N-P - Ёсимото Банана - Страница 11

– Ты любишь море? – спросила я.

– Отохико любит. Он собирался поступать в морское училище, – сказала Саги.

– А почему передумал? – спросила я и заглянула в его комнату. Морские сапоги, фотографии парусных судов и даже штурвал возле стены. Я и не подозревала об этом его увлечении.

– Из-за женщины не получилось, – улыбнулась Саги.

– Очень лаконичное и исчерпывающее объяснение, – сказала я. Саги налила мне стакан имбирного лимонада.

– Я добавила немного джина.

– В университете мы так не пьем.

– Какие вы правильные! – сказала Саги.

Я села на пол и выпила. Сладкий и невероятно вкусный напиток.

– Жарко, – сказала я и почувствовала, что быстро пьянею. – Симпатичная квартира.

– Спасибо. Хочу пригласить тебя в Иокогаму. Там дом в чисто японском стиле, со множеством комнат. Когда я приехала в Японию, для меня это было неожиданностью. Не сразу привыкла жить в таком интерьере.

– Обязательно приеду.

Что чувствует человек, который живет не там, где родился и вырос? После того как сестра вышла замуж, я часто задавала себе этот вопрос. Превращаешься в героя иностранного романа или все-таки лелеешь мечту когда-нибудь вернуться на родину?

Дверь открылась, и вошел Отохико. Что ни говори, а мне нравилась его эмоциональность, какая-то необычность и отчаянная вера в себя. У него приятное лицо. Мужчина с изюминкой.

– Пришла к вам в гости, – сказала я.

– Давно пора.

Похоже, он еще смущался своего ночного визита.

Какое-то странное чувство. «N-P» – всего-навсего книга. Даже если она глубоко вошла в твое сознание, ее можно изгнать.

Вот, например, Суи. Сначала она казалась мне слишком реальной – разговаривает, поправляет волосы, смеется своим большим ртом, роняет еду, из носа идет кровь. Реагирует на мои слова в режиме реального времени. Но потом реальность искривляется и отходит куда-то в сторону, реальные ощущения исчезают. С того дня, как мы познакомились, так всегда и было. Она – человек «N-P».

Я не могу понять, люблю ли я Суи, или Саги, или всю ситуацию в целом. Иногда мне нравится Отохико, и это нехорошо. Опасно замыкаться в узком круге людей и в сильных переживаниях – возникают разные иллюзии. И все-таки я хотела здесь остаться, хотела услышать его историю.

Странное состояние.

Мы любим и расстаемся, теряем любимых, становимся старше. Порой трудно сказать, что в твоей жизни было хорошим и что плохим, что добрым и что злым. Просто мне не хочется больше плохих воспоминаний. Лучше бы время вообще остановилось и лето никогда не кончалось. Кажется, я становлюсь малодушной.

– Отохико, хочешь торт?

Саги принесла торт. Отохико покачал головой.

– Налей мне кофе.

Мы сели на пол и пьем кофе, и это тоже вызывает странное чувство. Возможно, потому, что мы впервые оказались вместе.

– Кстати, Суи недавно меня побила! – сказала я. – В тот день, когда шел ливень.

– Ты встречалась с ней? – удивился Тохико.

– Да.

– Вот как…

Он говорил так, будто бы все понял.

– А за что?

– Похоже, она что-то перепутала!

– Она все путает…

– Ты не знал о нашей встрече?

– Впервые слышу.

– А-а.

Саги, которая сидела молча, вдруг спросила:

– Можно задать нескромный вопрос?

– Можно! – сказал Отохико.

– Каково это – спать с родственницей?

Саги спросила так серьезно, что я невольно рассмеялась. Отохико натянуто улыбнулся:

– И в самом деле, нескромный вопрос. Не знаю, как и ответить.

– Я не посмела бы спросить, если бы не представился такой случай. Мы редко встречаемся лицом к лицу, – сказала Саги.

– Я почти не думал об этом, – сказал Отохико, – но постоянно испытывал угрызения совести. Чувствовал себя виноватым.

