Антропогенный фактор - Забирко Виталий Сергеевич - Страница 31

— Вызови мне Марко Вичета… — сказал я секретарю.

Марко обедал. Как и все увлеченные работой люди, он не придавал особого значения застолью и перекусывал пиццей у рабочего стола, на котором в беспорядке валялись детали биомеханических устройств.

— Приятного аппетита, — сказал я.

— Угу-м… — прожевывая, кивнул Марко. Он взял со стола стакан с зеленоватой студенистой жидкостью, отпил. — Добрый день, Вольдемар.

— У вас в стакане, случайно, не биоэлектронный наполнитель? — поинтересовался я.

Марко обескураженно посмотрел на меня, затем на стакан и рассмеялся.

— Похоже… — согласился он. — Нет, это кисель из барутои. Хорошо, знаете ли, тонизирует, лучше кофе. И вкуснее… Что-то случилось?

— Вы не могли бы зайти ко мне? — попросил я.

— А в чем дело?

— Биокибер-геолог вышел из строя.

— Это как? — изумился Марко. — Сам, что ли?

Я развел руками.

— Бр-р-р… — недоуменно помотал он головой. — Знаете, был у меня случай на Ганимеде в испытательной лаборатории квазиживых механизмов. Лаборантка, разбирая сочленение экспериментального образца, никак не могла понять, как разъединяется сустав. Женщина она была отнюдь не хрупкая, недолго думая, взяла молоток и несколько раз хорошо приложилась. Когда же и это не помогло, она позвала меня. Увидев, что сталось с суставом, я обомлел. «Что случилось?» — спрашиваю. «А оно само!» — отвечает лаборантка

— Марко, — покачал я головой, — я не лаборантка.

— Да? — Марко скептически посмотрел на меня с экрана. — Хорошо, — вздохнул он, — сейчас буду.

Появился он в коттедже минут через пять.

— Где? — буркнул он, отводя глаза в сторону.

Не верил он, что биокиберы могут портиться сами по себе. Я тоже.

— Прошу сюда, — сказал я и провел его к лифту.

Когда Марко увидел распростертого на полу кабины биокибера, он удивленно присвистнул, снова бросил на меня недоверчивый взгляд и присел на корточки. Осмотрел биокибера, попробовал сгибать конечности, помахал ладонью у фотоэлементов. Затем вскрыл кожух головогруди, прошелся сканером по внутренностям, замерил биопотенциалы.

— Ничего не понимаю… — обескураженно пожал плечами. — Вы его точно молотком не?..

Я фыркнул.

— М-да… — Марко еще раз прошелся взглядом по корпусу биокибера. — А где контейнеры для сбора образцов?

— Я вынул кюветы.

— Клещами? — спросил он, указывая на сломанный зажим. — Или оно само?

— Этой кюветы не было, и кто ее извлек, не знаю. Вы полагаете, что это могло сказаться на самочувствии биокибера?

— Вряд ли… Сломать зажим на корпусе биокибера все равно, что оторвать шеврон с рукава вашего комбинезона. Вы, может быть, и расстроитесь, но в каталепсию не впадете… — Марко потрогал пальцами излом зажима, покрутил головой. — Любопытно…

— Что?

— Не похоже на клещи.

— А на что похоже?

— На черт-те что похоже. Зажим не перекушен, а сломан. И слом необычный… Металл на зажимах гибкий, и если его ломать, то у линии слома обязательно будет деформированный изгиб. А здесь никакой деформации. Видел я нечто подобное на биокиберах, работавших на Плутоне. Листы металла в условиях сверхнизких температур становятся хрупкими, как чипсы.

— Вы полагаете, что кто-то облил биокибера жидким гелием, а потом сломал зажим?

— Ничего я не полагаю! — поморщился Марко, поднимаясь с корточек. — Провожу аналогию… Я его заберу?

— Естественно. Мне такой биокибер не нужен. Если вам удастся активировать его память, передайте запись мне.

— Зачем?

— Что значит, зачем? — возмутился я. — Должен же я знать, в каких местах отобраны пробы и какой пробы и откуда не хватает!

— Вы давали биокиберу особое задание?

— Самое что ни на есть ординарное. — Если я и покривил душой, то самую малость. — Отбор проб для геологической карты местности.

— А общее сканирование разве не дает такой карты? — удивился Марко.

— Дает. Но специфические особенности минералов для данной местности можно определить только по образцам. Например, в мире нет двух одинаковых базальтов — по их структуре, микропримесям, возрасту образования всегда можно сказать не только с какой планеты данный базальт, но и с какой местности.

— Понятно, — кивнул Марко. — Я поехал. О результатах, если что-нибудь получится, сообщу.

Двери лифта закрылись, и он уехал с биокибером на нижнюю палубу.

