Откуда в небе лошади? - Ярин Артур - Страница 36

36

– Не нервничайте, мама, – спокойно сказал он, – этот сундучок – достояние сильнейшего, так пусть же он ему и достанется!

– Кому это?

– Волшебнице, приехавшей к нам аж с самой Залысьей горы – госпоже Йо!

Если бы я сидела на стуле, я бы с него чуть не упала от счастья и неожиданности. Чувствуя себя неловко от такой удачи и скачущей рядом Ясны, я взошла на сцену.

– А чем это она лучше? – спросил Кюль ибн Аван с слегка погрустневшим лицом.

– Пусть это будет сюрпризом!

– Хорошо, – хитро улыбнулся директор гастрогнома, – но для начала я тоже хотел бы сделать всем сюрприз!

С этими словами он достал из-за пазухи Золотой Ключик и взмахнул им в воздухе, начертив пентаграмму. Мы с Ясной и Ловдом просто остолбенели – ведь еще никто не пробовал наш торт, начиненный противоядием против «тотале-мортале». Господи, что же сейчас будет!

– А теперь, мои дорогие, – злорадно заговорил Кюль ибн Аван, – слушайте меня! Теперь вы все мои рабы! Я приказываю вам отобрать сундучок…

Тысячи голов в бумажных кепках, как зачарованные, смотрели на происходящее и ни капельки не чувствовали себя рабами, разве что очень пьяными. Но Янат не дал договорить Кюль ибн Авану:

– Уважаемый, можете не стараться!

– Что?

– Никто вас слушать не будет!

Кюль ибн Аван стал отчаянно колдовать, но почему-то у него ничего не получалось – совершенно ничего, то есть абсолютно.

– Госпожа Йо, – обратился ко мне Янат, – будьте так любезны, превратите директора гастрогнома в елку, ведь что это за новогодний карнавал в середине мая без елки?!

Я выполнила просьбу Яната, и на сцене появилась высокая, стройная, пушистая елка.

– Разве я не прав? Разве это не лучшее чудо за сегодня? – спросил у публики Янат.

– Да! – закричали зрители.

– Что же, зрелищ вы получили, теперь пора получить и хлеба! Я прошу всех в гастрогном, где для вас накрыт великолепный праздничный обед и ждет торт «Сладкие мгновения», изготовленный госпожой Йо и ее друзьями!

– Ура!

ЭПИЛОГ

Но конец, который бывает всему, пришел.

И. Ильф, Е. Петров

За окном дома дядюшки Друда еще бушевало веселье, а мы сидели у камина – я, Ясна, Ловд, Янат, мадам Менс и Друд Ухта. Сидели и молчали. Произошедшее было невероятным и требовало объяснений.

– Мамочка, как ты могла? – спросил Янат.

– Что? – попыталась увильнуть от ответа Менс. Голос ее был на редкость тих и мил. – Для твоего же счастья, сыночек, ради тебя мама может все…

– Эх, мама-мама…

– Послушай, Янат, – вмешалась в разговор Ясна, – но как так получилось, что не сработал талисман «тотале-мортале»? Ведь все были в кепках, а торт с противоядием никто еще не вкусил?

– Очень просто, – ответил мальчик и достал из-за пазухи Золотой Ключик, – я подменил его. Это и было то небольшое дельце, о котором я говорил вам при нашей встрече у костра. Мне нужно было встретиться с кузнецом, чтобы он сделал копию Золотого Ключика.

– Да-а, – протянул Ловд, – теперь понятно, почему Кюль ибн Аван так смело разыгрывал сундучок Ричарда Оторви Мое Сердце – сначала он отдает его, а потом с помощью своего талисмана возвращает обратно, как говорится, «овцы сыты – волки целы».

– Ну надо же, каков злодей! – сокрушался дядюшка Друд. – А я ему так доверял, даже свои юношеские стихи давал почитать!

Вдруг двери в комнату отворились, и на пороге появился…

– Добрый день! Извините, что беспокою вас, – поздоровался со всеми Трун. – Ясна, можно тебя на минуточку?

Ясна отбежала в сторону и стала о чем-то шептаться с парнем, после чего радостная прибежала ко мне:

– Йо, можно, я теперь пойду с Труном? Он завтра меня сам приведет назад. У них сегодня ночью тоже будет праздник – годовщина основания Братства Лесных Кроликов.

