Мародер - Забирко Виталий Сергеевич - Страница 71

– А как же моя вчерашняя демонстрация? – спросил он.

– А вот тут я… э-э… – Марк растерянно развел руками и потянулся за бутылкой. – Кто-нибудь еще хочет?

Что за демонстрация состоялась вчера, я мог только догадываться, но она перечеркивала все только что изложенные Марком научные выкладки. Марк тем не менее примириться с ней не мог, и теперь я понимал, почему он в хорошем подпитии.

– Не надо больше, – попросила Злата и попыталась урезонить коллег: – Ребята, хватит пикироваться. Сегодня у вас праздник, на пикник едем по случаю вручения гранта… Кстати, – она лукаво усмехнулась, – Егор тоже имеет некоторое отношение к путешествиям во времени.

Я опешил и уставился на нее во все глаза. Ей-то откуда обо мне известно?! Она ведь местная!

– Я почему-то так и думал, – сказал Гудков, не сводя с меня пристального взгляда.

– Он редактирует в издательстве произведения научной фантастики, – с милой непосредственностью пояснила Злата, – и до такой степени закопался в ней, что причисляет себя к пришельцам из времени. Но не из будущего, а из прошлого. Из неолита.

– Ах вот в каком смысле… – разочарованно протянул Гудков.

– Ха-ха, – равнодушно произнес Марк. – Идеи Уэллса живы… э-э… вопреки научной аргументации.

– Хватит уже! – раздраженно оборвал его Гудков.

– Хватит так хватит, – послушно согласился Марк, но все же не удержался от насмешливого замечания в мой адрес: – Говорите, из неолита? То-то я вижу… э-э… ваш зверь похож на доисторического хищника.

– Какой еще зверь? – насторожился Гудков. Он вновь сверлил меня взглядом.

– А ты в окно не выглядывал? – удивленно вскинул брови Марк. – Напрасно… Видел белую кошечку Златы? С рысь размерами, да? Так этот котище… э-э… еще больше. И черный, как сама ночь.

Гудков хотел что-то спросить, но в это время лимузин остановился и из-за перегородки между салоном и шоферским отделением донеслось:

– Приехали.

– Оченно хорошо! – обрадовался Марк. – Ох и напьюсь же я… э-э… сейчас.

Он выбрался из машины, за ним последовал Гудков, а затем и мы со Златой.

Место для пикника было выбрано где-то за городом, на излучине Клязьмы. Шофер доставил нас на асфальтированный пятачок на небольшом холме, запруженный тремя десятками автомашин. Внизу, у Деревянного причала, стоял иллюминирующий огнями теплоход, с палубы доносились возбужденные веселые голоса, играла музыка.

– Кот, говорите, у вас большой? – спросил Гудков, обращаясь ко мне.

Ему почему-то очень хотелось поговорить со мной, выведать что-то. У меня же, после того как по наитию понял, кто на самом деле является основателем хронофизики, пропало желание общаться с псевдоисторической личностью.

– Да, большой, – буркнул я, лишь бы отвязаться, и принялся оглядываться по сторонам в поисках Сатаны или его проявлений. Но Сатаны нигде не было видно. Не было видно и его проявлений.

– Черный? – и не подумал отставать от меня Гудков.

– Черный.

– А зовут как?

– Сатана.

– Сатана? Негоже так называть кота.

– Почему? – пожал я плечами. – Ядерную ракету можно называть «Сатана», а кота – нельзя?

– Нельзя называть домашних животных именем врага рода человеческого!

Я удивленно посмотрел на Гудкова.

– Вы верующий?

– Да.

– Гм… – Я покрутил головой. Достал он меня дальше некуда, и я решился на радикальную меру. – У меня масса аргументов, почему могу называть животных как мне вздумается. Но среди них есть один, который перевешивает все. Знаете, в чем суть этого аргумента?

– И в чем же?

– А не пошел бы ты на хрен?

– Что? – изумился гений всех времен и народов в будущем по версии службы стабилизации.

– Плохо со слухом? Повторяю: а не пошел бы ты на хрен?

Его лицо покрылось пятнами, он дернулся, но в драку не полез, стушевался и быстро ретировался.

– Это и есть твой аргумент? – спросила Злата.

– Не просто аргумент, а самый весомый! – уточнил я.

Скорым шагом Гудков спустился по тропинке к причалу, поднялся по сходням на теплоход, и оттуда донесся взрыв восторженных приветствий. Надо же, ещё никто в истории, а уже встречают как гения.

– Как вы его… – завистливо вздохнул Марк. – Мне бы… э-э… так. Идемте.

Он подхватил меня со Златой под руки и увлек вниз по тропинке к теплоходу.

Никто нас, как Гудкова, приветственными криками на теплоходе не встречал. Понятно: кто мы и кто он, однако антипатия к нему возросла ещё больше. Не из зависти, а из солидарности с Марком. Обидно, когда видишь, как почести воздаются не тому, кому должны предназначаться в действительности. Впрочем, не сейчас, а в будущем.

Вопреки утверждению Златы, что на пикнике форма одежды будет вольная, все женщины щеголяли в вечерних платьях, а мужчины в строгих костюмах. К счастью, приглашенные давно были навеселе, и на мои джинсы и куртку никто не обращал внимания. На танцплощадке на носу теплохода под медленную музыку топталось несколько пар, однако основной контингент сосредоточился на корме у бара. Там то и дело хлопали пробки откупориваемых бутылок шампанского, гудели возбужденные голоса. Благопристойный пикник высшего общества постепенно, но верно переходил из светского раута в обычную пьянку. Бомонд гулял по-русски. Некоторые мужчины уже развязали галстуки и бабочки, и не за горами было то время, когда под ноги полетят фраки и смокинги, а затем и женщины останутся в одном белье и будут танцевать на столах. А закончится все массовым купанием в Клязьме голышом. Чего только себе не может не позволить загадочная русская душа! Какой смокинг в состоянии ее облагородить, если смирительная рубашка нипочем?

– Как насчет… э-э… шампанского? – предложил Марк.

– Шампанского? – Злата подумала и отрицательно покачала головой. – Пожалуй, достаточно, а Егору тем более. – Она внимательно посмотрела на меня и подала руку. – Мы пойдем танцевать. Дама приглашает кавалера.

– Э-эх! – шумно выдохнул Марк и хлопнул меня по плечу. – Завидую тебе, Егор. Какая женщина… э-э… Мне б такую!

Злата кокетливо погрозила ему пальчиком и повлекла меня на танцплощадку.

– А я напьюсь! – крикнул нам вдогонку Марк. – Гулять так гулять! – Он ринулся на корму. – Где здесь шампанское наливают?!