Я вернулся в лабораторию, проанализировал образцы, затем вывел на экран карту местности, вспомнил, какие давал указания биокиберу-геологу, и разнес данные по точкам. Вообще-то мог бы и не делать этого — работа по контракту не предусматривала анализа образцов, и деньги мне платить за анализы никто не собирался. Но существовал негласный кодекс, по которому каждый планетолог по мере сил и возможностей вносил свою лепту в реестр минералов Галактического Союза. В конце концов, рано или поздно, самому приходилось пользоваться реестром.

Закончив с анализом образцов, я решил последовать совету медиколога и познакомиться со сведениями о «зеркале мрака». Но прежде чем обратиться к информотеке, запросил данные у биочипов. И тут случилось непредвиденное — биочипы молчали. Ни один не отвечал на запрос, и у меня невольно мурашки побежали по коже. Такого просто не могло быть! Вживляемые в организм биочипы составляли с ним одно целое и являлись как бы дополнительными органами. Выход из строя хотя бы одного мог произойти только в результате серьезной травмы, но чтобы отказали сразу все пять… Для этого нужно умереть, но я находился в полном здравии. Похоже, их работу кто-то блокировал, как блокировал работу ассиста и биокибера-геолога, но технология блокировки биочипов не известна никому в Галактическом Союзе. До сих пор это считалось невозможным в такой же степени, как блокировать работу мозга. То есть блокировать работу мозга можно, но это, опять же, означало летальный исход.

Как я ни был ошарашен происшедшим, однако ирония не покинула меня. Лучшее средство в кризисных психологических ситуациях подвергать все иронии. Я ощупал себя и нашел, что пока что цел и невредим и голова работает нормально. Слабое утешение, когда остаешься один на один с ситуацией на Мараукане и не с кем посоветоваться, не у кого попросить помощи. В каком-то смысле я оказался слеп, глух, нем, без рук и без ног на линии огня. А воевать как-то надо… Но самым существенным недостатком такой блокировки, как мне показалось, будет невозможность варьировать степень высотобоязни. Придется мучиться до конца контракта…

И вдруг я понял, что высотобоязнь исчезла без следа. Проверить было негде, но я был в этом абсолютно уверен. Похоже, вместе с блокировкой биочипов с меня сняли и психологическую установку высотобоязни. Невелика компенсация за потерю биочипов…

Самое время взять бутылку, пойти к Борацци и напиться, признав тем самым, что моя миссия закончилась полным крахом. Однако я пересилил упадочническое настроение — не на того напали! — и разозлился. Пока есть голова на плечах, буду работать. Вопреки всему, а быть может, и благодаря. Очень не люблю, когда меня пытаются вывести из игры.

Я сел к столу и приказал секретарю предоставить из информотеки все имеющиеся данные по «зеркалу мрака». Секретарь помедлил минуту, а затем сообщил, что для сбора информации и ее систематизации понадобится около двух часов. Ждать я не согласился и затребовал информацию по мере обнаружения без систематизации. Раньше я бы никогда не согласился получить дикий информационный коктейль из мифов, легенд, откровенных сказок, чуть-чуть приправленный более-менее достоверными сведениями, но ждать систематизации было выше моих сил. Чтобы отвлечься, надо загрузить голову, и я ее так загрузил, что через полчаса пожалел.

Информационный коктейль оказался не только диким, но и неудобоваримым, поскольку попытки выудить из него рациональное зерно выглядели абсурдным занятием. О какой достоверности или хотя бы ее подобии можно говорить, если в мифах, легендах и сказаниях различных рас Галактического Союза действуют добрые волшебники, злые колдуны, отважные герои и масса разнообразной нечисти, зачастую не поддающейся земной классификации, что, впрочем, не мешает этой самой нечисти делать пакости и ставить всевозможные препоны на пути героя. Именно одной из таких почти непреодолимых препон часто являлось пресловутое «зеркало мрака». В частности, в легенде ораокульцев, «зеркало мрака» разделяло мир живых и мир мертвых. Через него герою необходимо пройти, чтобы вернуть к жизни безвременно ушедшую в мир иной зеленокожую красавицу-подругу о восьми щупальцах и курносом клювике. Та еще прелестница… В других мифах «зеркало мрака» представало то талисманом богов, без которого конкретная раса жить не могла, как, к примеру, земная цивилизация без огня Прометея (но тем не менее раса жила и процветала, несмотря на то что, в отличие от земной цивилизации с ее огнем Прометея, не обладала «зеркалом мрака»), то волшебным зеркалом, наподобие рога изобилия, из которого, окунув в него псевдоподию, можно извлекать различные ценности и волшебные предметы, то выступало в качестве оракула, предсказывающего будущее, в основном почему-то мрачное и беспросветное… Размеры «зеркала мрака» колебались в весьма широких пределах — от карманных до чуть ли не планетарных. Обладателю зеркала оно приносило удачу, счастье, долгую жизнь, иногда бессмертие и прочие сказочные блага. В общем, чушь несусветная и сплошная лабуда.