Наследие чародея - Зеттел Сара - Страница 1

Сара ЗЕТТЕЛ

НАСЛЕДИЕ ЧАРОДЕЯ

Памяти Иды Льюис,служившей смотрителеммаяка в Лайм Роке, штат Род-Айленд,с 1879 по 1911 год

Автор благодарит Безымянную писательскую группу за помощь и терпение. Спасибо Историческому обществу Бейфилда и смотрителям маяка Песчаного острова за помощь в исследованиях. Спасибо завсегдатаям таверны Гроэнка на Первой улице, которые оказались на месте в нужную минуту.

Отдельная благодарность Мэри Луизе Клиффорд и Дж. Кэндэйс Клиффорд, авторам труда «Женщины — смотрители маяков», послужившего в некотором роде толчком к написанию этой книги, а также Ли Мердок, чья интерпретация «Хранителя маяка» тоже сыграла не последнюю роль.

Глава 1

1 ноября 1899 года. Штат Висконсин.

Маяк на Песчаном острове.

Бриджит проснулась ровно в полночь. Глухо стучали ставни — на Верхнем озере  опять бушевала буря. Сквозь щели в оконной раме тянуло промозглым ноябрьским холодом. Свет маяка горел ровно, но, отраженный от беспокойной поверхности воды, судорожно метался бликами по стенам комнаты.

Маяк взывал к тем, кого угораздило оказаться на озере в такую ночь. Он будто кричал: берегитесь, здесь скалистый берег, здесь опасно! Однако предупреждению вняли не все. Бриджит закрыла глаза и внутренним взором увидела лодку с изорванным в клочья парусом. В ней метался человек: он пытался совладать с разбитым румпелем и направить суденышко к пристани, но его старания были тщетны. Волны неумолимо несли лодку к каменистой отмели.

Сердце Бриджит забилось сильнее. Она не сомневалась: видение, как всегда, правдиво. Отбросив одеяло, Бриджит босиком пробежала по холодному полу, схватила со стула шерстяные чулки, сдернула с крючков теплую юбку и свитер. Если бы не отблески маяка, в комнате было бы совсем темно. Но, несмотря на это, движения Бриджит были быстрыми и уверенными.

Под карнизом угрожающе завывал ветер. Совсем скоро озеро выбросит ярко раскрашенную скорлупку на камни и разобьет вдребезги. «Ну уж нет!» Бриджит распахнула дверь на винтовую лестницу. Каждый шаг по узорчатым железным ступеням гулким эхом разносился под потолком. «Сегодня озеру ничего не достанется».

Можно было разбудить экономку или ее сына, но Бриджит не стала тратить на это время, решив, что справится и сама. Накинув на плечи старый отцовский дождевик и сунув ноги в высокие растоптанные сапоги, она зажгла фонарь, отперла дверь и шагнула навстречу буре.

Ветер тут же набросился на нее, сбивая с ног. Он как будто пытался загнать Бриджит обратно в дом. Но она упрямо, хотя и медленно, двигалась вперед, и ветру оставалось только завывать от ярости и бессилия.

В воздухе пахло приближающейся зимой. Бриджит поежилась. На Верхнем озере бывали ночи и похуже, однако и нынешняя не сулила ничего хорошего.

По крутым деревянным ступенькам Бриджит спустилась к лодочному сараю, примостившемуся у самой воды. Черное озеро бурлило и пенилось, сливаясь с чернотой неба. Ледяные брызги окатывали Бриджит с головы до ног, слепили, не давали дышать. Она с трудом подавила дрожь: не хотелось, чтобы озеро решило, что она боится. Бриджит поглубже надвинула капюшон и подняла фонарь над головой, пытаясь хоть что-нибудь разглядеть.

Дрожащий луч упал на край отмели, высветив лодку, под нелепым утлом торчавшую из воды. Мачта еще кое-как держалась, но рваный парус бестолково хлопал на ветру.

Бриджит осторожно ступила на скользкие камни и двинулась к лодке. Волны хлестали по ногам, юбка намокла и отяжелела, каждый шаг давался с трудом. Подхватив подол, Бриджит поспешила дальше.

Нос лодки лежал на каменистом берегу, в то время как корма находилась в воде, болезненно содрогаясь от накатывающих волн. Озеро тянуло лодку к себе, пытаясь завладеть бесчувственным человеком и навсегда спеленать его холодом.