– Это у тебя натура такая. Просто так, без причины, ты целоваться не можешь, – сказала Саги.

– А разве может быть секс без какой-то причины? – спросил Отохико.

– Наверное, старшая сестра всю жизнь над тобой подшучивала, – сказала я. Отохико кивнул.

– Но только не со злостью, а весело, – сказала Саги.

Я ни с того ни с сего подумала, как это странно. Брат и сестра, которых я видела тогда на вечеринке, теперь сидят рядом со мной.

– Но это дело прошлое. С тех пор как я встретил Суи, прошло много лет, и мы этим почти не занимаемся. Мы и впрямь как брат и сестра.

– Неправда, – сказала Саги, и мы все громко рассмеялись.

Потом я отдала Саги копию. «Покажи», – сказал Отохико и тут же принялся читать.

– Отличный перевод. Здорово. Лучше не сделать! Что скажешь, Саги?

Саги кивнула. У меня учащенно забилось сердце. Сёдзи был оценен по достоинству.

Когда наступил вечер, Отохико посмотрел в окно, словно прикидывая время, и поднялся:

– Я пошел.

Я решила, что с наступлением сумерек ему захотелось увидеть ее. Возможно, контраст между темным городским ландшафтом и сияющим, как опал, небом напомнил ему о ней.

– Передавай Суи привет.

Мы вдвоем проводили его. Саги сказала: «Они оба безнадежны». Потом мы отправились ужинать.

*

– Как поживаешь?

Голос нетрезвый. То, что он пьян, я поняла уже по тому, что он позвонил. Пока не напьется, не может позвонить своей родной дочери.

– Все в порядке. А как ты? – спросила я.

Неожиданный звонок в субботу вечером. Сейчас у отца нет семьи. Женщина, к которой он ушел от матери, живет теперь с другим человеком. Есть такая порода людей – они не боятся снова и снова начинать новую жизнь. Вот только почему у этих людей не сияют лица? На их лицах застыло сожаление, как будто они живут где-то на задворках жизни. Мой отец именно такой, и его женщина такая же. Даже став взрослой, я не в силах ужиться с этими людьми.

– Прекрасно себя чувствую!

– Вот как. Тебе не одиноко?

– Я привык! Да и сын живет неподалеку.

– Мой сводный брат?… У нас тоже сложности в семье, – сказала я.

– Что значит «тоже»?

– Да так, ничего особенного.

– Обычное дело. Какая же семья без проблем! Ты знаешь, как редко это бывает. Люди все такие разные.

– Конечно.

– Если тебе это не нравится, выходи замуж, – сказал отец.

Иногда я думаю, что у детей, чьи родители разводятся, есть невидимые глазу дефекты.

– Не уверена, что у меня получится.

Если просто существовать, жизнь уходит. Как же отец может быть ей доволен?

– Ты каждый день напиваешься?

– Но ведь и ты не прочь выпить?

– Наследственность.

– Пожалуй.

– Папа…

«Не лучше ли жить достойной жизнью, чем пьянствовать?» Я с детских лет хотела сказать ему это, но в очередной раз раздумала.

– Как на работе?

– Как всегда!

– А…

«Хотел ли ты когда-нибудь переспать с дочерью?» Задать этот вопрос было еще труднее, чем первый, и я, конечно, промолчала.

– Ну, пока. Я позвоню.

– Спокойной ночи.

Пообщавшись недолго с отцом, я устала так, будто говорила с ним несколько часов и обсудила множество самых разных тем.

Я помню наши разговоры с отцом, когда он жил с нами. Помню их очень живо, но реальными они не кажутся. Слишком много времени прошло. Вспоминая о нем, я снова становлюсь маленьким ребенком. Но я знаю, что, если бы мне довелось с ним встретиться, он увидел бы во мне взрослую женщину, похожую на мою мать.

По нынешнему тону отца мне, кажется, стало понятно, почему Сарао Такасэ захотел умереть. Наверное, как и отец, он думал, что любить – самое главное в жизни и что любовь будет длиться вечно.