Врата жизни - Юрьева Ирина - Страница 2

Округ Радости – это особенный округ, украшенный зеленью из углеродной синтетики и небольшими озерами, между которыми множество аттракционов, беседок и крохотных лавочек, где по высокой цене продают “настоящую” пищу, (особый конвейер “Лаборатории”) и предметы роскоши, что украшают жизнь избранных. Место для полноценного отдыха лучших…

И, наконец, округ Башни, зовущейся Лестницей Власти. Здесь те, кто допущен в особые кланы Порядка, Управления и Волшебства.

Сама Башня – огромный центр, где формируют жизнь города, и где готовят тех, кто будет править. В ней – сорок один этаж.

Нижний – место для наших главных Дозорных, которые не допускают чужих. (И для ловких уборщиц, чей долг – содержать в чистоте Башню.)

Первый блок, “Школа Великих”, отводится детям, которые смогут пополнить три клана. Отбор производят один раз в четыре года, по всем округам. Каждый выпуск включает в себя 35 – 37 человек.

Второй блок Башни – блок Постоянной Заботы обо всех округах, отделенный от “Школы” как новою группой Дозорных, так и взрослым Залом Торжеств.

Дальше – библиотека и наше “Палаццо”. (Блок Знаний и блок Здоровья и Отдыха).

Потом – блок Редкостей и Развлечений.

И вновь Дозор, потому что за ним Совещательный блок.

Дальше – Старшие, Высший Совет, за которым идет Тайный блок, о котором почти ничего не известно. Они занимают всю верхнюю часть, до площадки, ведущей к Вратам Жизни, древней массивной плите, закрывающей выход наверх.

Мифы нам говорят, когда-то мы жили не здесь, под землей, а в свободном пространстве. Вокруг были “реки” – большие полоски свободной воды, “леса” – множество зелени, внешне похожей на наши плющи и плантацию кактусов из углеродной синтетики… И “поля” (или “луга”?)… До сих пор не пойму, в чем же разница этих двух терминов.

В мифах записано, что до эпохи Огня люди были обычными, но “после взрыва на Солнце”, который разрушил все, часть уцелевших вдруг обрела ряд особых способностей. Благодаря этой горстке волшебников, мы смогли выжить в Ковчеге, искусственном Мире. А там, наверху, царит Смерть.

Но придет час, когда верхний Мир оживет, возродится, наполнится влагой и зеленью. Будет Знамение.

Оно позволит покинуть Ковчег и вернуться назад. Мы получим Знамение там, у Врат Жизни. Плита отодвинется, и Провозвестник шагнет к нам, зовя…

Миф, не более? Но каждый выпуск Волшебников должен в положенный час провести некий древний обряд Восхождения. Взойти наверх по наружной, открытой лестнице Башни, пройти на площадку под самой плитой, надавить на рычаг и воззвать к Миру древней Молитвой, в надежде услышать ответ.

Что же было тогда, в эту ночь Восхождения, после которой прошло тридцать лет? Лучше будет начать по порядку, вернувшись еще на четыре года назад. Я тогда проводила к Вратам Жизни мой третий выпуск и собиралась набрать четвертую группу Волшебниц.

Глава 2.

Шесть мест в “женском секторе юных послушниц” и шесть в мужском (преподаватель Марк Рассел). Немного? Могло быть куда меньше. Истинный “дар” – это редкость! Не все, кто пройдет обучение, станут великими магами. Часть нашей группы Волшебников просто научится тоньше других понимать невербальный язык жестов, лучше угадывать мысли, быстрее реагировать и “сохранять лицо” в диких, безвыходных, на первый взгляд, ситуациях.

В округе Тяжести бродит достаточно слухов о том, что отбор – это фарс, а вернее, тактический ход, позволяющий детям из бедных кварталов надеяться на что-то лучшее. Это ложь, отбор всегда объективен.

Тесты к нам поступают из Тайного блока. Они подобраны так, что стандартный набор знаний вряд ли поможет. Подростки должны проявить быстроту, нестандартность мышления, мощную логику и интуицию.