Чудом не поскользнувшись, Бриджит добралась до судна и ухватилась за борт. Лодка была полна воды. Снасти, бочонки и сети плавали в ней, сбившись в кучу. На дне, лицом вниз, лежал человек.

Бриджит повесила фонарь на мачту, зацепив за какой-то обломок, и осторожно перевернула человека на спину. Нужно было убедиться, что ему в горло не попало ничего, кроме воды. Разжав бедняге челюсти, она засунула ему в рот палец. Незнакомец закашлялся. Бриджит поскорее перевернула его лицом вниз, чтобы желудок и легкие освободились от воды.

Разбитая лодка раскачивалась и потрескивала при каждом движении, и Бриджит чудилось, что это озеро посмеивается, исподтишка утягивая их в воду. Незнакомец прокашлялся, и Бриджит наконец почувствовала, что его дыхание выровнялось. Она с трудом усадила его на скамью. Человек хрипло дышал, с усилием глотая воздух измученными легкими. У него была смуглая кожа, темные волосы и черная одежда.

— Вы можете идти? — чтобы перекрыть шум ветра и волн, Бриджит приходилось кричать. — Нам нужно выбраться отсюда!

Человек поднял голову, и она увидела, что глаза его черны, как воды озера. Но за этой темнотой был свет. Как мороз пронизывает тело через одежду, так этот свет проникал сквозь ее кожу — до самого сердца. Бриджит вздрогнула и отшатнулась, но холодная рука крепко сжала ее запястье. Человек попытался встать, и Бриджит, забыв о наваждении, подхватила его под мышки, помогая ему сохранить равновесие.

Только теперь она заметила, что незнакомец одет в плотное шерстяное пальто с высоким воротником и множеством пуговиц, с ажурной металлической застежкой у ворота. Это платье не похоже на одежду рыбака. Но сейчас важно другое: поскорее отвести несчастного в тепло. В конце концов, озеро выбрасывает на берег людей, не разбирая сословий.

Зажав фонарь в одной руке, а другой поддерживая спасенного, Бриджит стала медленно пробираться к твердой земле. Порой ей приходилось практически нести рослого мужчину на себе, но она никогда не была хрупкой барышней, да и незнакомец по мере сил все же помогал ей.

Наконец они добрались до лестницы. Мужчина пошатнулся и схватился за перила. Взгляд его огромных черных глаз был прикован к ступеням. Бриджит с тоской подумала, что сам он наверх подняться не сможет. Но в этот миг человек увидел свет, льющийся с башни маяка. Он взглянул на маяк, перевел взгляд на нее, и вдруг лицо его осветилось улыбкой — такой прекрасной, что у Бриджит перехватило дыхание.

Незнакомец взобрался по ступеням и даже смог удержаться на ногах, пока Бриджит отпирала дверь летней кухни. Но едва переступив порог, он стал оседать на пол, прямо в лужу холодной воды, которая текла с него ручьями. Бриджит едва успела подхватить его. По комнате разнесся запах озерной воды, холода и мокрой шерсти.

— Миссис Хансен! — крикнула Бриджит. — Миссис Хансен! Сэм!

Вдова-норвежка и ее взрослый сын давно привыкли вставать по зову хозяйки ночью, и вскоре оба были тут. Миссис Хансен куталась в шаль, накинутую поверх сорочки, а заспанный Сэм в длинной ночной рубашке и красных фланелевых штанах больше всего походил на большого теленка.

— Сэмюэль, отведи его в спальню для гостей, — Бриджит отдавала распоряжения, скидывая плащ и сапоги. — Миссис Хансен, принесите…

— Грелки, — закончила за нее вдова. — Пойду затоплю печь.

Миссис Хансен служила экономкой еще у отца Бриджит и прекрасно знала, что следует делать в подобных случаях. Подобрав длинные полы ночной рубашки, она проворно поднялась в зимнюю кухню. Сэмюэль немного неуклюже, но легко поднял незнакомца на руки и понес его вверх по лестнице в маленькую комнату рядом со спальней Бриджит. Она тем временем достала из чулана охапку одеял — старых, полинявших и залатанных, но зато очень теплых. Прихватив с собой кружку и квадратную бутылку крепкого бренди, Бриджит отправилась вслед за Сэмом.