– Нет! Еще чего не хватало!

– Ну Йо!

– Ясна, перестань капризничать!

– Ну почему? – начала нахально канючить малышка.

– Ясна, я не пускаю тебя для твоего же счастья… – и тут взор мой упал на мадам Менс и сундучок.

– Ох, иди, но…

– Приходите все! – предложил Трун, и никто не отказался, а у меня отлегло от сердца.

* * *

На этом можно считать эту историю законченной. Через день мы вернулись назад в свой замок. Ясна и Ловд принялись за учебу, а Трататун получил в подарок красивую бумажную кепку, как и говорили тролли – для Вас и Ваших друзей!

ИСКУШЕНИЕ СТРОПТИВОЙ,

или

УКРОЩЕНИЕ СВЯТОГО АНТОНИО

– Грустно, девицы, – ледяным голосом сказал Остап.

– Это просто смешно! – нагло повторял Паша Эмильевич.

И. Ильф, Е. Петров

ВЫ НЕ ЗНАЕТЕ АНТОНИО?!

Таковы суровые законы жизни. Или, короче выражаясь, жизнь диктует нам свои суровые законы.

И. Ильф, Е. Петров

Ранняя весна и позднее время суток. За стенкой слышится бормотание моей ученицы Ясны, заучивающей метры заклинаний и магических формул. Малышке через пару недель сдавать экзамен в ведилище – училище ведьм. Вот Ясна вовсю и старается: тщательно, без отдыха, практически, без вдоха повторяет третий час священные тексты. Я просто вся уже растаяла от умиления от такой неистовой работоспособности и старательности.

Ладно, решила я, пойду к малышке и скажу, что на сегодня хватит. Не то чтобы этого было достаточно для полноценного освоения предмета, а просто голова уже раскалывается в стотысячный раз слышать одно и то же.

На стук в дверь Ясна не отреагировала. Тогда я осторожно приоткрыла дверцу и заглянула в комнату. Ясны, само собой, там не оказалось, вместо нее был заколдованный Трататун, с которого в три ручья лил пот. Так вот кто, оказывается, уже третий час твердит заклинания!

Я мигом расколдовала несчастного, и тот в благодарность обессиленно рухнул в обморок.

Уложив Трататуна в постель, я задумалась. Где же эта чертовка может быть?! Какое коварство так обойтись со своим другом, заставить его читать вместо себя заклинания под гипнозом! Интересно, как она собирается сдавать экзамены? С таким «усердием» она завалится на первом же экзаменационном шабаше. Вот будет позору на мою метлу и ступу. Я себе рельефно представляю слухи в волшебных кругах: «Представляете, ученица самой Йо завалилась на экзамене!»

Минут через двадцать пришел в себя Трататун.

– Как ты себя чувствуешь, Трататун?

– Сложно, – ответил малыш. – А Ясна еще не пришла?

– А куда она пошла? – быстро спросила я.

– Не знаю.

– Не ври.

– Не вру. Я правда не…

– Трататун! Я что, спрашиваю тебя для того, чтобы принести Ясне вред? – настаивала я на откровенности.

– Йо, а ты не будешь ее ругать?

– Не хочу напрасно обнадеживать тебя, но я просто не знаю, что с ней сделаю. Как минимум превращу в царевну-лягушку, чтобы она на собственной шкуре…

– Тогда не скажу.

– Как это не скажешь?! Она ведь так жестоко с тобой обошлась!

– Нет, я добровольно.

– Что?

– Я сам согласился. Она предупреждала, как это будет.

– И ты согласился на эту пытку? И после того как ты добровольно пошел на это, ты хочешь уверить меня, что ничего не знаешь? И еще требуешь от меня милосердия к Ясне? – гневно выпалила я, а внутренне восхитилась такой преданной дружбой. В мои ученические годы у меня не было таких верных и самоотверженных друзей. Даже завидно.

– И вовсе это была не пытка, – стал выкручиваться Трататун. – Я выучил все заклинания! А не заколдуй она меня, когда бы я вообще засел за книги?

– Так значит, добровольно?

– Да. Она просила помочь – и я помог. Старый друг лучше двух старух!

– Понятно. И куда она пошла?