Мародер - Забирко Виталий Сергеевич - Страница 42

Судя по реакции тени, она была отнюдь не против, но, на моё счастье, в это время прозвучал звонок в дверь.

– А вот и пиво прибыло! – подхватился я с дивана. – Ты как к пиву относишься? Положительно?

Котище негодующе фыркнул.

– Я так и думал, – заключил я и поспешил в прихожую.

Посыльным был молодой веснушчатый парнишка в рыжей фирменной куртке и такой же рыжей кепке с длинным козырьком. У его ног стояла большая картонная коробка.

– Добрый день, – поздоровался он. – Пиво заказывали?

– Добрый, – согласился я. – И лангустов.

– И лангустов, – подтвердил парнишка, протягивая мне счет.

Я открыл портмоне и принялся отсчитывать деньги.

Парнишка перевел взгляд мне за спину и восхищенно воскликнул:

– Ка-акой у вас кот!

– Нравится? – спросил я, отдавая деньги.

Посыльный, не глядя, сунул деньги в карман, продолжая смотреть мне за спину восторженным взглядом.

– Очень!

– Дарю, – предложил я.

– Мне?! – удивился парнишка.

– Тебе.

– Вы это серьезно?!

– Без шуток.

– Так… – задохнулся от счастья парнишка, и вдруг лицо его растерянно вытянулось. – Э-э…

– Что – «э»? – поинтересовался я. Оборачиваться и смотреть, что за моей спиной вытворяет тень, принципиально не собирался.

– Он ест много… – выдохнул парнишка и покачал головой. – Мне такого не прокормить.

– Как хочешь, – пожал я плечами, взял картонную коробку, пятясь, занес в прихожую и закрыл дверь перед носом застывшего в недоумении посыльного. И только тогда обернулся.

Тени в прихожей не было, и на пороге гостиной тоже. Я заглянул в гостиную и увидел, что тень в образе кота как ни в чем не бывало лежит на диване, будто никуда с места не двигалась.

Интересно все-таки, что она вытворяла за моей спиной, чтобы так огорошить парнишку? Дивана-то от входной двери не видно… Однако спрашивать не стал – нечего потакать проделкам межвременной твари. Позволишь одно, позволишь другое, и она на голову сядет. Если уже не сидит.

Я взял коробку, перенес на кухню и выставил бутылки в холодильник. Когда стал загружать в морозильник вакуумные упаковки с шейками лангустов, так захотелось есть, что чуть не разорвал зубами пластиковый пакет. Однако пересилил себя и сдержатся, вспомнив, что через десять минут должна прийти хозяйка квартиры. Сегодня у меня день посещений. Мужчине я бы мог предложить пиво с лангустами, а вот женщине, тем более хозяйке… Вероника Львовна – дама вся из себя, с претензиями.

Я сбросил халат, надел джинсы, легкую рубашку, убрал со стола стакан с выдохшейся водкой, оглядел гостиную. Вероника Львовна не любит, когда в квартире непорядок. В глаза никогда не скажет, но, по данным вариатора, предыдущим жильцам она отказала в квартире именно из-за их неряшливости, хотя на словах нашла более благовидную причину.

В гостиной царил почти идеальный порядок, но глаз все-таки за что-то зацепился. Что-то было не так, но что именно – я понять не мог.

– Ничего лишнего не замечаешь? – спросил у кота-тени.

Кот посмотрел на меня черными глазами и отрицательно повел головой.

– Ну да, откуда тебе знать? Ты здесь только со вчерашнего…

И тут я понял, что в гостиной не так.

– Тебе нравится валяться на диване? – вкрадчиво спросил я.

Тень подумала, прижмурилась и одарила меня улыбкой Чеширского Кота. Не понять, то ли «да», то ли для нее не имело никакого значения, где валяться – на диване или в сточной канаве. Пришлось срочно перестраивать назидательное нравоучение.

– Так вот, если не хочешь, чтобы твоего хозяина выгнали из квартиры, сделай так, чтобы хозяйка тебя в глаза не видела! Вероника Львовна домашних животных на дух не переносит!

Тень и ухом не повела, продолжая надменным сфинксом возлежать на диване, и мне ничего не оставалось, как ретироваться на кухню готовить кофе. Не знаю насчет пива, но кофе Вероника Львовна любила, и я старался ей в этом угождать. Что же касается присутствия тени, то тут я ничего поделать не мог. Давно понял – весьма строптивая особа. Как будет, так и будет. Вчерашние события кардинально изменили мое отношение к жизни. Тот, кто на себе испытал угрозу вытирки, к мелким неурядицам начинает относиться философски. В конечном счете, в жизни все, кроме смерти, – мелкие неурядицы.

Если вам предлагают: «Хотите, заварю кофе?», можете смело отказываться, так как человек, произнесший подобные слова, ни черта в кофе не понимает. Варить кофе – кощунство, ибо стоит ему закипеть, как получается бурда. Кофе готовят, и это целое искусство. Конечно, обо всех кулинарных тонкостях приготовления кофе я узнал только здесь, ибо там не до гурманских изысков. Там в отношении всей кулинарии существует лишь одно слово – еда. Если бы хронеров перед туристическим вояжем во времени не подвергали психологической обработке с внушением на подсознательном уровне умения держаться за столом, они бы такое в кафе и ресторанах вытворяли, что в сравнении с ними свиньи у корыта выглядели бы аристократами. Я и сам во время адаптации два месяца находился под внушением, пока не приспособился, но и потом, когда сняли внушение, еще месяц прожил здесь под строжайшим надзором. Только после этого получил лицензию пиллиджера.

Звонок в дверь прозвучал в тот момент, когда я снимал турку с плиты.

– Кто там? – поинтересовался я, выходя в прихожую.

Как-то раз я открыл дверь не спрашивая, и хозяйка долго выговаривала, почему не интересуюсь, кто пришел. А вдруг грабители? Очень она опасалась, что квартиру могут ограбить, хотя что тут грабить? Из ее вещей здесь только посуда да мебель, но мебель просто так не вынесешь, а посуда не повод для грабежа. Этого хлама на любой барахолке за бесценок навалом. Однако с тех пор по ее приходу я всегда спрашивал: «Кто там?», ибо знал: второго предупреждения не будет. Попросит с квартиры, как предыдущих жильцов.

– Вероника Львовна, ваша хозяйка, – пропело из-за двери контральто.

– Добрый день, Вероника Львовна! – расплылся я в приветственной улыбке, широко распахивая дверь. – Проходите!

– Здравствуйте, Егор, – поздоровалась она, зашла в квартиру, небрежным движением поставила сумочку на тумбочку у зеркала и направилась в гостиную.