Владычица ночи - Якубова Алия Мирфаисовна - Страница 9

Кармина хотела последовать за ней, но Бамбур удержал ее со словами:

— Не надо. Ей нужно побыть одной. Слишком многое свалилось на нее.

Менестрес бежала не разбирая дороги. Ей было все равно куда, горе и боль разрывали ей сердце. Она хотела не вспоминать, но не могла. Снова и снова она видела занесенный меч, а секунду спустя безжизненные тела своих родителей.

Пытаясь убежать от своего горя, Менестрес добралась почти до самых гор. Здесь, вдали ото всех, наедине с собой, она, наконец, дала выход переполнявшему ее горю. Она кричала, чуть ли не срывая голос, слезы текли у нее из глаз. Вконец обессилев, она села на землю и закрыла лицо руками. Она была опустошена, ей казалось, что все в ней умерло. Не осталось никаких чувств. Ей хотелось умереть.

Вдруг она услышала какой-то шум, похожий на фырчанье лошади. Менестрес подняла голову и не сразу поверила своим глазам. В каких-то десяти шагах от нее стоял белоснежный, словно снег на вершинах гор, единорог, и его рог серебром мерцал в лунном свете. Он смотрел на нее своими большими умными глазами, будто хотел что-то сказать. Взывая копытом землю, он наклонил голову, а затем встал на дыбы, огласив всю округу своим ржанием. И исчез, словно растворился в воздухе.

Менестрес смотрела на него, и ей вспомнились слова матери: «Легенда гласит, что единорог приходит на помощь нашему роду в самые тяжелые для него времена». Невольно принцесса посмотрела на кольцо. Мать говорила, ох как это было давно, что это символ королевской власти, который передается в их роду от королевы к королеве. Менестрес прикоснулась к камню и будто снова услышала голос матери. Он говорил: «Что бы ни случилось, ты должна помнить кто ты такая. Только ты можешь быть королевой после меня, это твое право по рождению. Но это и твой долг».

Воспоминания об уроках матери наполнили сердце Менестрес решимостью. А это видение еще больше укрепило ее веру в то, что она избрала правильный путь. Да, она принцесса, и должна занять место, принадлежащее ей по праву. Должна, во имя своего народа. Она сделает это и отомстит за мать и отца. Их убийца жестоко поплатиться за свое деяние. У Менестрес появилась цель, в ее глазах снова горел огонь.

Именно такую и увидел ее Бамбур. Беспокоясь за нее, он не утерпел и последовал за нею, так как она убежала очень возбужденная. А теперь она стояла во весь рост в свете луны подобно статуе. Он окликнул ее, она обернулась. Ее глаза по-прежнему были печальны, но она была холодна и спокойна. Она будто резко повзрослела.

— Менестрес.

— Да.

— С тобой все в порядке? — спросил Бамбур, обеспокоенный этой резкой переменой.

— Да. Воспоминания потрясли меня, но и указали дальнейший путь.

— Что бы ты не решила, я буду с тобой. Таково было желание королевы, это и мое желание.

— Спасибо. Я должна отомстить за моих родителей. Я должна занять свое место, которое принадлежит мне по праву рождения, и которое вероломно занял этот предатель Джахуб. Я должна свергнуть его, или его правление приведет наш народ к гибели.

— Я рад буду служить Вам, Ваше Высочество.

— Да, но пока я слишком слаба и не могу выступить против Джахуба. Он предатель, но он и очень сильный вампир. Поэтому ты должен сделать меня вампиром, провести обряд посвящения.

— Но я... я всего лишь телохранитель, — немного растерянно ответил Бамбур.

— Это не важно. Я знаю тебя с детства и доверяю тебе. К тому же у нас нет выбора. Никто не должен знать где я. Джахуб знает, что я единственная, кто может помешать ему.

— Хорошо, — решительно ответил Бамбур. — Я сделаю все, что от меня потребуется.

— Спасибо, Бамбур, мой преданный друг. Проведем обряд завтра ночью.

— Но где?

— В этих горах много пещер, многие из них тысячелетия назад служили склепами. Думаю, там будет лучше всего.

— Думаю, ты права. Но, даже став вампиром, ты все еще будешь слишком уязвима и не сможешь справиться с Джахубом.

— Я знаю, мне потребуются годы, чтобы набрать силу, а также нужно время, чтобы Джахуб поверил в мою смерть, или в то, что я исчезла.

