Наследие чародея - Зеттел Сара - Страница 4

…И увидела женщину, уже далеко не молодую, в платье пурпурного бархата, расшитом золотом. Женщина передавала эту самую пряжку ее нынешнему владельцу.

Затем Бриджит увидела этого человека на лесной просеке — он протягивал флягу с вином какому-то рыжему зверю. Лису?..

Потом она увидела того темноволосого мужчину, который уже появлялся в ее видении раньше. В прошлый раз он высматривал в море ее нынешнего гостя. Теперь она увидела его перед льдиной, на которой стояло чудище с красной шкурой, рогатой головой и ужасной, полной клыков пастью.

Бриджит пошатнулась и не упала только потому, что оперлась рукой о подоконник. «Да что это со мной?» Видения никогда раньше не сменялись так быстро и не были такими отчетливыми. Даже в самый страшный шторм. И они всегда были понятны ей. До сих пор она видела только обычных людей, мужчин и женщин, попавших в беду. Она видела кораблекрушения, аварию на лесопилке или обвал в каменоломне — что-нибудь в этом роде. Очень редко ей открывалось будущее: будет ли женщина счастлива в браке или каков пол не рожденного еще ребенка.

Но то, что заставил ее увидеть этот человек… Это было словно из сказки. Нечто неведомое и загадочное. Бриджит сжала виски ладонями, как будто это могло ей помочь. Что до прежних видений, то она находила утешение в том, что знала: о них нужно рассказать. Даже много лет назад, когда люди еще не верили ее словам, она чувствовала, что должна рассказывать — о тонущих судах, о разрушенном разливом мосте… С детства она была уверена, что Бог или некто другой хочет, чтобы она говорила вслух о том, что является ее мысленному взору.

Но нынешние видения были не такими. В них не было никаких приказаний, они не приносили ни уверенности, ни цели. Только страх.

«Нет, так нельзя! — Бриджит выпрямилась и положила пояс обратно на подоконник. Если этот человек останется здесь, она может лишиться рассудка. — Надо срочно что-то делать!»

— Что вы видели?

Бриджит резко обернулась. Незнакомец спокойно глядел на нее. Над грудой одеял возвышалась только его голова, и на секунду Бриджит показалось, что у него и вовсе нет тела.

— Что вы видели? — повторил он. Голос у него был слабый, но резкий; такой мог бы быть у человека, лишенного легких.

— Рада, что вы проснулись, — Бриджит попыталась выбросить из головы эти нелепые образы. Она подошла к кровати, взяла кувшин, наполнила водой чашку и подала незнакомцу. Его руки не дрожали, и воду он выпил залпом.

— Спасибо, — он отдал ей чашку, и она вернула ее на столик.

— Как вы себя чувствуете? — спросила Бриджит, поправляя передник. — Голова не кружится? Не болит? Жара или боли нигде не чувствуете?

Каким бы странным и чужим ни был этот человек, он все же едва не утонул и нуждался в отдыхе и уходе.

— Спасибо, госпожа. Ничего из перечисленного. — Он подложил под спину подушку и, тихо застонав, сел на кровати, словно для того, чтобы показать, что тело у него все-таки есть. — За исключением того, что я довольно слаб и чрезвычайно голоден, чувствую я себя великолепно.

— Очень хорошо, — кивнула Бриджит. Она вновь ощутила себя в своей тарелке. — Я распоряжусь, чтобы вам приготовили что-нибудь поесть. Например, молочную кашу. Если не возражаете, от более грубой пищи пока следует воздержаться.

Он покорно склонил голову:

— Я согласен на все, что вы посчитаете нужным, госпожа.

Бриджит глянула на него с удивлением: ни один из спасенных ею рыбаков так легко не согласился бы есть кашу, когда по дому разносятся запахи бекона и яичницы. «Что ж, спасибо ему за эту любезность». Она скрестила руки на груди.

— Могу я узнать ваше имя, сэр?

Секундное колебание отразилось на его лице. Затем он, очевидно, принял решение.

— Мое имя Вэлин Калами. Я главный чародей и советник Ее Величества вдовствующей императрицы Медеан, дочери Эдемско, внучки Начерады — владычицы государства Изавальта. По ее повелению я прошел через Земли Смерти и Духов, чтобы найти вас здесь.

Глаза Бриджит изумленно округлились.

