Конец лета - Зейдель Кэтлин - Страница 61

Глава 11

Элли предложила уложить Алекса и Клер.

— Я знаю, что вам с папой надо поговорить о путешествии на каноэ.

Феба поблагодарила ее.

— Но поговорить нам надо только об Алексе и Клер. Ты, если хочешь, конечно, можешь поехать.

— Я надеялась, что ты так скажешь!

Элли взяла за руки брата и сестру и, приплясывая, направилась к «ночлежке».

Джайлс дождался, пока дети не могли их услышать.

— Элли влюбилась в Ника, да? — спросил он.

Феба кивнула. Дома тринадцатилетняя Элли и ее подруги общались с мальчиками только в компании. Если дочь и испытывала какие-то чувства к одному из них, то это был, по предположению Фебы, сын одного из преподавателей физики, интеллектуально одаренный паренек, который был настолько застенчив, что вполне мог так и не закрутить ни с кем романа до самого колледжа. Уверенная независимость Ника, без сомнения, вызвала у Элли совсем другие мысли. Краснея и задыхаясь, она следила за ним, когда он не смотрел на нее, и нервно отводила взгляд, когда смотрел.

Джайлс состроил гримасу.

— По всей видимости, он неплохой парень, но, вероятно, очень несчастный. Да и со стороны Мэгги ее ждет нешуточное соперничество.

— Это уж точно, — вздохнула Феба.

Когда Мэгги исполнилось пятнадцать, Джойс отвела ее к гинекологу за противозачаточными таблетками.

— Я хочу, чтобы она могла принимать решения относительно физических удовольствий, обладая полной информацией, — заявила тогда Джойс.

Феба посчитала это безумием. Джойс таким образом не помогала Мэгги принимать решения, она поощряла импульсивные поступки.

Феба поднялась и подошла к Гвен, чтобы взять у нее Томаса. Полусонный, он обмяк и потяжелел. Джайлс открыл дверь в новый дом, и они вошли в спальню. Джойс с Йеном еще были на улице, так что можно было поговорить.

— Так что насчет Алекса и Клер? — спросила Феба. Она положила Томаса на кровать и принялась стаскивать с него комбинезон. Он был весь перепачканный, коленки пропитались грязью. — Они до смерти хотят поехать.

— И мы будем чудовищами, если им этого не позволим. Вопрос только в том, кто поедет с ними, а кто останется дома с этим маленьким чудовищем.

Джайлс пощекотал Томаса под подбородком. Обычно малышу это нравилось, но сегодня он был слишком сонным. Он поднял маленький пухлый кулачок, словно отмахиваясь от руки отца, но даже это усилие оказалось для него чрезмерным.

Феба посмотрела на Джайлса. Что тут обсуждать? Да, по полдня придется сидеть в каноэ, но предстоит еще и переносить груз и лодки через волоки, по неровным каменистым тропам, а места для стоянок часто располагаются на крутых берегах. Ему все это будет трудно.

Он продолжил:

— Я знаю — ты решила, что я останусь дома… и я, разумеется, останусь, если ты захочешь поехать.

— Но ты тоже хочешь.

— Что бы там изначально ни планировали Джек с Ником, теперь, когда едут деги, им придется выбрать легкий маршрут. Да, я хочу поехать.

Джайлс редко вот так высказывался. У него были сложившиеся мнения, и иногда он навязывал их всем остальным, но он всегда думал о том, что будет хорошо для всех: его никогда не заботили только собственные желания. Феба понимала — ребенком он очень многого не мог и поэтому научился ограничиваться малым, чтобы не разочароваться.

— Я знаю, с моей стороны это несправедливо, — продолжал он, — потому что в ту самую секунду, как я сказал, что хочу в поход, ты уже приняла решение и даже не думаешь о том, чтобы отправиться самой.

Он был прав. Если он хочет поехать — вопросов нет, она останется дома с Томасом.

Она положила малыша в кроватку.

— Ты хочешь уехать с озера? — спросила она.

Они никогда об этом не говорили — о том, что Джайлс не любил озеро так же сильно, как она.

— И это тоже, — признался он. — Этот год у нас выдался нелегким, но, кроме того, мне просто хочется поехать. — Его голос повеселел. — Мне кажется, я наконец-то понял, кем хочу быть, когда вырасту.

— И кем же? — с улыбкой посмотрела через плечо Феба. Он был самым что ни на есть взрослым человеком на этой земле.

— Я хочу быть Джеком.

— Что? — уставилась на него Феба.

— Ты не ослышалась. Я хочу быть Джеком. У него здорово получаются все мужские дела — инструменты, работы на улице. Я хочу быть таким.

— Джайлс! — Феба принужденно рассмеялась. — Ты хочешь быть Джеком?

Джек ей понравился. Он действительно умел делать грубую и тонкую работу, великолепно справлялся с любыми проблемами, но…

— Да. Я хочу быть таким, но в своей жизни.

Феба начала раздеваться.

— Я полагаю, нет надобности напоминать тебе, что у Джека нет ни семьи, ни дома, ни, похоже, работы, и вероятно, это не случайно. Ты можешь представить себе его выполняющим твою работу?

— Без сомнения. У себя под столом он будет держать бензопилу и, как только кто-нибудь начнет испытывать его терпение, запустит этот агрегат и начнет крошить мебель. Люди научатся вести себя.

— Если у Джека будет твоя работа, он, возможно, применит бензопилу к себе.

Феба действительно любила этого мужчину. Она знала, как их брак выглядит со стороны: старшая дочь выходит замуж за калеку, чтобы у нее по-прежнему было о ком заботиться. Но из всех ее знакомых Джайлс меньше других нуждался в помощи. Она обошла кровать и села рядом с ним, вложила свою руку в его ладонь и прислонилась щекой к его плечу.

— Я рада, что ты хочешь поехать.

Когда они приехали сюда в первый раз, Джайлсу пришлось трудно — для него было очень мало работы. На следующее лето он спросил, можно ли ему починить старую деревянную лодку, которая принадлежала предыдущим владельцам бревенчатого дома. Ремонт лодки занял у него годы, а лодка с тех пор стала принадлежать ему, это была единственная вещь, которая его волновала.

И вот теперь он захотел отправиться в путешествие на каноэ. Феба была рада.

На самом деле, остаться здесь будет не так уж плохо. Гвен, отец и Холли уже сказали, что не поедут, вероятно, Эми тоже. Поэтому одиночество ей не грозит. Возможно, странно будет находиться здесь в такой небольшой компании — совсем не похоже на жизнь на озере, — но она не станет придавать этому значения.