Порядок в танковых войсках - Земсков Андрей - Страница 5

Немецкое командование рассчитывало быстрыми охватывающими ударами расколоть русские войска на отдельные части и окружить их. Затем обычные пехотные дивизии должны были заняться добиванием окруженных группировок. А танковые клинья, не останавливаясь, стремительно наступать дальше, не давая русским создать новый оборонительный рубеж и уничтожая подтягивающиеся русские дивизии, по мере их прибытия. У РККА с ее неповоротливостью не было шансов, даже с учетом формального численного превосходства. Медлительные стрелковые дивизии не могли достаточно быстро реагировать на стремительно меняющуюся обстановку и поспевать вслед за неудержимо вклинивающимися в их тылы стальными лавинами немецких танковых групп. Их скорости не хватало даже для отступления, не говоря уже о ликвидации прорывов и подготовки новых рубежей обороны.

А ведь Гитлер боялся, что Россия нападет первой, полагаясь на свое численное преимущество. А что бы это дало русским? А ничего! Французы в сентябре 1914 года тоже начали войну с наступления, а затем драпали почти до Парижа. Тягаться в маневренной наступательной войне с немцами было бесполезно — не помог бы даже превентивный удар, если бы Сталин на него решился. Как было известно Манштейну, кое-кто из русских генералов предлагал осуществить упреждающий удар по Германии. И хотя Сталин запретил об этом даже думать, Гитлер и германское командование все равно продолжали опасаться превентивного удара, по сути запугивая сами себя.

Но уже первые дни войны подтвердили мнение Гитлера о том, что Россия и ее армия не боеспособны. Русские как будто впали от неожиданности в шок. Они не думали создавать новую линию обороны либо кидаться в наступление. Они просто отступали с боями. А основная масса войск продолжала оставаться вдоль линии старой границы, опираясь на укрепления, которые начали возводить еще в середине 1930-х. Но чем им это поможет? Из-за большой протяженности и слабой индустриальной базы русские так и не смогли построить сплошную полосу укреплений, как французы. «Линия Сталина» — всего лишь цепочка укрепрайонов, уступающих не только «Линии Мажино», но и финской «Линии Маннергейма». Довольно большие промежутки между ними заполняются лишь укреплениями полевого типа, которые сейчас в спешке возводит мобилизованное население. Но французам «Линия Мажино» не помогла, Гудериан ее обошел. А финскую «Линию Маннергейма» сами же русские взяли в лоб. Чехи вообще свои укрепления в Судетах, сравнимые по мощности с французскими, сдали без боя.

Потому предстоит всего лишь повторение того, что было проделано у границы — танковые клинья прорвут фронт в промежутках между укрепрайонами и войдут в тыл русских войск. Дорога на Ленинград и Москву будет открыта, а с их падением Россия капитулирует. Это показал и пример Финляндии. Ведь русские в декабре 1939 взяли «Линию Маннергейма» с ходу — настолько быстро, что удивили весь мир. А особенно тогда удивились финны. Они удивились настолько, что торжественно капитулировали. Хотя до этого в Финляндии был угар шовинизма, а планы взять Ленинград и оккупировать Карелию высказывали не только парламентские пустобрехи, но и многие представители армейских кругов. Еще возможно, дело было и в личных отношениях между Маннергеймом и Слащовым, пришедшим на смену «красному маршалу» Ворошилову. Ведь оба, и Маннергейм, и Слащов некогда были офицерами русской императорской армии. А потому капитуляция представляла из себя церемониал в духе XIX века — на центральной площади Хельсинки Маннергейм вручил Слащову свою шпагу эфесом вперед. В ответ Слащов вернул ее в знак уважения к храбрости финнов. Хотя, конечно, эта храбрость им не помогла, а Финляндия хоть и осталась формально суверенной, но в качестве республики в составе Советской России. В общем, так или иначе, Финляндия капитулировала, как только русские танки подошли к пригородам Хельсинки.

Манштейн отошел от стола и задумчиво посмотрел в окно. По улице побатальонно шла пехота. Крепкие немецкие парни. Молодые лица, уже обветрившиеся и загорелые после долгих маршей. Беззаботные победные улыбки. Наверное, уже предвкушают торжественный парад во взятом Ленинграде. Русские, надо отдать им должное, тоже храбро сражались, но храбрость им, так же как и финнам, не поможет. Ведь Адольф Гитлер явно не будет так снисходителен к побежденным, как Сталин. И недаром фюрер, собрав перед войной генералов, заявил:

«Наша сила — в подвижности и жестокости. Чингисхан с полным сознанием и легким сердцем погнал на смерть миллионы детей и женщин. Однако история видит в нем лишь великого основателя государства. Мне безразлично, что говорит обо мне одряхлевшая западная цивилизация. Я отдал приказ — и расстреляю каждого, кто скажет лишь слово критики. Приказ гласит: цель войны состоит не в достижении определенной линии, а в физическом уничтожении противника. Поэтому я — пока лишь на Востоке — подготовил мои части „Мертвая голова“, отдав им приказ без сожаления и жалости уничтожать мужчин, женщин и детей. Только так мы можем завоевать жизненное пространство»[4].