— Понимаю…

«Видимо, все-таки сотрясение мозга».

Калами, или кто бы он ни был, покачал головой:

— Нет, госпожа. Не понимаете.

— Не смешно. — Бриджит попыталась придать своему голосу деловитость. — Я прикажу принести ваш завтрак. Мой вам совет: отдохните…

Калами поднял тонкую смуглую руку:

— Не соблаговолите ли вы все же ответить на мой вопрос?

— Какой вопрос, сэр? — Бриджит уже взялась за ручку двери.

— Когда вы прикасались к моей пряжке — что вы видели?

Вопрос застал ее врасплох — но только на мгновение. Бриджит обернулась и посмотрела ему в глаза, сделав вид, что ничуть не смутилась:

— Я видела красивую вещицу из благородного металла. — Она вскинула голову. — А что еще я должна была увидеть?

Калами опустил глаза и покачал головой:

— Как знаете, госпожа. Не смею возражать.

«Спасибо и на этом. — Бриджит сдвинула брови. — Откуда же ты узнал о моих странностях? Думаешь, я такая же безумная, как ты сам? Потому и явился сюда?»

Внезапно у Бриджит возникло ощущение, что она не выдержит больше ни минуты рядом с этим человеком. Ей захотелось быть где угодно, только не здесь. А лучше всего было бы сейчас оказаться там, где она сможет спокойно обдумать все, что происходит, и прийти в себя. Она не желала больше находиться рядом с человеком, который проникает в ее видения, обжигает ее светом черных глаз и разговаривает с ней так почтительно, что становится не по себе.

— Советую вам отдохнуть, сэр, — повторила Бриджит. — Откуда бы вы к нам ни прибыли, вам здорово досталось этой ночью, и теперь вам нужно набираться сил.

— Да, госпожа, — ответил он подчеркнуто смиренно, точно так же как миссис Хансен, когда подшучивала над Бриджит.

«Я окружена». Ее смятение вдруг сменилось раздражением, и она вышла из комнаты, чуть ли не хлопнув дверью.

На кухне миссис Хансен мыла оставшуюся после завтрака посуду.

— Знаете, — Бриджит оперлась кончиками пальцев о свежевыскобленный стол и вдохнула успокаивающие запахи теплой воды и мыла, — похоже, наш гость страдает каким-то душевным расстройством.

«Ну вот, сказала — и сразу полегчало на душе».

— Он сумасшедший?! — Вода так и брызнула с рук экономки, когда она схватилась за крестик на груди.

Реакция пожилой женщины была такой знакомой, что Бриджит успокоилась окончательно.

— Возможно, это просто временное помрачение рассудка от того, что он ударился головой. Точнее скажет доктор Ханнум.

Она взяла миссис Хансен за руку:

— Я поеду за доктором и заодно подыщу для этого человека более подходящее место, — она ободряюще улыбнулась, и миссис Хансен с неохотой, но все же выпустила крест из распаренных рук. — Он еще очень слаб и, скорее всего, будет спать весь день. Не надо нервничать, лучше скажите Сэмюэлю, чтобы он отнес ему кашу. Бояться вам нечего.

— Ну, если вы уверены… — Миссис Хансен с сомнением взглянула на Бриджит.

— Уверена, — твердо ответили та. — Если бы моему дому угрожала опасность, я бы об этом знала.

— Все-таки надо быть настороже, Бриджит Ледерли, — сурово сказала экономка. — Не нравится мне этот тип.

Бриджит сжала мокрую ладонь миссис Хансен:

— Не беспокойтесь. Я постараюсь вернуться поскорее. Осенний день короток, и ей нельзя задерживаться на материке до темноты.

Приободрившись, миссис Хансен кивнула:

— Я послежу за ним, пока вы не вернетесь.

Бриджит задержалась у дверей, чтобы надеть шляпу и шаль. Почту, которую нужно было отправить, в том числе квартальный отчет в Управление маяков, она вместе со списком покупок сунула в карман передника и вышла навстречу утру. Вздохнула и по скрипучим ступеням направилась к причалу.

Стоя у окна спальни, Калами наблюдал, как лодка Бриджит отчалила от берега. Видно, она сочла его слишком измученным и слабым, чтобы представлять опасность для ее домочадцев. Ясно также и то, что она сочла его безумным. А еще она думает, что видит его впервые…