Только любовь - Юрьева Ирина - Страница 28

Кто проигрывал, кто побеждал, понять было нельзя. Враги не прикасались друг к другу. Зеркальная сфера лишала возможности даже узнать, кто есть кто. Может быть, издали этот бой был красив. Фантастический шар, полный вспышек цветного огня… Фейерверк, заключенный в стекло… Необычный огромный алмаз, полыхающий острыми гранями…

Но человек, оказавшийся рядом с зеркальною сферой, мог чувствовать лишь ужас. В сфере жила Смерть. Неверный удар – и защитная пленка из Силы даст трещину, лопнет и выпустит то, что внутри. Пестрый огненный смерч понесется сжигающим вихрем, который никто не погасит.

Желать одному из бойцов одержать верх казалось бессмысленным, так как внутри сферы бились два монстра, которым неведомы, чужды законы простой человеческой жизни. Чудовища, равно враждебные тем, кто привык жить без магии… Люди не в силах себя защитить от таких, потому что любое оружие просто смешно рядом с пламенем длинных цветных бичей, хлещущих в стены невидимой сферы.

Простой человек, будь он трижды великим бойцом, не сумеет мечом отразить поток света, который сожжет его, словно вязанку дров. «Петли», «вихри», «воронки» и прочая дрянь, о которой Илана слыхала, чудовищны и недоступны людскому рассудку. И тех, кто способен использовать их, нужно уничтожать, чтобы раса людей могла выжить. Спастись можно, лишь истребив тех, в ком Сила. Есть люди, есть нелюди, и компромисс невозможен.

Илана не в силах была четко мыслить, она ощущала угрозу нутром, каждой клеточкой тела, каждым вдохом, каждым своим волоском. Ее глупая месть, ее ненависть к клирам и жажда взять верх над людьми, обладавшими даром смирять власть чудовищ, казалась ребячьим капризом.

Когда шесть мужчин встали в круг, (трех погибших сменили другие), и начали петь, то Илана была благодарна им. Мысль, что ей нужно вмешаться, не дать им читать заклинания, казалась глупой. Она бы сама встала в круг и влила голос в их монотонную речь, если бы это им помогло. Сила – зло наших дней…

Грянул взрыв. Сфера вспыхнула острым пронзительным светом и резко распалась на множество крупных блестящих кусков. Они с хрустом и тихим шипением плавились в воздухе, наполнив стены пещеры удушливым и отвратительным запахом. Плавился камень, горела земля и лишайник на стенах. Дымилась зола…

На полу, среди языков красно-синего пламени, стал проступать контур тела. Мужчина лежал лицом вниз. Он обуглился так, нельзя уже было понять, во что он был одет, каков был цвет сгоревших волос и черно-угольной кожи, которая на глазах стала сереть, рассыпаясь сухим прахом.

– Мастер, – тихо сказал кто-то. – Грустный конец.

– А другой?

– Он ушел через перт, когда «схлопнулась» сфера.

– Куда?

– Внутрь, в пещеры.

– Да… Если бы нас было девять, то он бы не вырвался.

– Проклятый Мастер!

– Все Наделенные стоят друг друга. Они никогда не рискнут отказаться…

– Он жив? Ливтрасир?! – выдохнула Илана.

Самой ей казалось, что она кричит, но слова вышли хриплыми и очень тихими. Как клиры ее расслышали, было загадкой, однако все шестеро подняли головы.

– Вот и конец, – пронеслась сумасшедшая мысль. – Они просто убьют меня. Я не смогу сейчас драться. Я не смогу защитить себя.

– Не бойся, Искатель, – сказал кто-то из шести клиров. – Мы помним, чем ты занималась в столице, но мы не хотим мстить. Ты наша. Ты нам помогла.

– Ты смогла убедить его воинов, что ехать следом нелепо. Что хватит лишь четверых, чтобы нас задержать. И теперь мы спокойно уйдем, одолев трех противников. Ты знала, что говорить, чтобы выручить нас.

– Ложь, – с трудом прошептала Илана, взглянув в глаза клиру.

– Нет, правда, которую трудно признать. Ты такая, как мы.

Слова клира ударили меткой стрелой, заставляя отпрянуть назад. Илана даже должна была сделать шаг, чтобы опять не упасть. Показалось ей, или действительно стены пещеры чуть дрогнули в этот момент?

– Ты могла сбить наш круг, не позволить читать заклинания, но ты не сдвинулась с места. Ты тоже боялась могущества Силы.

– Я… Я никогда не хотела ему причинить вред… И я…

– Ты хотела помочь. Ливтрасир, потомок воинов мертвого Ливггарда, наследник их древней магии – монстр. Ты хотела спасти его и превратить в человека. Такого, как все. Как мы. Как ты сама.

– Ложь, – шепнула Илана, борясь с непонятными чарами. Голос ее подчинял, заставлял верить в то, что она слышит. – Ложь!

Пол опять вздрогнул и завибрировал. Или Илане мерещилось? Слабость опутала тело невидимым мягким арканом, лишая энергии и воли к жизни.

– Зачем нам тебя убивать? Мы такие же люди, как ты. Мы дадим тебе шанс выжить и жить так, как ты захочешь. Ты станешь одной из нас. Ты принесешь много пользы. Он тоже мог бы найти свое счастье, поняв, за кем правда, но он сделал выбор…

Третий толчок был таким, что Илана едва не упала.

– Уходим, – сказал кто-то рядом. – Быстрее! Иначе засыплет.

Мужчины бросились к выходу, Илана даже не сдвинулась с места. Чутье выручало не раз, и сейчас оно вновь подсказало: опасность у входа.

Когда дрожащие стены пещеры накренились и с тихим вздохом осели вперед, как колода игральных картинок, Илана откатилась назад, в лабиринт. Отступая, успела с собой прихватить пару факелов из щелей дальней стены.

Илана знала, что выбор у нее небольшой. Из двух зол нужно взять то, которое кажется меньшим. Что лучше? Погибнуть под глыбами и толстым слоем земли, завалившими шестерку клиров из Лонгрофта, или плутать в лабиринте подземных ходов? Без еды. Может быть, без воды. И без света. Два факела быстро сгорят, и придется идти в темноте. Смерть от голода – долгая смерть.

– Идиотка! Сидела бы в городе! Или осталась снаружи! – сказала Илана, пытаясь в себе разбудить злобу.

Злость выручала не раз, заставляя искать выход в самой плохой ситуации. Но злобы не было. Было отчаянье и безнадежность. Зачем? Для чего она здесь, в этих мрачных пещерах под слоем земли? Что она в них найдет?