Рука Трауна-1: Призрак прошлого - Зан Тимоти - Страница 63

То есть кое-какая растительность, конечно, наличествовала — от кряжистых, развесистых деревьев с широкими веерообразными листьями и до стелющихся по земле трав, которые на такой скорости было не рассмотреть. Но обычное разнообразие цветов, которое в знакомых ей мирах считалось нормальным явлением, Нирауан по каким-то причинам обошло. Все, что наблюдалось на поверхности, было коричневым или серым, и только изредка эту унылую монотонную картину разнообразили вспышки темно-красного или темно-фиолетового. Может быть, такова была естественная адаптация к мутно-красному свету местного солнца, а может быть, все богатство оттенков этой планеты было исключительно в инфракрасной области спектра. Последнее, правда, вряд ли.

— Подхожу к каким-то холмам, — сказала Мара в записывающее устройство, прикрепленное к краю контрольной панели «защитника». — Холмы довольно скалистые — если на них и была почва, то ее снесло эрозией, — она взглянула на дисплей. — Чужих сенсоров пока не наблюдается.

Она оторвалась от панели, вглядываясь в пейзаж впереди по курсу. Там, между двух самых скалистых гор… что это?

— Впереди что-то похожее на овраг, — сказала она. — Нет, скорее это целое ущелье или расселина. Фактически…

Она мягко тронула ручку управления истребителя, набирая высоту для лучшего обзора, хоть с точки зрения обнаружения это и было чревато. Первое впечатление оказалось совершенно верным — глубокий каньон впереди упирался точно в пункт назначения.

И, если только глаза ее не обманывали, он давал отличное прикрытие на всем пути до этого самого пункта.

— Похоже, я отыскала подход, — сказала она, нажимая клавишу загрузки навигационной информации в устройство записи. — Выглядит как мощеная дорожка прямо до дверей.

Вот только если чужаки натыкали по ложбине сенсоров, то это будет дорожка прямиком в засаду. Придется, подумала Мара, довериться чутью, которое в случае опасности пока что не подводило.

Ущелье вблизи оказалось точно таким, как и выглядело издали: довольно прямым, от пятидесяти до ста метров шириной. Средняя глубина была метров сто, но местами случались и провалы метров на триста. По опыту Мары, обычно в таких каньонах бежали речушки с довольно быстрым течением, но дно этого оказалось совершенно сухим. Стенки каньона были из грубого серого камня, кое-где по бокам виднелись мелкий кустарник и прочно вцепившиеся в камень ползучие растения.

— Пока что сенсорной активности не фиксируется, — сказала она в микрофон записывающего устройства и начала снижение к узкому проходу.

Стандартная военная логика, как известно, заставила бы возможного противника атаковать ее где-то на протяжении этих первых километров — там, где она была бы лишена возможности маневра, — а заодно и не подпуская слишком близко к базе. Прислушиваясь к Силе и поглядывая на бледно-голубое небо над головой, она продолжила путь.

Но… пока что никто не нападал. Ущелье расширялось, сужалось, снова расширялось, в какой-то момент левая стена каньона исчезла, и с обрыва открылся вид на обширную, поросшую лесом долину. Но открытое пространство быстро кончилось, через секунду слева вновь выросла стена. Растительность, как будто вдохновленная соседством леса, стала гуще и разнообразнее, кусты и ползучие растения теперь уже почти полностью скрывали скалистые стены.

И еще — тут чувствовалось нечто новенькое.

— Вижу дыры в стенах ущелья, — сообщила она, пытаясь одним глазом заглянуть внутрь хотя бы одного из отверстий. Но скорость позволяла понять лишь, что дыры настолько глубоки, что солнечный свет в них практически не проникает. — На первый взгляд, выглядят достаточно естественно, — продолжила она. — Могут быть колониями пернатых или пресмыкающихся, а может — и частью сенсорной системы. Рекомендую следующему визитеру прихватить набор обнаружения сенсоров помощнее моего… Секунду…

Она сбавила скорость и всмотрелась вперед. Ущелье опять расширялось, и справа…

— Похоже, я обнаружила-таки парадный подъезд, — выговорила она наконец. — Выглядит как вход в пещеру впереди и справа, немного под углом. Проход довольно большой — маленькие и маневренные корабли, вроде тех, что мы видели, вполне могли бы там развернуться. И вот теперь надо принимать решение — лететь дальше на «защитнике» или пройтись пешком.

