Только любовь - Юрьева Ирина - Страница 4

Глава 3.

Серебристая зала, куда проводили Илану, была пустой. Столик с роскошным обедом казался вполне симпатичным.

– Неделя в дороге дает повод честно забыть о приличиях, – сразу решила она, взяв тарелку. – И если хозяин обидится, сам виноват!

Злость, которую в ней пробудила служанка, еще не прошла. Ей хотелось шокировать мага, давно занимавшего мысли, ведь встреча с девчонкой и Альвом задела ее самолюбие! Будь рядом равный противник, она бы его осадила, заставив считаться с собой, но возиться с детьми… Нет! Ответить за их непочтение должен был взрослый, позволивший им распуститься! Сложив на тарелочку все, что понравилось, Илана без церемоний устроилась в кресле и стала есть, не дожидаясь хозяина.

– Может, хотите вина? – прозвучал рядом с ней чей-то голос.

Мужчина возник ниоткуда, из воздуха. Видимо, он полагал, что смутит ее этим, однако Илана в ответ лишь кивнула:

– Налейте.

Когда он ей подал бокал, то их руки столкнулись. Илана ему улыбнулась. Дерзко. Самоуверенно. Даже напористо. Он улыбнулся в ответ. Очень мягко и вежливо. Даже тепло. И на редкость спокойно. Как будто бы он каждый день видел рыжих красавиц в штанах и рубашках с распахнутой грудью, не чувствуя к ним ничего!

– Мы вас ждали с большим нетерпением, – начал мужчина. – Вы первый Искатель, попавший к нам…

Слушая ровную речь, она вновь ощутила прилив неожиданной злости. Ее провели, как девчонку! В легендах герой Агенора был воином-магом, способным смести войско «Службы», вогнать в дрожь чудовищ, изгнать нечисть. А собеседник казался, скорее, изящным придворным, чем дерзким бойцом.

Дорогие перчатки, которые он не снял, даже когда наливал ей вино, говорили о том, что красавчик боится испортить свои белоснежные ручки! Бородка могла подсказать: он старается следовать лонгрофтской моде. Почти незаметный, слегка красноватый отлив его черных волос выдавал, что их попросту красят. А может быть, и подвивают…

Мужчина отставил бокал и взглянул на нее с изумлением. Было похоже, что эта догадка Иланы его позабавила. В темно-зеленых глазах вдруг запрыгали искорки смеха.

– Я вправду не воин, – сказал он Илане, – хотя и могу защитить себя. И я не тот, за кого вы меня принимаете. Не Ливтрасир. Мое имя Горад. А перчатки – не прихоть, а средство защиты. Мои руки слишком чувствительны, я не могу прикасаться к обычным предметам без риска.

Горад ей не стал пояснять, о каком риске речь. Он, наверно, подумал: Искатель и так все поймет, но Илана не смыслила в разных магических штучках.

– Горад, для чего Ливтрасир пригласил меня? – резко спросила она, ощущая себя оскорбленной.

Герой агенорских легенд ее просто унизил, заставив общаться невесть с кем!

– Помочь раскрыть кражу, – слегка улыбнувшись, ответил волшебник в перчатках.

Сначала Илана решила, что он пошутил. Направляясь сюда, она думала, что дело в некой «загадочной секте», недавно возникшей у них в Агеноре. Хейд явственно дал ей понять, что Илана должна встретить клиров. Она допускала, что так же речь может пойти о лазутчиках «Службы», обманом проникнувших в Круг. Даже убийство Илану задело бы меньше, чем то, что сказал ей Горад.

– Раскрыть кражу? Какую? – спросила она, не пытаясь скрывать раздражение.

Зеленоглазый мужчина ответил не сразу, как будто колеблясь, разумно ли ей открыть правду. Должно быть, Горада, как многих других, настораживал внешний вид гостьи. Он, зная о том, что Искатель из «Ордена» – женщина, ждал, что ей будет за сорок. Как будто бы жизненный опыт мог значить побольше ума и таланта Иланы!

– Вы можете дать слово, что ни один человек не узнает о том, чем вы здесь занимались? – спросил наконец Горад, словно решившись на что-то.

– Огласка и мне ни к чему, – усмехнулась Илана, давая понять, что его вопрос глуп. – Приехав к вам, я нарушила правила «Ордена».

Она могла бы сказать, что у них исключали из «Ордена Правды» за меньший грех, чем незаконный контакт с Наделенным, отвергнутым «Службой». Однако Илана не просто смолчала, она постаралась рассеять саму мысль об этой угрозе. Совсем ни к чему открывать уязвимое место, давая возможность собой управлять!

Но, похоже, ее собеседник в перчатках сумел уловить, что Илана проделала нечто особое. Он улыбнулся ей, как неразумной малышке, усилив досаду Иланы.

– Магистр не узнает о вашем проступке. Закончив свой поиск, вы сразу забудете, где побывали. Но нам важно, чтобы никто в Агеноре не знал, чем вы здесь занимаетесь.

– Я не хочу забывать! – встрепенулась Илана, уже не пытаясь скрывать раздражение. – Опыт поездки – часть платы за поиски вора!

– Ваш опыт останется с вами, – легко согласился Горад. – Вы забудете, где побывали, с кем виделись. Но схема поиска и память чувств сохранятся. Вернувшись, вы будете помнить Гальдор и прощание с Хейдом, но больше не будете той, кем приехали.

– То есть? – спросила Илана, почувствовав, как по спине пробежал холодок.

Разговоры о том, что владевшие Силой способны сломить человека, заставить его стать послушным орудием, часто велись у них в «Ордене». Мастер из «Службы» два раза в год по две недели учил их «защитам, доступным простым людям».

Они смеялись над этим, считая занятия чисто формальным свидетельством благонадежности. А теперь ей захотелось припомнить хотя бы простейший набор охранительных знаков. Но память Иланы смогла воскресить лишь «замок», применяемый против «дурных взглядов».

– Все ваши страхи напрасны, – опять улыбнулся Горад. – Здесь не станут ломать вашу волю. Я просто хотел сказать, что, обретая какое-то знание, мы изменяемся. Сами.

– Поверю на слово, выбора нет, – рассмеялась Илана, в упор посмотрев на Горада.

– Нет лучшей защиты, чем смех, – обучали их в «Ордене Правды». – Любому известно: смеется лишь тот, кто уверен в себе и силен. Смех смущает, сбивает противника с толку, рождая немало вопросов.

– Есть. Выбор всегда есть, – ответил Горад. – Вы ведь вправе уехать.

– Все кражи по степени сложности делятся на три ступени, – сказала Илана, давая понять, что решилась. – Оплата…

– Для нас не важна. Если вы возвратите нам то, что пропало, вы можете смело назвать свою цену. Любую. Отказа не будет.