Наследие чародея - Зеттел Сара - Страница 113

Бриджит, Сакра и Медеан остались одни, среди затихающих выкриков.

Только одна фрейлина с перекошенным от горя лицом все еще стояла на коленях у ложа своей госпожи.

— Я так и знала, — тихонько сказала она, беря императрицу за руку. — Что она с собой сделала! Знаете, ей было так тяжело.

— Знаю, — ответила Бриджит. — Но теперь все кончилось.

— Да. — Фрейлина взглянула на них. Она была немолода, глубокие морщины избороздили ее лицо, исполненное негодования и горя. Как давно она здесь служит? Как давно хранит молчание?

— Что вы теперь станете делать? — спросила фрейлина.

— Пойдем в Большой зал, — ответил Сакра. — Вы за ней присмотрите?

Женщина молча кивнула.

Сакра закрыл дверь в комнату-шкатулку и на всякий случай еще раз повернул ручку двери, чтобы убедиться, что она захлопнулась. Потом он наклонился над императрицей и развязал узел, которым к ее поясу были привязаны ключи. Очень осторожно, не касаясь самих ключей, Сакра снял кольцо и выпрямился. Фрейлина не стала протестовать.

— Пойдемте, Бриджит, — сказал Сакра, протягивая ей руку. — Императорские Величества наверняка захотят поблагодарить вас.

— Хорошо. — Бриджит с радостью вложила в его руку свою ладонь. Чем они могли сейчас помочь убитой горем женщине — теперь, когда все уже скоро раскроется? Пусть хотя бы побудет одна.

Бриджит и Сакра плотно закрыли за собой дверь, оставив императрицу на попечении последней верной служанки, а сами рука об руку отправились в путь по коридорам, чтобы увидеть, как двор приветствует Микеля и Ананду.

Глава 18

В Большом зале царило настоящее столпотворение. Казалось, в одно, хоть и просторное, помещение набились все обитатели дворца. Многие были одеты в придворное платье, но были и такие, кто отправился на праздник прямиком из постели — эти дефилировали в ночных рубашках и колпаках. Однако никто не обращал на это внимания. Было шумно, бестолково и радостно. Служители храма, которых Бриджит узнала по поясам из падуба, распевали праздничные гимны. Каждый спешил внести свою лепту во всеобщий гул: одни возносили молитвы и благодарности богам, другие выспрашивали друг у друга новые подробности чудесного исцеления императора. Стражники, видать, уже махнули рукой на этот хаос и даже не пытались призвать толпу к порядку. Вместо этого они выстроились вдоль стены, довольствуясь тем, что не подпускали толпу к одной из дверей, куда народ ломился с особой настойчивостью. Бриджит решила, что за ней, должно быть, находятся личные апартаменты императора. А может, что-нибудь вроде винного погреба.

Однако самого императора, а также императрицы нигде не было видно. Хранитель Бакхар и капитан Чадек тоже почему-то не появлялись.

— Дочь Аваназия! — закричал кто-то. — Это же дочь Аваназия!

Толпа окружила Бриджит и куда-то поволокла. Она буквально пошла по рукам: ей что-то кричали, над нею плакали, целовали ее одежду, а иногда и ее саму. Кто-то нахлобучил на голову Бриджит венок из остролиста. Ее все подталкивали и протискивали сквозь скопление людей, до тех пор пока она не споткнулась о помост, и ей пришлось подняться на него. Толпа взорвалась приветственными криками. Все кружилось у Бриджит перед глазами, от духоты и смущения она едва могла дышать, в какой-то момент ей даже показалось, что сейчас она упадет в обморок. Она оглядела бушующее людское море в надежде увидеть Сакру, но он тоже где-то затерялся.

«И что мне теперь делать?» Бриджит прижала ладони к пылающим щекам.

К счастью, никто и не ожидал от нее проникновенных речей. Людям было довольно уже того, что она стоит у всех на виду, словно новая икона, и веселье продолжилось дальше. То и дело кто-нибудь падал на колени перед хористами, воздевал руки к небу и с благоговейными слезами на глазах присоединял к гимну свой дрожащий голос.

— Госпожа! — раздался тихий голос прямо под ухом у Бриджит.

Она подпрыгнула от неожиданности и обернулась. Рядом с ней стояла смуглая девушка в яркой одежде. Бриджит вспомнила: это была одна из служанок Ананды.

