вашем будущем.

— Зачем о нем беспокоиться? — пожала плечами Милена.

— Оно ведь уже определено, — вторила ей Селена.

— Не совсем. Возможно вы просто еще не понимаете некоторых вещей. Да, вы стали вампирами, и очень сильными. Через год или два вы достигнете ранга магистра. Вы любите друг друга, и это замечательно, но… одной любви может оказаться недостаточно для вечной жизни. Недостаточно, чтобы противостоять самому страшному нашему врагу — времени.

— Что ты имеешь в виду? — насторожено спросили сестры.

— Мне кажется, что после того, как вы осуществили свою месть, вы стали замыкаться в себе, отгораживаться от всего остального мира. Я не хочу, чтобы вы ушли в себя настолько, что реальный мир перестал бы для вас существовать.

— Но мы такие, какие мы есть, — тихо возразила Селена, по обыкновению сжав руку сестры. — Мы больше не можем быть простыми знахарками, так как теперь слишком хорошо видим темную сторону людей. Милосердие прощение, похоже, угасли в нас. Осталось лишь чувство справедливости и возмездия.

— Словно нашей матерью была Немезида Немезида — в древнегреческой мифологии богиня возмездия., — усмехнулась Милена, но усмешка вышла не слишком радостной.

Этой своей речью сестры считай ответили на невысказанный вопрос Менестрес, чем еще больше убедили ее в правильности выбранного пути. Поэтому она продолжила:

— Значит, вы внутренне готовы стать ее воплощением.

— Кого? — спросили сестры едва ли не хором.

— Воплощением Немезиды, — повторила Менестрес, отходя чуть в сторону, словно отгораживаясь. — Я хочу вам кое-что рассказать. Вы уже знаете, что у нас есть законы. Единые для всех. Но есть такие, кто их нарушают. А нарушители должны быть наказаны, иначе мы больше не сможем скрывать наше существование, и наша жизнь превратиться в хаос.

За попрание некоторых наших законов Совет выносит смертный приговор. Но само наказание может осуществляться несколькими путями: на преступника может начаться охота — оповещаются вампиры всего мира, и каждый охотиться за ним. Но подобное используется чрезвычайно редко. Поэтому есть и другой путь.

Совет избирает достойного, который становится исполнителем его воли — Мечом Правосудия. Именно этот вампир исполняет приговоры.

— Палач, — вырвалось у Милены.

— Отчасти да. Но Меч Правосудия не слеп, и может отказаться от исполнения приговора, приведя веские аргументы. В конце-концов даже Совет может ошибаться.

— Но зачем ты нам это рассказываешь?

— Хочешь предложить нам эту должность?

Менестрес оставалось лишь подивиться их догадливости, она сказала:

— Что-то вроде этого. Если эта идея вас заинтересует, то могу предложить вам стать одними из претендентов на эту, так сказать, должность…

— Значит, место свободно? — задумчиво поинтересовалась Селена.

— И что же случилось с прежним Мечом Правосудия? — спросила Милена.

— Того, кто исполняет волю Совета сейчас, зовут Минг-Тьен. Он является Мечом правосудия вот уже две тысячи лет. Но теперь он просит об отставке. Совету дано сто лет, чтобы найти достойного кандидата, который сможет пройти все испытания.

— Испытания? Какие именно?

— Их суть никогда не разглашается, к тому же они меняются. Они призваны отсеять тех, кому это дело не по плечу. Чтобы быть Мечом Правосудия, не сломаться, нужны определенный характер и твердость духа.

— И ты считаешь, что у нас есть необходимые данные?

— Да, я так считаю. Но, помимо данных, нужно еще и ваше горячее желание. Иначе эта затея изначально обречена на провал.

— И ты хочешь, чтобы мы стали этими «Мечами Правосудия»? — осторожно спросила селена.

— Дело не в моем желании. Решать прежде всего вам. Но я чувствую, что вы нуждаетесь в чем-то подобном. Нет, не в убийствах дело, скорее в потребности в деятельности, способной помочь восстановлению справедливости.