Всех тех, кто сумеет набрать Высший Балл, (таких, в среднем, бывает не больше 70 человек) приглашают на Личную Встречу. Мы, шесть педагогов трех кланов, из них формируем свои группы, а остальные ребята идут в школы округа Радости.

Все тридцать шесть человек, что отобраны в “Школу Великих”, отныне живут в Башне, ставшей их домом на несколько лет обучения. Только один раз в году, во время Долгих каникул, они возвращаются в семьи. А кое-кто из детей вообще забывает о прошлом, считая, что Лестница Власти куда лучше грязной квартирки, в которой приходится вечно дрожать от угроз и побоев. (Обычная жизнь для любого, кто вырос в семействе из округа Тяжести.)

– Мне интересно, что будет на этот раз? – с нервной усмешкой спросил Марк, поднявшись по белым ступеням бассейна “Палаццо”, где мы отдыхали.

Его золотистые волосы и небольшая бородка, еще не просохнув, казались немного темнее, чем были. Я вновь засмотрелась на Марка. Он все еще нравился мне. Голубые глаза Марка меня немного смущали. Они до сих пор оставались загадкой… Очень большие, немного навыкате, и странно-детские… Словно Марк Рассел в свои тридцать два года все еще был тем мальчишкой, который учился, и сам не заметил, как начал учить.

Мы с ним знали друг друга уже девять лет. Наш Закон запрещает наставникам “Школы Великих” вступать в брак, поскольку такой шаг способен внушить мысль, что мы тоже можем, как многие пары Ковчега, подать заявку на “Право Рождения”.

Ковчег не может позволить рожать всем и каждому, или он просто погибнет. Совет Старших четко следит, чтобы наша извечная схема: “Конкретная смерть – компенсация в этом же округе” не нарушалась никем. Исключения очень редки и диктуются не личной волей возможных родителей, а Тайным Блоком, который способен велеть создать пару, потребную Родине для получения нужной им жизни. (Об этом все слышали, но ни один человек из тех, с кем я встречалась, не смог вспомнить ни одной “созданной” пары.)

Зато Закон благосклонен к “взаимным контактам” в свободное время. Считается, что это может поднять настроение и снять усталость наставников, дав стимул к новым занятиям.

Совместный отдых в округе Радости, потом неделя в “Палаццо”… И новый набор!

– Как ты думаешь, нам попадется хотя бы два-три “одаренных” ребенка? – опять спросил Рассел, садясь на зеленый ковер. – Я устал…

– От чего? – подставляя бок под фиолетовый свет длинной лампы, дающей красивый загар, удивленно спросила я.

– На меня давят… “Лаборатория” просит нормальных Волшебников, а их почти нет. Меня вызывает Совет Старших Башни… Наверно, наложат Взыскание.

– Может быть, все обойдется? – лениво спросила я, думая, стоит ли мне еще раз искупаться в бассейне.

– Тебе хорошо, Кайя! – вдруг вспылил Марк. – Снова выпустишь группу красавиц, и все: “Ах, прелестно! Они – настоящие феи!” Кому важно, что эти “феи” бездарны? Их просто возьмут в жены…

– Значит так, Марк, – обернувшись к нему, очень ровно сказала я. – Хочешь поссориться? Ладно. Но если ты хоть один раз скажешь что-то о девочках группы, то ты пожалеешь.

Марк понял, что я не шучу. Он вздохнул, недовольно взглянул, отвернулся и смолк. Вероятно, обиделся.

– Переживет, – раздраженно подумала я. – Нужно думать, а после уже говорить!

Выпад Марка задел. Я любила своих учениц. Может быть, среди них почти не было тех, кто способен попасть в “Академию магов”, однако назвать их бездарными мог лишь завистник. Любая из девушек группы была яркой личностью. Кроме физической красоты они все обладали умом, быстротою реакции и удивительным даром сливаться, когда это нужно, душой с собеседником, чтобы понять его мысли и чувства так, словно они были частью него самого. Редкий и очень ценный дар!

– Дело мужчины – творить физический мир, и долг женщины – дать ему Силу!

Этот лозунг известен был каждому, но понимали его лишь немногие. Я полагала, что Марк понимает. Ошибка? Смириться с ней было непросто.

– Обычная зависть! – решила я позже, но это не слишком утешило.