Конечно, в первые дни сопротивление было крайне ожесточенным. Русские дрались за каждый клочок своей земли. Особенно пограничные войска НКВД. Не имея противотанковой артиллерии, а лишь автоматические винтовки АВС-36, пулеметы АВС-36П[5] и ручные гранаты, эти парни в зеленых фуражках задерживали не только пехотные, но и танковые части. Хоть и ненадолго.

Потери Вермахта и Ваффен СС превысили запланированные. Но это не остановило немецкое наступление. Русские войска, получив приказ об отходе, начали отступление, но, будучи почти не моторизованными и медлительными, не смогли достаточно быстро отойти к находившейся в тылу второй линии обороны и были отрезаны. И теперь Сталин и его генералы опять собирались повторить свою ошибку первых дней войны, но только в еще большем масштабе. Сосредоточив основные силы позади укрепрайонов «Линии Сталина», они сами напрашивались на их окружение. Тем более что пространство между ними было заполнено лишь жидкой цепочкой обычных пехотных частей в полевых укреплениях.

Немцы ведь не дураки, чтобы штурмовать бетонные ДОТы «Линии Сталина». Танки Вермахта рассекут русскую оборону в промежутках между укрепрайонами и сомкнутся за спиной сосредоточенных за ними русских войск, зажав их в нескольких гигантских котлах. То, что у русских останется на Дальнем Востоке, можно будет уже не принимать в расчет. Максимум две-три недели, и Россию ждет полный разгром. Россия обречена. И вряд ли у русских еще останется воля к сопротивлению, когда «Линия Сталина» будет прорвана, а их армия раздроблена на куски и окружена.

Но что означает это неожиданное наступление? Эти неизвестно откуда взявшиеся танковые армады? Да еще и танки какой-то новой конструкции, почти не уязвимые для немецких пушек. Тем более что подобные удары русские нанесли одновременно и на других участках фронта. Утренний удар русских был неожиданным. По данным авиаразведки, их механизированные корпуса по-прежнему располагались в местах своей постоянной дислокации более чем в ста километрах от линии фронта. Но откуда же тогда взялись те танковые дивизии, которые ударили во фланг войскам 4-й танковой группы и уже выходили в их тылы, рассекая группу армий «Север» на части? И момент был самый неудачный — 4-я танковая группа при поддержке передовых частей 18-й армии приступила к форсированию Западной Двины, с большими потерями захватив несколько плацдармов на другом берегу и начав переправу основных сил.

И вот неожиданно на фланге, где еще не успели занять позиции несколько отставшие части 18-й армии, появляются русские танки. Они сметают немецкие заслоны и прорывают фронт. Насколько глубок этот удар и какие силы русские ввели в прорыв? И что это? Попытка отрезать вырвавшуюся вперед 4-ю танковую группу или всего лишь локальный удар с целью отвлечь немецкие войска, задержать наступление и дать возможность достроить оборонительную линию на правом берегу Западной Двины?

4

Гитлер — 22 августа 1939 г. Из речи на секретном совещании с высшим военным руководством Германии.

5

Ручной пулемет Симонова обр. 1936 на базе АВС-36. В реальности на вооружение не принимался, хотя Симонов впервые представил семейство унифицированного стрелкового оружия, включая ручной пулемет, в 1931. Симоновская конструкция отличалась надежностью, технологичностью и дешевизной. В 1944 на вооружение был принят карабин СКС, до сих пор состоящий на вооружении в качестве вспомогательного оружия во многих странах и ставший прототипом для самого распространенного оружия в мире бельгийской винтовки FN-FAL и ее клонов. Однако из-за подковерных интриг главного советского оружейника Федорова и его учеников Дегтярева и Токарева, РККА осталась к 1941 с оружием 1914-го — винтовкой Нагана-Мосина и пулеметом «Максим», так как оружие Дегтярева и Токарева слишком плохо показало себя в реальных боевых условиях. Основной проблемой при создании автоматического оружия был винтовочный патрон 7.62x54R от винтовки Нагана-Мосина, имевший закраину, которой патроны могли цепляться друг за друга при перекосе в обойме.