С минуту сестры молчали, словно переваривая услышанное, потом Селена, переглянувшись с Миленой, сказала:

— Нам надо все хорошо обдумать.

— Конечно. Никто и не требует от вас немедленного решения. Все слишком серьезно. Свою судьбу решать, прежде всего, вам самим.

Глава 6

Селена и Милена действительно серьезно задумались над словами Менестрес. Идея в самом деле запала им в душу. Они возвращались к ней снова и снова.

— Мы и правда изменились с той ночи нашей мести, — начала Селена, расстилая кровать, так как они собирались отойти на дневной отдых. От гробов сестры отказались уже несколько лет назад. Кровать удобнее. И не только для сна.

— Мы утратили последние иллюзии и успокоили нашу память, — ответила Милена, стаскивая платье.

— Это да. Знаешь, а мне идея Менестрес нравиться все больше.

— Честно говоря, мне тоже. И все-таки…

— Мы ведь станем палачами, — договорила за сестру Селена. — И нам придется убивать. Убивать подобных нам и не только.

— Но это будет справедливое наказание. Если бы падре Ансельмо остановили бы сразу — наша мать осталась бы жива.

— Согласна. Не от того ли нам так легко убивать?

— На наших руках нет крови невинных. И то, что мы сделали тогда… Я не чувствую вины из-за этого. Это меня не мучает. Нисколько. А тебя?

— Честно говоря, тоже нет. Скорее меня беспокоит то, что меня это не мучает.

— Что ж, как бы там ни было, а мы стали воинами. А воин не может предаваться сомнениям ни на поле боя, ни после.

— Значит, Менестрес права, — подытожила Селена. — Мы и правда подходим для «Мечей Правосудия».

— И, что еще страннее, хотим этого, — добавила Милена, увлекая сестру за собой в постель.

Когда сестры сообщили о своем решении Менестрес, она не то, чтобы обрадовалась, но испытала некоторое облегчение. На самом деле часть ее надеялась, что Селена и Милена откажутся, скажут, что это не их путь, что с них довольно той ночи. Но другая часть Менестрес убеждала, что это единственно верный выход. Может, это и страшный удел, но так сестры спасут самое себя. Во всяком случае, королева надеялась на это.

И вот ее птенцы согласились. Менестрес видела, что они действительно загорелись этой идеей. Поэтому она сказала:

— Что ж, это ваш выбор. У нас есть чуть меньше ста лет, чтобы подготовить вас к испытаниям.

— Но мы ведь умеем сражаться! — возразила Милена.

— Вы учились владеть оружием и сражаться с людьми, не так сильно акцентируясь на ваших новых способностях. Но если вы станете Мечами Правосудия, то, в основном, вам придется выступать против вампиров. Иногда древних и очень сильных. Поэтому вам нужно научиться не только владеть собственными вампирскими способностями, но и использовать их как оружие.

— Понятно, — протянула Селена. — В таком случае мы готовы опять учиться.

— Отлично. Теперь вас учить будет не только Димьен, но и я.

Сестры немного удивились. Они никогда не задумывались, что Менестрес также может быть воином. Для них она была покровительницей, второй матерью, королевой, но воином… Нет, они просто не задумывались о том, что она может выступать в таком качестве. Хотя… почему бы и нет…

Так судьба Селены и Милены сделала еще один поворот. Начался еще один этап их жизни.

Подготовку к испытаниям они восприняли со всей возможной серьезностью. Обе понимали, что это не игра. И если они станут теми, кем собираются, никто не станет им поддаваться. Каждый раз битва будет не на жизнь, а насмерть.

Когда сестры пришли на свой первый, после принятия решения стать Мечами Правосудия, урок, их в оружейном зале ждал не только Димьен, но и сама Менестрес. Причем вампирша была одета совсем не так, как обычно: в узкие брюки, мужскую рубашку и мягкие сапоги. Волосы забраны в тугую французскую косу.

Увидев недоумение на лицах Селены и Милены, королева озорно подмигнула и сказала:

— У меня тоже есть некоторые воинские способности.

— Некоторые! — хохотнул Димьен. — Да более искусного воина я в жизни не видел! А за тысячелетия своей жизни я видел немало!