Девушка улыбнулась и поклонилась:

— Прошу вас, госпожа, следуйте за мной.

Бриджит даже не попыталась ответить — все равно в таком шуме расслышать что-либо было невозможно. Она просто кивнула, сняла с себя венок, положила его на кресло и вслед за девушкой прошла за полог, висевший позади помоста. За пологом обнаружилась крошечная комнатка с невысокой дверцей. Девушка открыла дверь и отошла в сторону, пропуская Бриджит вперед.

— Спасибо, — шепнула Бриджит, проходя мимо фрейлины.

Здесь было гораздо тише. Каменный пол комнаты украшали изображения имперских орлов, а на стенах поблескивала целая рощица золотых ивовых деревьев. В центре комнаты в одинаковых резных креслах сидели Ананда и Микель. По одну сторону от императорской четы стоял лорд-мастер Пешек, по другую — капитан Чадек. Здесь же обнаружился и Сакра. Не было только старой императрицы, и ее отсутствие было так же ощутимо, как тишина после ликующих криков Большого зала. Бриджит отметила про себя, что среди стражников и слуг, терпеливо застывших на своих местах, бело-зеленых ливрей было не меньше, чем голубых с золотом.

Осознав всю ритуальную торжественность этой немой сцены Бриджит опустилась на колени.

Однако в ту же секунду Ананда встала с кресла, подошла к Бриджит, обняла ее за плечи и подняла с колен.

— Госпожа Бриджит, — сказала она. — Позвольте мне вновь приветствовать вас в Выштавосе и извиниться за мое к вам былое предубеждение. Теперь я знаю, что обязана вам как спасением жизни моего самого верного друга, так и освобождением от чар Его Величества императора.

Бриджит почувствовала, как щеки у нее наливаются краской.

— Это не совсем так, Ваше Величество. Я просто не могу не видеть.

Уголки губ Ананды приподнялись в улыбке:

— Многие предпочитают закрывать глаза на то, что видят. Позвольте мне представить вас императору.

Не успела Бриджит сказать что-либо еще, как Ананда уже подвела ее к креслу Микеля. Повинуясь природному любопытству, Бриджит хорошенько его рассмотрела, прежде чем вспомнила об обычаях этого края и опустила глаза. Император был бледен и худ. Во всяком случае, со времени его первой брачной ночи, которую Бриджит наблюдала в своем видении, он сильно исхудал. Но глаза его были спокойны, и вся его поза свидетельствовала о сосредоточенном внимании. Большое кольцо с ключами, которое прежде украшало талию императрицы, теперь висело на поясе ее сына.

Ананда представила Бриджит полным именем, которое уже однажды употребил Сакра, и Бриджит заметила, что на этот раз пышное именование ее не смутило. Она бросила быстрый взгляд на Сакру, и тот ответил ей полуулыбкой — и серьезной, и легкомысленной одновременно.

— Госпожа Бриджит, — начал Микель. Голос у него был хриплый, словно бы заржавевший от длительного бездействия. — Я знаю, в каком долгу я перед вами. Надеюсь, в ближайшее время я смогу хотя бы начать его выплачивать. А пока прошу вас принять мою глубочайшую благодарность.

— С радостью, сударь. Однако вам следует знать, что мне помогали.

Лицо Микеля озарилось улыбкой.

— Мы уже поблагодарили агнидх Сакру и с удовольствием сделаем это снова.

Бриджит скромно сложила руки:

— Да, конечно. Но были и другие. На самом деле… — она замялась.

— Продолжайте, госпожа, — поддержала ее Ананда. — Мы будем рады вас выслушать.

— Была еще одна девушка, она прислуживала мне. Когда я видела ее в последний раз, она сгорала в жестокой лихорадке. Эту болезнь наслал на нее Калами за то, что она помогла мне. С тех пор я ее не видела, а очень хотела бы… Я беспокоюсь за нее, но даже не знаю, где она.

— В отличие от больных императоров больные слуги лежат в лазарете, — невесело усмехнулся Микель.

— Беюль, проводи, — распорядилась Ананда. Девушка, которая привела сюда Бриджит, поклонилась.

— Если позволите, я тоже пойду, — вызвался Сакра, сделав шаг вперед. — Если эта лихорадка вызвана колдовством…