Истребитель почти застыл на месте, и она, на всякий случай поставив репульсоры на полную тягу, напряженно размышляла. Естественно, самым очевидным решением было залететь внутрь на «защитнике». Только вот в этом случае «очевидное» вовсе не означало «умное». Поскольку на входе в шахту никаких реакций не просматривалось, это могло означать только одно из двух: либо ее до сих пор не засекли, либо вообще не рассматривали как источник угрозы.

Как бы то ни было, одинокому путнику, возможно, удастся пройти дальше, не спровоцировав ответных действий, чем с ревом ворвавшемуся внутрь истребителю Новой Республики, ощетинившемуся готовыми к бою лазерами.

— Пойду пешком, — сказала она записывающему устройству, направив «защитник» к кустарнику неподалеку и заодно забирая биопробу наружного воздуха. — Пока что враждебности не проявлялось, и было бы неплохо, если и дальше пойдет в том же духе.

Тем не менее оружие из небольшого ящичка под приборной панелью она достала.

— Но на тот случай, если сложится по-иному, беру свой БласТек, второй бластер, скрытого ношения, — в рукав и еще лазерный меч, — добавила она. — Если что, то у меня будет неплохая фора.

Мара сунула бластер в кобуру на бедре, маленький — в специальный чехол внутри левого рукава. Затем подняла меч…

И замерла, глядя на оружие и ощущая кожей прохладу металла. Когда-то это был меч Люка Скайуокера. Меч изготовил его отец, Анакин Скайуокер, Оби-Ван Кеноби передал его Люку на Татуине. Люк подарил его Маре после того, как наконец удалось остановить мощное контрнаступление Империи, возглавляемое Гранд адмиралом Трауном.

Тогда они с Люком были союзниками. А теперь…

Поморщившись, она прицепила меч к поясу. Теперь она вовсе не была уверена, что они продолжают ими оставаться.

Точнее говоря, она не была уверена в Люке.

Пискнул биосканер: воздух был вполне пригоден для дыхания, без токсинов и опасных микроорганизмов, которые могли бы пройти через ее мощный иммунный барьер.

— Снаружи все в порядке, — сказала она, с трудом отбрасывая мысли о Скайуокере и возвращаясь к делам более прозаическим. Отключив репульсоры, она перевела системы «защитника» в режим ожидания и дважды проверила, что записывающее устройство установлено на периодическую передачу данных на «Звездный лед». — Беру с собой комлинк, настроенный на устройство записи.

Она закрепила комлинк на воротнике, чтобы руки оставались свободными, и откинула колпак кабины. Внутрь ворвался воздух Нирауана, холодный, бодрящий и наполненный тонким экзотическим ароматом незнакомого мира. Отстегнув привязные ремни, она встала, вытащила из рундука аварийный набор пилота «защитника», накинула одну из его лямок на плечо и выбралась из кабины. Надежно пристроила рюкзак на спине, оглянулась еще разок вокруг, защелкнула колпак и направилась к пещере.

Хоть травянистая растительность под ногами и была невысокой, широкие травинки все же пытались цепляться за ноги. Хорошо, что движения это особенно не затрудняло. Она внимательно вслушивалась в окружающие шорохи. Пока что живность не проявлялась ни в каком виде. Тишину нарушали только шелест растений да шепоток ветра в ущелье.

Но она-то знала, что живности тут более чем достаточно, и прекрасно понимала, что за ней наблюдают из маленьких дыр в стенках ущелья. Живое чувствовалось в ветках кустов, чувствовалось под стеблями лоз, покрывающих скалы.

Ладно, пока особенной опасности все это не представляло, и то хорошо…

— Возможно, я ошиблась, — сказала она в комлинк, вытаскивая на всякий случай бластер. — Та дыра наверху может быть обычной пещерой. Думаю, скоро я это буду знать точно.

Она осторожно стала карабкаться к пещере. И столь же осторожно заглянула туда.