— Это будет не легко, он будет пытаться найти тебя во что бы то ни стало. Хотя его поиски и будут осторожны. Ведь всем он объявил, что ты умерла вместе со своими родителями при пожаре в результате несчастного случая.

— Он выставил все, что произошло, несчастным случаем? — возмущенно спросила Менестрес.

— Да. Именно так. А после провозгласил себя новым королем.

— Подлец! Он поплатиться за это!

— Что ты собираешься предпринять?

— Вскоре, после того как я стану вампиром, ты похоронишь меня в одном из старых склепов. Там меня никто не найдет. Думаю, у меня хватит сил запереть его изнутри. Я закрою его на двести лет, потом заклинание исчезнет, и я смогу выйти. Полагаю, этого времени мне хватит.

— Ты хочешь провести двести лет запертой в склепе? — ошеломленно спросил Бамбур.

— Да. Ты закроешь меня в саркофаге, и я погружусь в сон. Я буду спать двести лет и копить силы. Когда я пробужусь, то думаю, их мне хватит, чтобы начать сражение против Джахуба. К тому же я уже буду гораздо менее уязвима.

— В таком случае, я последую за тобой, — решительно сказал Бамбур.

— Нет, — покачала головой Менестрес. — Ты останешься. Ты будешь моими глазами и ушами, а когда пройдет двести лет, ты придешь сюда, чтобы открыть склеп. Когда я проснусь, я должна буду знать, что происходит в мире. Поэтому, ты гораздо полезнее мне если будешь продолжать жить, а не похоронишь себя заживо вместе со мной.

— Но как же ты? Я ведь должен защищать тебя!

— Не нужно. Двести лет никто не сможет найти меня, не сможет даже увидеть склеп, в котором я буду. Ты ведь сделаешь то, о чем я тебя прошу?

— Да, моя принцесса. Клянусь!

— Хорошо, — улыбнулась Менестрес. — А теперь, думаю, нам пора возвращаться. Кармина, наверное, уже места себе не находит.

Была уже глубокая ночь, и небо было усеяно звездами. Тепло дня сменилось ночной прохладой. Менестрес невольно поежилась. Ведь на ней было лишь легкое простое платье. Это не утаилось от Бамбура. Он тут же снял рубашку и заботливо укутал в нее девушку.

— Не надо, — начала было протестовать Менестрес. — Здесь не далеко.

— Не спорь. Ведь ты все еще человек, тебе нужно тепло. А я вампир, я не чувствителен к холоду.

Когда они вошли в дом, Кармина тут же кинулась к ним. Она обняла Менестрес и взволнованно спросила:

— Девочка моя, с тобой все в порядке? Я так беспокоилась за тебя!

— Со мной уже все хорошо. Я в порядке.

Когда все немного пришли в себя, Менестрес и Бамбур рассказали Кармине, что они собираются делать дальше. Она внимательно слушала их, к концу рассказа глаза ее наполнились грустью. Она сказала:

— Значит, еще день-два и я больше никогда не увижу тебя, Менестрес?

— Да, — печально ответила принцесса. — Но...

— Я знаю, ты должна так поступить. Это твой долг. Как бы то ни было, ты — принцесса, теперь практически королева. Я все понимаю. Просто, я заботилась о тебе с детства, я видела как ты выросла. Ты мне как родная дочь, и мне не легко расставаться с тобой.

— Мне тоже не легко расставаться с тобой, — ответила Менестрес, обнимая няню. — После той страшной трагедии ты заменила мне мать. Но я должна...

— Значит, завтра?

— Да.

Наконец все более-менее улеглось. Завтра будет трудный день, вернее ночь. А пока всем нужно хоть немного отдохнуть.

На следующий день Менестрес проснулась незадолго до полудня. Кармина была уже на ногах и вовсю хлопотала по дому. Она накормила девушку завтраком, и изо всех сил старалась быть такой же веселой, как обычно. Но все же в ее глазах была грусть.

После завтрака Менестрес решила пройтись. Совершить последнюю прогулку по этим, ставшим ей родными, местам, перед тем как стать вампиром и отрешиться от всего мира на двести лет.

Она уже вышла из дома, как вдруг рядом с ней появился Бамбур. Он словно из-под земли вырос, впрочем, подумала Менестрес, как всегда.